Глава 40

— Нет! Я ни за что не залезу на тебя!

— Рада…

Его снисходительная улыбка меня убивала. Ему-то смешно, а мне страшно.

— Нет! Ни за что!

— Хочешь, чтобы я снова нёс тебя в когтях? Рада, я не уроню тебя, поверь. Дракон просто не допустит этого. Кроха, ты такая смешная! — Он засмеялся. — Зато представь, как ты полетишь с ветерком!

— Я боюсь его.

— Кого? Дракона? Глупышка моя! — Он притянул меня к себе. — Дракон — это моя вторая сущность. Он — это я. Разве ты ещё этого не поняла?

— Ну… не знаю, он у тебя такой… огромный. И смотрит так, будто сожрать хочет.

Эйден игриво ухмыльнулся и прихватил зубами мою нижнюю губу.

— Сожрать мы тебя хотим только в определённом плане. Ты ведь у нас такая сладкая, кроха, — хрипло произнёс он, раздвигая языком мои губы. — Разница только в том, что он не может это сделать, а вот я… могу.

Его язык проник в мой рот, лаская, искушая изощрённой лаской и вызывая настоящий вихрь мурашек по коже. Прижал меня к себе, давая в полной мере почувствовать, насколько он возбуждён.

— Всё ещё боишься меня? — спросил он, отстраняясь.

— Ты меня, правда, не съешь?

— Только если ночью, когда ты будешь стонать подо мной. — Ещё и ухмыляется, зараза!

— Эйден! Не смешно!

— Я тебе обещаю, Рада.

— Ну ладно, я согласна. А-а… куда мы полетим?

— В Амансиан, королевство сахатов.

— Это ещё кто?

— Сахаты — серебристые драконы.

— А разве такие бывают? — искренне удивилась я.

— Конечно. В моём мире существует три расы драконов: дарги — чёрные, сахаты — серебристые, и акхоры — красные огненные драконы. Каждая раса живёт в своём королевстве, на своей территории, и старается не нарушать границы друг друга. Ты ещё многого не знаешь о моём мире, Рада. Тебе только предстоит всё узнать.

Интересно, что значат его слова? Я пока ничего не понимаю. Или просто не хочу понимать?

— Когда-то мы были очень дружны с младшим принцем сахатов, Элиором, несмотря на все границы и условности. — Эйден усмехнулся и задумался о чём-то. — Надеюсь, они мне помогут.

— А если нет? Эйден, тебя ведь не было много лет — чёрт! — тысячелетий! Сколько ты проспал в моём мире? Если верить древнему свитку, то со времён египетских фараонов. А это тысячи лет. — Я тут же прикинула в голове насколько это много. — Боже, у меня от всего этого скоро мозги вскипят! Сколько лет вы вообще живёте?

— Не так много, как ты думаешь. Просто в моём мире время течёт совсем по-другому. В твоём мире прошли тысячелетия, а в моём — всего лишь десятки лет. Лишь магический кристалл смог помочь мне сохранить жизнь в твоём мире на много-много лет. Он, как тонкая ниточка, связывающая меня с моим миром. Когда я переместился в твой мир, я был ещё полон магии. В своей второй ипостаси, в облике огнедышащего зверя, я предстал перед людьми твоего мира. Именно поэтому мой образ отразился в истории.

— Тебя называли Апофисом.

— Меня называли по-разному, — усмехнулся Эйден. — Перед тем как уснуть в пещерах Венесуэлы, я пролетел через всю Землю.

— И везде оставил свой драконий след. — Теперь настала моя очередь улыбаться.

А ведь действительно в мифологии всех народов мира есть упоминание о драконах. В разных частях света, казалось бы, совершенно не пересекающихся друг с другом, люди знали о нём. Удивительно, но факт!

— На мне, я смотрю, ты тоже успел отметиться, — решила предъявить ему претензию и, откинув волосы, показала метку. — Ты знаешь, что это?

— Брачная метка, — как ни в чём не бывало ответил он. Ещё и ухмыляется, сидит, как довольный наглый кот!

— Я понимаю! Мне уже сказали, что это. Но… какого чёрта, Эйден?! Зачем ты это сделал?! — Я возмущённо взмахнула руками.

— Это произошло неосознанно. Мой зверь, дракон, выбрал тебя.

— Что это значит?

— Раньше я не мог понять, что ты альва, потому что моя магия была практически на нуле. Хотя нет, наверное, чувствовал… на уровне подсознания. Поэтому мне так не хотелось тебя отпускать. — На его губах заиграла лукавая улыбка, и он придвинул меня ближе, вынуждая сесть к нему на колени и обхватить ногами его торс. — Тебя невозможно было не почувствовать, такую сладкую и нежную девочку.

Ну вот, зачем он меня так смущает? Я, наверное, опять покраснела, как помидор.

— Дракон внутри меня, в котором ещё теплилась маленькая искра магии, почувствовал тебя и сразу сделал своей. — Его ладонь зарылась в мои волосы, собирая их в пучок, и оттянула назад, обнажая шею, делая её доступной и уязвимой для его настойчивых неумолимых губ. Я тихо всхлипнула, когда его зубы слегка прихватили нежную кожу за ушком. — Мы сделали тебя своей. Теперь ты моя, Рада. Только моя…

Его голос стал хриплым от возбуждения, а член налился силой и очень красноречиво упирался мне прямо между ног. Дыхание стало тяжёлым, прерывистым, а губы заскользили по обнажённой коже, обжигая её своими прикосновениями.

Ещё чуть-чуть, и мы вряд ли улетим отсюда в ближайшее время. А Эйден говорил, что здесь нам нельзя оставаться надолго. 1439f7c

— Эйден, подожди. — Я упёрлась ладошками в его грудь и посмотрела на него укоризненно. — Ты, кажется, обещал мне, что мы поговорим и ты мне всё расскажешь.

— Прости, кроха. Просто ты сводишь меня с ума, — разочарованно вздохнул он. — Сейчас у нас должен был быть медовый месяц, и я любил бы тебя до потери сознания. А потом… — задумчиво и как бы между прочим произнёс он, после чего перевёл взгляд на меня, чтобы что-то сказать, но видимо, заметив ошарашенное и возмущённое выражение моего лица, быстро сменил тему разговора.

Вот ведь зараза!

— Так о чём ты ещё хотела поговорить?

Я фыркнула, в который раз удивляясь его умению так быстро сменять маски — от властного самца, до нежного и заботливого дракончика.

— О нас, конечно. И о нашем положении сейчас. — Эйден выгнул бровь, мол, я тебя внимательно слушаю. — Что, если твой друг-дракон тебе не поможет? Что тогда?

Эйден нахмурился.

— Посмотрим. Но в любом случае, сейчас мы летим в Амансиан. — Он поднялся вместе со мной и только потом опустил меня землю. — В Эмироссе тебе оставаться нельзя: наверняка Рангар уже ищет тебя и обязательно захочет заполучить. Особенно сейчас, когда он знает, что ты — моя альва.