Глава 16 Мила

У главы билансов Амелии Винрой не было постоянного места жительства или я о таком не знаю. Она всегда в движении, всегда в переездах, решает вопросы и создает проблемы всем, кто встает на ее пути. Она добрая, по крайней мере, глядя на нее, ты ни за что не скажешь, что она вампир. Слишком живы ее глаза, и сильна ментальная сила, которая успокаивает и дает ощущение защищённости. В конце концов, Амелия просто красивая женщина, которая до сих пор сводит с ума мужчин.

Сначала я позвонила секретарю Амелии и узнала, где сейчас находится старейшина, а потом помчалась туда, вернее меня повёз Макс, категорически отказавшись отпускать одну.

– Ты же сам нанял пенсарали меня защищать, так что можешь заняться своими делами.

Морн застыл на секунду раздумывая, потом его глаза сверкнули зеленью, а губы мягко улыбнулись:

– Представь себе, мне нечего делать.

– Ну чем-то ты занимался в свободное время, — не поняла я его удивления.

– Ничем, — Морн даже сел на стул, который стоял рядом, — В основном мы ходили с Росом по разным клубам и пили кровь. Так что я совершенно свободен.

– Мажор, — все-таки не удержалась я, — как же скучно ты живешь. Никаких трудностей, преодолений препятствий и морального роста.

– Ты говоришь о моральном росте вампиру, — хмыкнул истинный и вдруг оказался рядом, одним плавным движением притянул к себе и впился в губы поцелуем. Нежным и в то же время властным, который враз сделал мое тело податливым. Мир вокруг словно перестал существовать, его руки не просто прижимали к себе, но успевали обследовать тело. Пальцы порхали, находили самые эрогенные зоны и вызывали стон, который невозможно заглушить. Когда мы оторвались друг от друга, я ощутила во рту солоноватый вкус его крови, облизнула губы. То же сделал и Макс:

– Не смог удержаться, — сказал Морн, — ты словно магнит притягиваешь к себе.

– Тогда поехали, — я хихикнула, — пока все планы не полетели к черту. Отвезешь меня к Винроу и можешь быть свободным.

Морн не ответил, лишь проследил взглядом за Пикси, которая, превратившись в кляксу, прилипла к телу, превращаясь в красивую татушку.

Столько проблем, столько всего нужно решить, а у меня мозги плавятся и думаю я только об одном, как бы затащить в постель Морна и не выпускать его оттуда еще парочку дней. Не думала, что я так ненасытна, вот что значит правильно подобранный мужик.

Амелия встретила меня радушно в ее кабинете в одном из офисов. Консервативная обстановка с темной мебелью и толстым ковром на полу, создавала мрачную атмосферу, но лучистые глаза Винроу разбавляли угрюмость и давали силу выдержать это испытание.

– Дорогая Милания, — Амелия встала со стула больше похожего на трон и встретила меня на середине кабинета пахнущими дорогими духами объятиями, — как же ты выросла.

Ее глаза пронзительно посмотрели на мои мерцающие красноватым блеском радужки:

– Когда это произошло?

– Почти полторы недели назад, — вздохнула я, — у меня к вам просьба.

– Хорошо, — не выпуская мою руку, Амелия потянула к диванчику, на нем мы уютно устроились.

– Как поживают родители, — спросила она.

– Уже едут домой.

Амелия кивнула, поправила старомодное платье.

– Конечно, они должны сейчас отказывать тебе поддержку… так в чем же твоя просьба.

– Я обгрызок, — выпалила я, и чтобы Вироу не успела меня перебить, быстро затараторила, — Меня убили, а рядом оказался вампир и он меня обратил.

– Даже так, — Амелия замерла, что-то обдумывая, — Я так понимаю, его клан не станет жертвовать на тебя квоту.

– Это точно нет, — кивнула я.

Амелия поджала пухлую губу, сложила руки на груди,  обдумывая мои слова:

– Ты хочешь, чтобы я дала тебе квоту Милания, — спросила она, — не будешь дожидаться родителей.

– Не могу, Око висит у меня на хвосте и если метка не выдаст подтверждение, что я создана по квоте, могут упечь меня в свои казематы. Сами знаете, что я одна из подопытных вучон.

Амелия потянула носом:

– Ах да, что же в тебе интересного?Я очень боялась показывать ей, что я такое, но еще страшней было оказаться в лабораториях Око. По телу пробежалось стадо мурашек, волосы поднялись дыбом от одного только слова о лабораториях. А потом я взяла себя в руки и вызвали Пикси, которая уселась на мое плечо и нахохлилась как птичка.

