Глава 17 Макс

Она меня бесила. Хотелось схватить ее за шею и склонить упрямую голову. Впервые я желал, чтобы девушка была со мной рядом после секса. Впервые я хотел засыпать и просыпаться с ней рядом, но оказался нагло послан. Ну ничего, я посмотрю, когда голод начнет ее терзать, приползет сама, как миленькая.

Я вдавил педаль газа до упора и гнал, как ненормальный, лишь звонок телефона отвлек меня от дороги. Пришлось сбавить скорость и ответить, надпись на дисплее не дала мне проигнорировать звонок. Отец.

– Здравствуй, — услышал холодный голос, — жду тебя дома через час.

Я еще пару секунд слушал громкие гудки, потом кинул телефон на соседнее сидение, скрежетнул зубами. Нужно успокоиться, я уже забыл, как сильны бывают эмоции, как легко можно выйти из себя, но наслаждался чувствами, даже отрицательными. Сразу вспоминаю Милу, ее сверкающие желтизной глаза, когда она хочет укусить. Запах ее тела, дурманящий сводящий с ума и лишающий сил сопротивляться. И почему она так упряма, нам же хорошо вместе, почему не жить рядом. Зачем ей работать, если я могу дать ей все, что она захочет.

Отец скорей всего узнал о моем отказе жениться на Дригассе. Нужно почитать законы об истинных, что там в нашем уставе сказано. Мила горда, и не захочет быть просто фавориткой. Хочу ли я жениться на ней? Она настоящая заноза в заднице, но я хочу жениться. Да я хочу, чтобы она была моей, чтобы никто не имел право касаться ее, смотреть на нее. А Фальеру я все равно пущу кровь, он не должен  поедать глазами мою занозу. Разговаривать с ней, смеяться…Замигал указатель бензина, показывая, что на нуле. Тут же завернул на бензоколонку, до гнезда не дотяну.

Дал карту заправщику, не выходя из машины. Наша заправка, семейный бизнес процветает. Может, мне станет интересно, и я пойду по стопам отца. Пока же в эти битвы в верхах меня не тянет.

– Я, конечно, извиняюсь, — сказал заправщик, и глаза его забегали, — но оплата по вашей карточке не проходит.

Я сначала не понял, о чем говорит этот низший, сердце от взрыва негодования застучало, как сумасшедшее, а когти и клыки сами по себе полезли наружу. Заправщик икнул, побледнел и что было силы побежал прочь в небольшой магазинчик при заправке. Я смотрел ему вслед и рычал. Отец сделал то, о чем всегда грозился, отрубил мне доступ к деньгам семьи, а я, как назло, свою карточку на которой лежали честно мною заработанные на гонках бабки, забыл дома.

– Рос, — сказал я в трубку, когда это засранец соизволили ее взять, — Я на пятой заправке, дуй сюда, захвати денег или карту, старик перекрыл мне доступ.

Рос, не подвел, приехал через полчаса улыбаясь во все клыки:

– Ты попал друг, твой папаша метал и рвал, когда Дригассы стали разрывать с ним все контракты. А чего ты ожидал? — сказал он, кинув мне свою карту, я передал ее подоспевшему заправщику, — Ты столько лет его игнорируешь, а тут еще сделку века срываешь.

– Наших денег хватит, чтобы Морны жили безбедно еще несколько веков. Зачем копить, если не тратить, — я реально был зол.

В нашей семье каждое поколение занимается своим делом. Прадед, насколько я знаю, разрабатывал шахты с золотом, дед занимался жемчугом, отец решил, что нефть даст лучшую прибыль и не прогадал, но я не собирался перенимать его дело. Почему он решил, что мне интересно то же что и ему? Я еще не определился со своим путем и имею право жить как хочу. Отец поступил со мной неправильно. К тому же он мог готовить наследником сына Алисии, как грозился.

У меня, как одного из Морнов есть начальный капитал, который лежал на счету банка, до момента пока я не решу начать свое дело. Это такой закон в нашей семье. Отец всеми силами хотел, чтобы эти деньги я вложил в его бизнес. Мне же это не интересно, поэтому я спокойно жил.Что теперь делать? Воевать с собственным отцом? Я еще не решил, чем заниматься, к чему меня тянет, а без нормального бизнес-плана, разработанного на пару лет, мои деньги из банка не выцапаешь. Предки в этом смысле были щепетильны. Взывать к ним, я тоже не решусь, никогда не знаешь, что у этих старых маразматиков на уме. Могу сделать хуже.  Пусть себе дальше будут подальше от меня.

