Глава 43

–Нельзя выиграть, если ты только защищаешься. Чтобы выиграть, нужно идти в атаку. – Если у вас есть талант, он защитит вас. Не опасен? Эти рыбины серьёзно? В этих звериных глазах я читала свою смерть! Именно она теплилась и разгоралась там костром, не знающим пощады. И была она отнюдь не быстрая и милосердная. Неужели нельзя просто поговорить и обсудить всё как цивилизованные… люди. Но нет! В следующий миг Айк кинулся на меня, целясь прямо в горло! Ундины завизжали, а я чисто инстинктивно выставила руки вперёд и тут произошло то, чего не ожидала. Из моих рук вылетел… огонь! Настоящий, мать его, огонь! Это событие заставило меня застынь в ужасе и как в замедленной съемке наблюдать за подпалённым полугаком. Ему резко стало не до меня и я его понимаю. Запахло палёной шерстью, а сам Айк под непрекращающийся визг русалок упал на землю и начал кататься из стороны в сторону, стараясь потушить самого себя. Благо загорелось только процентов тридцать его тела, не больше. Что это такое было?! Наконец мужчина (если его можно так назвать) перестал дёргаться и с облегчением вдохнул. А вот ундины, все трое, посмотрели на меня с ненавистью. Они что не видели, что произошло? И в чём тут моя вина? – Тёмная всё же, – пробормотала Селеста, качая головой. – А ты сомневалась? – повернулась к ней Майшель. – После того как она к двуликому решила нас переловить в свои ловушки? Какая из неё светлая? – Проваливай из нашего леса! – возмутилась Эвелина, осторожно села рядом со своим возлюбленным и погладила его по голове. Не-е-е… ну это вообще нормально? Он на меня кинулся! А я… а что я? С похмелья голова не работала и вообще смутно осознавала всё то, что только что произошло. Это и есть их активация арий? Вот же бред! Сами меня напоили! Настойка их дурацкая. Потоптавшись несколько секунд под их взглядами, которые, казалось, прожигали во мне маленькие дырочки. Затем пожала плечами и, развернувшись, потопала обратно к воде. Понимаю, что виновата, но зачем так-то? У меня тут мир рушится, голова болит, состояние – не бей лежачего, а они вместо того чтобы войти в моё бедственное положение, выгоняют. Ну и пусть катятся. Со своим Айком, Гензелем, Гретелем и вонючей чешуёй. Ага. Возникла мысль спалить всё к чертям, раз уж у меня открылись такие способности, но она была тут же отброшена в сторону. Вот ещё опускаться до такого. Да и лес ни в чём не виноват. Одно дело творить непотребство на пьяную, да шальную голову, совсем другое из-за мелкой обиды и отвратительного самочувствия. До лагеря добралась быстро и тут же подошла к овру, усаживаясь на корточки перед ним и дотрагиваясь рукой. – Эй, мелкий! – окликнула его. – Вставай! Мы уходим. Васька разлепил один глаз и уставился им на меня. Но видимо что-то увидел, резко поднялся на ножки и радостно подпрыгнул. – Тёная! Тёная! – заверещал и кинулся ко мне, трясь и виляя хвостом. – Давай потом, – я устало провела ладонью по лицу, стараясь скинуть хоть немного напряжения. – Надо уходить. Нам тут больше не рады. Чувствовала себя опустошённой. Пустой и жалкой. Если это последствия алкоголя вкупе с активацией от пережитого страха, то пошло оно всё. Больше не пью! Не стоило и начинать. Васька тем временем внимательно заглянул в моё лицо и понятливо кивнул. А потом подошёл ближе и лизнул в лицо. Голова просветлела, хотя усталость и начинающая депрессия остались на месте. – Спасибо мой хороший! – погладила его по голове и поднялась, начиная собираться, чтобы снова пуститься в путь. Фонарь с ножом валялись рядом с расстеленным спальником, на котором я проснулась. Уложив всё в Дилик, закинула его себе на плечи и взяла отвязанный коврик-колчан в руки. Не забыла и свою корзинку с луком. – Верёвки, – застонала, понимая, что надо вернуться на ту поляну и забрать своё добро. У меня не так много полезных в хозяйстве вещей, чтобы разбрасываться ими направо и налево. Видеть рыбин с гаком особо не хотелось, но, пересилив себя, махнула рукой Ваське и пошла туда, откуда меня только что бесцеремонно вытурили. Тихо ступая, вернулась на поляну, сразу попав под обстрел жгущих взглядов. Но внимания на них старалась не обращать. Свалив своё добро в стороне, пошла залезать на деревья, чтобы отвязать верёвки. Хорошо, что овр меня подлечил и голова больше не разрывается. Иначе, наверное, не факт, что не бросила бы всё как есть и не пошла дальше. Под внимательными взглядами кое-как забралась сначала на одно дерево, потом на второе, отвязывая верёвки и скидывая их вниз. Потом привязала коврик к Дилику, а вторую убрала вовнутрь. Только снова взвалила Кродилика на плечи и развернулась, как в спину прилетело язвительное: – Потом снова будет отлавливать ни в чём не повинных существ. Визгливый голос Майшель узнала сразу и без труда. Правда, на этот раз он не показался мне таким противным. Да и отвечать ей не собиралась. Гордо расправила плечи и пошла вслед за Васькой, указывающим мне путь. Туманные земли ждут. А что меняет то, что я альва? Ещё и тёмная? Да ничего. План всё тот же. А с остальным разберусь потом! – Стелвы, – пробормотал Василий с неодобрением косясь в сторону ундин. – Не аблаща вниманиа. От его бурчания мне стало смешно и, не сдержавшись, весело рассмеялась. И уже с более лёгким сердцем пошла дальше.