– Я мышь, — обидчиво проворчал фамильяр, — а не птичка.

– Фамильяр, — охнула Амелия, ее рука потянулась к Пикси, потом она замерла и спросила, — Можно.

Я кивнула. Винроу погладила Пикси и зажмурилась.

– От нее веет силой, древней силой Мила, тебе повезло, кто тебя обратил?

– Это еще не все, — вздохнула я, не отвечая на заданный вопрос, укусила палец и призвала кровь, которая тягучей каплей застыла в воздухе и изменялась послушная моей воле.

– Магия крови, — зачарованно сказала Амелия.

– Вы знаете о таких, — спросила я и скормила каплю Пикси, которая довольно икнула. Фамильяр питался не только моей энергией, но и кровью.

– Невероятно, — Амелия подскочила и заходила кругами по кабинету, покусывая ноготь, — это сказки, есть такие легенды, в которых говорилось о магах крови, но ею владели только патриархи.

Я прикусила язык и решила, что магии крови и фамильяра с Винроу достаточно. Говорить, ей, что я могу изменять тело, как мне вздумается, не стала, приберегая на крайний случай.

– Хорошо, я дам тебе квоту прямо сейчас, — повернулась ко мне Амелия, — но с одним условием, — она опять присела рядом и взяла мою руку в свои прохладные ладони, — Ты останешься в клане Билансов. Дашь мне клятву.

Я в принципе не собиралась менять клан, навряд ли меня возьмут к нобилям, другие тоже не примут, кроме мостро, эти всех отщепенцев обязаны принимать.

– Я согласна, — кивнула Амелии.

Старейшина улыбнулась довольной улыбкой, приложила свою руку к печати, что стояла на моем запястье. Временная печать клана билансов, дается полукровкам, которые попадают в опеку клана.Запястье кольнуло, я почувствовала тянущую боль, оттого, что энергия тратилась на приживление метки к ауре. Через некоторое время Амелия кивнула, отпуская мою руку:

– Все, ты не обгрызок Милания, — Амелия встала и даже немного пошатнулась, — ну и горазда ты силу брать. Устав наш ты, итак, знаешь, ах вот еще, — старейшина подошла к столу и покопавшись вытащила стопку бумаг, сверкающую магией. Я стала видеть магию в предметах, интересно.

– Где же оно, нашла, твоё разрешение, — Амелия сверкая карими, почти черными глазами, подошла ко мне, все еще сидящей на диванчике.

Я взяла заговоренный бланк, который подделать невозможно, и пробежалась глазами по тексту. Там светящимися чернилами было указано, что Милания Старс имеет квоту для перехода в вампирскую расу, подпись Амелии, кровавый оттиск пальца и дата. Тут я застопорилась, дата была указана не сегодняшняя, а почти двухмесячной давности.

– Не поняла, — сказала я и подняла на стоящую надо мной Амелию удивлённый взгляд. Та весело рассмеялась и пошла к своему креслу, на которое элегантно уселась, расправила складки длинного платья.

– Ты меня обманула, — спросила я старейшину, — квота выписана давно.

– Вампиры все врут, — Амелия перестала улыбаться, — твои родители давно уже подали заявку, и я ее удовлетворила. Мне было интересно, какой вампир из тебя получится. Даже хотела дать свою кровь для инициации, но у тебя получилось даже лучше, чем я предполагала, урвать кровь нобиля, удача. Они истинные потомки патриархов, их кровь древняя и ты получилась сильным вампиром. Я тебя не зря спрашивала, не будешь ли ты дожидаться родителей, ты решила сама.

– Я не собиралась покидать билансов, — не сдержала упрека, — зачем было кружить вокруг.

– Ты научишься врать Мила, все вампиры врут... так что твоя честность и справедливость скоро из тебя выйдут. И еще, заканчивай работать в том баре, закрывай все дела. Я найду тебе работу в своем офисе, ты вроде бы любила копаться в компьютерах, так что найдем тебе занятие по пристрастию. Иди. — Старейшина взмахнула рукой, отсылая меня восвояси.

Я хмыкнула, спорить с Винрой себе дороже, сложила свое разрешение в нагрудный карман куртки. Призвала Пикси стать опять татушкой и откланялась, пока Амелия меня еще на что-нибудь не развела. Меня даже совесть теперь не мучает, что я не рассказала ей о еще одной своей особенности. Мы же все врем, так что начну постигать сущность кровососа с главного вампира нашего клана. А Брауны еще те «суперродители», не могли сразу успокоить, что у меня есть квота и все давно обговорено…

– Как все прошло, — спросил Макс, потом оскалился улыбкой, — старуха тебя приняла в клан и дала квоту, — сказал он, я поняла по сверкнувшим глазам, что он прошелся магией по моей ауре.