Все семейство собирается лишь тогда, когда рождается новый Морн. Я их видел то один раз, когда Алисия родила своих близнецов. И больше такого желания не имею. Сила в них была огромная, она сминала мою волю, как бумажку и сгибала в поклоне. А я не привык никому кланяться.

Мне кажется, самый старший из дедов даже древнее нашего старейшины Мореро, но это не точно. Я познакомился только с двумя близкими, дедом и прадедом, хватило родственного общения. Я даже стал понимать отца и то, что на семейные праздники мы их не зовем. В связи с тем, что соблюдать тайну из существования вампиров  не нужно, теперь каждый из Морнов, если захочет, может жить в семейном гнезде. И слава всем богам, что такого желания у них не возникает. Хотя в усыпальнице стоит немало гробниц с телами предков и ходят слухи, что не все тела в них мертвы окончательной смертью. «Скелеты в шкафу» есть у всех вампирских семей.

– Как твоя заноза? — Рос сел рядом со мной, я очень хотел его послать, но пока решил, что его помощь не помешает.

– Ты со мной? — спросил его, игнорируя вопрос о Миле.

– Конечно, — Рос довольно оскалился в улыбке, — пропустить скандал века, да ни в жизнь. Буду потом своим потомкам рассказывать, как развалилось гнездо Морнов.

– Размечтался, — как всегда, шутки Роса меня веселили и давали взглянуть на мир с другой точки зрения, — я просто его выслушаю и пошлю подальше. — Так как заноза, — не успокаивался Рос, — может, плюнешь на эту истинность и завалимся в «Дикие волшебницы» там новые цыпочки, даже фейри появилась. Если очень постараться, можно купить ее кровь, — Рос облизнулся, глаза его блеснули.

– Ты неисправим, — хмыкнул я, — но мне это не интересно.

– Нужно сходить в темные кварталы и посмотреть тебя на приворот, может  это не истинность, — озабоченно сказал Рос, — И как теперь мне жить?! — возмутился он, — Я же буду бояться каждой новой девки. Не дай кровавый бог, она окажется истинной и перекроет мне доступ к другим вкусным телам.

Я усмехнулся, вопли Роса немного успокоили. Я даже перестал злиться на Милу. После разговора с отцом нужно ей позвонить. Она не привыкла быть вампиром и все еще мерит жизнь людскими мерами. А еще она не знает, что такое холод в груди, когда ничего не радует и жизнь становится скучной и гадкой. Она из человека перешла в вампира с истинной связью, и не заметила перехода. Для нее не было бесконечных часов голода, когда кровь кажется безвкусной и не насыщает. Не было желания убить всех, кто стоит рядом просто потому, что хочется ощущать адреналин в крови. А секс без эмоций, тупое занятие, где просто ждешь разрядки.

А я это помню, и мне все равно что Мила может выкинуть в следующий миг. Буду злиться с наслаждением, буду любить ее с безумством, потому что в ней заключена моя жизнь. Буду рядом, даже если она будет гнать меня прочь. В конце концов, впереди у нас вечность и рано или поздно она поймет, что лучше меня никого нет.

Думы об истинной заставили кровь быстрее бежать по венам, а горло сдавило от голода. Я чувствовал ее запах на моей одежде, ее вкус на своих губах и желание перекрыло все эмоции. Справиться с ним было очень тяжело. Я был готов развернуть машину и мчатся назад к своей занозе. Больших трудов стоило выровнять дыхание и взять себя в руки. — Морн, ты всегда был странным, — сказал Рос, — теперь вообще молчишь как истукан, уже пару минут, не отвечая на вопросы.

– С Милой все хорошо, — решил я все же ответить другу, — билансы ее легализировали и в Око на нее ничего нет. Кстати, как мое задание, выполнил.

Рос хмыкнул, и тут же полез в телефон:

– Конечно, я же не просто по барам бегал, я самый лучший в мире сыщик. Вот скидываю инфу тебе на сотовый, прими доки. Если кратко, ее нашли в возрасте десяти лет в лаборатории одного из вучон. Были такие раньше, думаю и сейчас есть, только лучше запрятаны. Там желали сделать из человеческих детишек супербойцов, внедряя в них модифицированные гены вампиров. Хорошо продвинулись в этом направлении. Того, кто держал лабораторию ни нашли. Были некоторые зацепки, но те оборвались. Вампир, который был под прицелом, полностью оправдался и даже работает теперь в Око.

