Глава 40

–Никогда не выживет тот народ, который воспринимает трактовку своей истории глазами соседа. – Ну как бы сначала с ней надо свыкнуться, прежде чем кидаться в омут с головой. …Судьба – мой судья, Судьба – мой палач. Табун, что по жизни Мчится вскачь, Топча и мечты, и надежды. Судьба – как река. Мы с тобою вдвоём На лодке без вёсел Плывём, Плывём по теченью как прежде… Мой пьяный голос начинал стихать ближе к концу куплета, а ундины, с которыми мы провели последние несколько часов сначала в разговорах, а потом с той целью, чтобы позабыть все, о чём мы говорили. Ну, это был мой план – малодушный, несвойственный мне мимолётный уход от жестокой реальности. Чем руководствовались эти полурыбы – без понятия. Но именно они где-то раздобыли несколько бутылей крепкой настойки из каких-то местных ягод, название которых сразу же выветрилось из моей головы. Мне и так было о чём подумать и решить. Наверное, настойка эта редкая, так как Васька, глядя на неё, чуть слюной не подавился. Бедняга. Так он у меня скоро сопьётся. Вместе со мной за компанию. Но сама я таким образом усердно выводила стресс из организма. Жизнь – не ровна! Жизнь – боль! Ага. Васька, кстати, передо мной извинился, сославшись на то, что «питался» мной неспециально. Не удержался. И пообещал больше так не делать. По крайней мере пока. Но я лишь махнула рукой. У меня есть проблемы и побольше. Тем более что и не почувствовала ничего. Так чего злиться? Как и сказала – и так хватает головной боли. Альвы, Гензель и Гретель… То есть Гуннар и Гунне… (но про себя их я уже сразу по старой привычке – давать всем собственные имена иначе и не называла, как персонажей из сказки «Пряничный домик»). Ну и имечки! Но именно так звали Единого и Двуликого! Гуннар и Гунне… Братья-близнецы пришли на Комору будучи ещё малолетними демиургами. Натворили бед и свалили. Ну как это по-ребячески! Как-то не так представляла себе Богов. Но Селеста, Эвелина и «Ариэль», которую на самом деле зовут Майшель, рассказали мне всё, что знали. Неприятно узнать, что твои предки были, а может и есть где-нибудь сейчас, кто их знает – те ещё загульные кролики. Создали себе мир, а потом пошли вразнос, стругая себе детишек-наполовину Богов. Безответственные гады! По-другому и не скажешь. У них даже соревнования по этому поводу были. Кто больше заделает! Так и появились альвы. И их было около сорока на тот момент, когда неведомо откуда пришли маги. Тех оказалось в большинстве и не поладили они с одарёнными потомками Гензеля и Гретеля. Чёрт знает почему. Может просто из самодурства? Но война была не на шутку. Альвов истребляли. Подло и грязно. Кого-то убили, кто-то сумел скрыться в других мирах. Видимо и на Земле в том числе. Как-то так. Хотя выбрать для проживания мир без магии, по-моему, не лучшее решение. Со временем он высасывал из них силу и делал обычными людьми. (Это уже рассуждения и домыслы Селесты). А я, имея их кровь и попав сюда, активировала какие-то там процессы в собственном организме и теперь мне предстоит стать полноценной альвой. Далее знания ундин имели пробел. Что надо сделать? Или оно произойдёт само собой? А главный вопрос – хочу ли я этого?! Ответ – прост. Нет! Не хочу! Хочу домой! Правда, если я стану альвой, то смогу создать портал и самолично уйти. Вот он офигительный бонус – плюс сто пятьдесят к навыкам, как бы выразился Димка. Кстати, арии имели две стороны. Светлую и тёмную. И вот что в минус – от тебя не зависит, что победит. Только стечение обстоятельств и твой неосознанный выбор, когда придёт твоё время. А когда оно придёт? Они не знали. Да и вообще выражались весьма туманно на этот счёт. Сами наверняка ни черта не знали, вот и нагнетают. Но и у светлых, и у тёмных определённо есть свои преимущества. Когда-то давно я играла в разные игрушки онлайн. И там надо выбирать класс – кем хочешь быть. Магом, лучником, жрецом, друидом. И так далее. Выбор сложный, а иногда и лёгкий. В зависимости от собственных склонностей. И происходящее сейчас очень мне напомнило те времена. Светлые – это защитники. Тёмные – это… убийцы. Утрирую, конечно. Не убийцы, но агрессоры. Их магия полностью завязана на нападении и атаке. Вот ей Богу. Всё это напоминало компьютерную игру. И оказаться в ней… хреново как-то. Вот отсюда и появилось желание выпить и забыться хоть ненадолго в пьяном забвении. Ундины же, посмотрев на моё странное полуистеричное состояние от тех «радостных» новостей, что они бесцеремонно вывалили на меня, раздобыли нам эту самую ядрёную настойку. …Судьба так решила, судьба. Мы пленники пагубной страсти. Судьба так решила сама, Судьбу изменить мы не властны… Последние строчки заставили меня пустить слезу. Жизненно! – У тебя хороший голос, – всхлипнула Селеста – Проникновенно как! – Прямо как у сирен! – восторженно добавила Эвелина. – Да, – я улыбнулась, принимая комплимент и наклонилась, чтобы погладить спящего овра. Он задрых после того как вылакал две креманки их убойной выпивки. – Мне Петька, один из моих братьев, говорил, что я могла бы стать певицей. Но меня это никогда не привлекало. – А кем ты стала? – спросила с любопытством Майшель. – В своём мире. – Инструктором по выживанию, – гордо подняла подбородок. Своей отнюдь не женской профессией я гордилась, хотя тут на Коморе мне немного стыдно. Потому как вместо того чтобы показать свои навыки во всей красе, что сделала по факту? Точно не варила кашу из топора. Итан, овр… вот кто мне помог и продолжал помогать! А Васька так вообще разнежил меня и сделал одной из тех барышень, которые в башне ждут своего принца, вздыхая о несправедливости судьбинушки. Стыд и позор! Но ничего. Я ещё реабилитируюсь в собственных глазах! То ли ещё будет! Неожиданно, вместо того чтобы воспрянуть и посмотреть на мир через очки, где всё полно оптимизма, на душе стало тоскливо. Куда меня приведёт мой путь? Рядом, словно почувствовав накатившую на меня печаль, заскулил во сне Васька. Мой же ж ты зайка! Ладно уж. Прорвёмся! – А какие у вас тут развлечения? – неожиданно спросила у ундин. – Настроение – пошалить! И будь оно что будет!