– Но-но попрошу не оскорблять мою старейшину, — выдохнула и улыбнулась фыркнувшему Морну, — оказывается, Брауны уже давно подали на меня заявку и Винроу ее одобрила.

– Даже так, — Макс перестал улыбаться и задумался, потом мягко нажал на педаль газа, срываясь с места, — Амелия хитра, ты ей все рассказала о своих способностях.

– Не про все, — покачала головой, — пусть будет небольшой сюрприз.

– Куда теперь? — спросил Морн.

– Ты будешь теперь меня все время возить, — я усмехнулась, — смотри, привыкну.

– Я готов, — Макс вдавил педаль газа ловко лавируя между автомобилями и не обращая внимание на звуки клаксонов.

– Нужно забрать мотоцикл и сказать Корвану, что я ухожу.

– Куда, — Макс перестал смотреть на дорогу и смотрел на меня.

– На дорогу Морн, — взвизгнула я, — я недавно уже умирала.

Макс уставился в окно, под кожей заходили желваки, показывая, что он злится.

– Ты хотел, чтобы я ушла с работы, я ухожу, но на другую, — хмыкнула, — Винроу, сказала найдет мне работу по специальности.

– Ты так спокойно согласилась с ее решением, а когда я тебе сказал, возмущалась.

– Не сравнивай, — я нахмурилась, — она предложила альтернативу, лучшую, а работать твоей домашней зверушкой меня не прельщает.

– У тебя будет все, что ты пожелаешь? — недовольно скривился Макс, — Что тебя в этом не устраивает?

– То, что я не буду решать сама, что мне делать Морн, — посмотрела на своего истинного, от которого  явственно шли волны недовольства и я их чувствовала.

– Мы будем вместе, разве тебе этого мало.

– Макс давай на этом остановимся, — я постаралась успокоиться, и не накручивать себя, — Я простила, что ты сдал меня в бордель, я даже признала, что мы истинная пара и пить кровь друг друга нам придется, но в остальном, я тебе не доверяю. Ты живешь своей жизнью в ней для меня нет места. Я живу так как могу, сама. Твои подачки мне не нужны.

– Что, по-твоему, подачки, — рыкнул Макс, скорость у нас была почти запредельной, но я тоже злилась и больше не испытывала страха.

–  Ты хочешь решить все за меня, говоря, что мне делать, — рявкнула ему в ответ, — Я не вчера родилась и понимаю, что у тебя клан, который не приветствует таких, как я, будь мы хоть сто раз истинные. Они не допустят, чтобы я жила рядом. Ты привык жить в неге, не желая что-то делать, пользуясь тем, что скопили твои предки, я это принимаю, но пользоваться вместе с тобой не буду, это не мое. Я привыкла сама отвечать за себя, жить так как позволяют мои финансы.

– Мы истинные, — Макс почти закричал, — ты не сможешь вдали от меня, я не смогу вдали от тебя, это связало нас. Какие могут быть разделения, если мы друг без друга просто сдохнем!Я сжала зубы, чтобы не ссорится дальше, и отвернулась в сторону окна, в котором мелькали по бокам строения, и люди, и машины.

– Мы скоро разобьемся, — холодно сказал Максу, — тогда точно ругаться будет не за что.

Остальной путь до моей работы, мы проехали молча. Казалось, воздух стал тяжелым, и таким густым, что было тяжело дышать, да его резать можно ножами, таким он был осязаемым. Это давило на психику, хотелось выскочить из машины и убраться подальше от Морна, так он сейчас бесил.

Да, он сказал, что отменил свадьбу, но что будет, когда его отец настоит на своем? Что будет, когда его обяжут жениться? Мы истинные, но кого сейчас это волнует. Только нас. Я украдкой посматривала на Макса и видела, что ему тяжело молчать. Да что там, он сжимал руль, как утопающий, спасательный круг. Злился, сверкая зелёными глазищами и тоже смотрел на меня, надеясь, что я сдамся и кинусь ему на шею. Ни фига, я считаю себя правой, а когда я считаю себя правой, я не иду на примирение первой. Такой уж уродилась.

Он высадил меня возле бара и шлифуя колесами асфальт, оставляя чёрные полосы, уехал. Я еще минуту смотрела вслед красному спорткару и чуть зубы в крошку не стерла:

– Ну и вали, мажор недоделанный, — сказала в сердцах.