Я нахмурился, от предчувствий  неприятно засосало под ложечкой.

– Удиви меня, — сказал я, выруливая на семейную стоянку, судя по автомобилям, вся семейка в сборе даже Алисия тут.

– Кристофер Норут, тебе о чем-то говорит? — спросил Рос.

– Это куратор Милы, — я скрипнул зубами, — ты подумал о том же что и я?

– Что он и есть тот самый ученый, — задумался Рос, — даже не знаю, в Око тоже не дураки сидят.

– Тогда мне нужна вся информация по семейке Норут, — сказал я.

– Ты думаешь, он кого-то прикрывает? — спросил Рос.

– Или его кто-то прикрывает, — покачал я головой.

Семья была в сборе, кроме них, тут присутствовали Дригассы. Им то что тут понадобилось? Я оглядел приемный зал, оформленный в темном готическом стиле. Мама превзошла себя, и обстановка показывала, что собрались тут хищники. Острые углы в мебели, темно-бордовый бархат в обивке, старинные гобелены, и состаренные канделябры по стенам. Приглушенный свет, хотя на улице еще день, но зашторенные тяжелыми портьерами окна, скрывали этот недостаток готического стиля.

– Всем привет, — вылез вперед Рос, — Что у нас сегодня на ужин?

– Росгард ты можешь быть свободен, тут семейный сбор, — холодно сказал отец.

Рос хмыкнул и хотел развернуться, но я задержал его за руку и посмотрел на отца:

– Я смотрю тут уже есть чужие, — мой взгляд перешёл на семью Дригассов, экс невеста прижала к груди руки, играя оскорбленную невинность, — так что Рос останется.

– Хорошо, — после некоторого молчания сказал отец и встал с дивана, на котором, остались сидеть мама и Алисия с мужем.

Надо сказать, сестра была бледна сильнее обычного, и ее взгляд мне не понравился. Раньше, еще до ее замужества мы могли понимать друг друга без слов, но потом она стала женой, а потом и матерью, ей было не до общения со мной. Я на неё злился. Даже у людей близнецы редкость, что ж говорить о вампирах. Так вот, лицо сестры выдавало  тревогу и немалую, отчего я тоже насторожился.

– Ты заблокировал мои карты и счета? — спросил я отца, когда сел на кресло, которое стояло не занятым, — решил, что я останусь без денег?

– Я хотел, чтобы ты приехал сюда, — разглядывая меня, сказал отец, — ты игнорируешь все мои пожелания Максимилиан, не хочешь принять мой бизнес и проживаешь бесполезную жизнь.

– Мы вампиры, отец, ты наверно перепутал нас с людьми, ау, — я помахал ему рукой, — Мы практически бессмертны, еще вагон времени. Кстати, у меня для вас хорошая новость. — Я не собирался скрывать, что у меня есть истинная.

– Это у меня есть что тебе сказать сын, — прервал меня отец. Рос, звякнул бутылкой из которой пополнял свой бокал, вот же ненасытный. Взгляды всех переключились на него, отчего он сразу отмахался:

– Не прерывайтесь, я тут с края посижу, — и занял неприметный стул возле оконных портьер с бокалом крови.

– Максимилиан ты вынудил меня к этому, — вдруг сказал отец и на меня сверху упала сверкающая сетка, ловушка, которая стягивалась с каждой секундой, не давая мне двигаться.

– Воу воу, полегче, что вы собираетесь делать? — чуть не подавился кровью Росгард.

– Марк, — отец кивнул зятю на Росгарда, который уже вскочил и бежал ко мне, — убери его отсюда.

– Вы зря это делаете, — пыхтел Рос, когда Марк скрутил его и тащил прочь из зала.

– Прошу тебя, — подала голос мама, — Себастьян, ты делаешь ошибку.

– Да, — кричал Рос, — вы делаете ошибку, — потом его голос затих, потому что Марк выкинул его из зала.

– Дорогая, ты сама видишь, что Максу мы не указ. Я не намерен ждать, когда он притащит к нам в дом нищенку из билансов.

Я все это время боролся с сеткой, сильная вещь, древняя, сделанная фейри для вампиров. Моя магия не смогла ее пережечь, а попытки выбраться приводили лишь к тому, что она сжималась, все сильнее сдавливая тело.

– Не пораньте мне зятя, — весело хмыкнул папаша Дригассе, — ему еще наследников делать.

Последнее, что я запомнил, прежде чем погрузится во тьму, бледное лицо сестры и губы, которые шептали, «прости».