– Мила, — услышала рядом, голос Корвана, — ты чего тут днем делаешь. Потом он задумался, и его взгляд перетек на мои руки и увидел то, что ему было нужно. Кольцо артефакт, который защищал меня от солнца, — У птички появился богатый спонсор, — хмыкнул Мэрис.

– Это не совсем то, что ты думаешь, — сказала я.

– Я ничего не думаю, — хмыкнул Корвас, — пошли в бар.

Я, вздохнув, пошла следом за боссом, который в ближайшее время перестанет им быть.

Пустой бар это непривычно, поэтому я зябко обняла себя за плечи и села на стул, указанный Мэрисом.

– Мила, сегодня, как только ты ушла, ко мне приходили, — после небольшого молчания сказал Мэрис, — И приходили они по твою душу.

– Кто? Что им было нужно? — спросила я.

– Не так быстро, — усмехнулся Корвас.

Налил из стоя́щей рядом бутылки, красный напиток. Выпил. Потом выдохнул:

– Мне не нравится, что в мой бар приходят те, которые могут меня прихлопнуть, как муху, птичка. Первые пришли из Око, они интересовались твоей работой и спрашивали, не заметил ли я чего странного за тобой, — Мэрис хмыкнул, — Не переживай, я не стал говорить о твоем переходе.

– Это не страшно, мог сказать, — сложила руки на груди, — я по квоте.

– О как, — Корвас опять хлебнул из стакана и погонял жидкость во рту. А мне очень хотелось стукнуть его чем-нибудь по голове. Его медлительность бесила, или это   сказывалась размолвка с Максом.

– Вторые были скорей всего из ищеек нобилей, слишком высокомерны и не знают, как работать с нами мостро, — Мэрис хмыкнул, — Они просто спрашивали о тебе, чем живешь, чего желаешь. Я сказал им все в общих чертах. Бедная девушка, в неблаговидном не замечена.  Третьи, — Корвас поставил стакан на стол и выдохнул, а мне стало не по себе оттого, что так много желающих знать обо мне, — пенсарали, тем нужно было знать, куда ты можешь пойти кроме дома.

Я сразу подумала на Норда, видимо, это тогда, когда они потеряли меня в клубе казино.

– Вижу, ты не удивлена птичка, — сказал Мэрис и внимательно посмотрел на меня.

– Нет, не удивлена, — я качнула головой, — у меня в жизни сейчас такие повороты, что ничему не удивляюсь. Я пришла сказать Корвас, что ухожу, старейшина дает мне другую работу.

Вампир понятливо кивнул:

– Я хотел просить тебя уйти, мне ни к чему лишние глаза, сама понимаешь, моя прибыль не всегда идет от законных сделок.

– Да, я все понимаю, — кивнула и встала из-за стола, — надеюсь, без обид,  я не буду отрабатывать положенную неделю, пока ты найдешь замену.

Мэрис покачал головой:

– Не в обиде птичка, — хмыкнул вампир, — залетай, если что.

Я кивнула и пошла к выходу, чувствуя на себе вычисляющий взгляд.

– Мила, — окликнул меня Корвас, я развернулась, — был еще один, — сказал он медленно словно решал говорить мне об этом или нет, — Но подходил не ко мне, а к Стешке. Богатенький, это видно, по одежде, лицо под личиной, хорошей личиной, если бы не артефакт, — Мэрис показал на свою руку с кольцом, — я бы не понял, что он в иллюзии. Так вот, он подкатил к Стешке, но все время спрашивал о тебе, потом они укатили на его машине. А вот машина по сравнению с одеждой очень дешевая, почти колымага. Это странно птичка, я поздно стал об этом размышлять и теперь переживаю о Стешке. Дура она, но я к ней привык.

– Надеюсь, что с ней все будет хорошо, — сказала я Корвасу и нахмурилась, и спасибо, что рассказал, буду на стрёме.

– Бывай, — бывший шеф поднял руку и махнул, прощаясь.

Я вышла из бара и оглянулась. Мой мотоцикл одиноко торчал на стоянке, я поторопилась к нему. Очень хотелось оказаться дома и немного перевести дух. Розалия прислала мне смску, что приедут они завтра, значит, сегодня я приведу себя в порядок и немного подумаю, как жить дальше. Мысль о Максе тут же привела к спазму в горле и приятной истоме по всему телу. Этот нобиль спас меня и в то же время испортил мне жизнь, и почему провиде́ние не послало мне истинного попроще.