Глава 46

Мы покинули Амансиан с первыми лучами солнца. Я так и не смогла смириться со своей будущей участью и перспективой обзавестись мужским гаремом.

Мужской гарем… Звучит как-то странно, правда? В моём понимании гарем — это когда во главе стоит один властный властелин, а вокруг него — красавицы-девицы, исполняющие его желания. Но в моём случае всё совсем наоборот: красавица — я одна, а вокруг — куча властных властелинов, которые вряд ли позволят мне повелевать и властвовать.

Блин, куда я вляпалась?!

Эмиросс встретил нас звонкими фанфарами и дружным приветственным рычанием драконов. Надо же, как они встречают своего нового императора!

Во дворце тут же все начали суетиться, как только Эйден вошёл в дворцовые ворота. Его сразу окружили драконы и начали поздравлять с победой, восхвалять нового императора и… Короче, подлизываться.

Меня увели в комнату. На этот раз выделили шикарные покои, достойные самой королевы: стены, обитые шелками, мебель, обрамлённая золотом, а в самом центре комнаты — громадных размеров кровать с красивым балдахином в изголовье.

Меня посадили в идеальную золотую клетку, из которой нет выхода.

Два дня я не выходила из комнаты, хотя и не была пленницей. Служанки постоянно звали меня на прогулку в сад. Но мне ничего не хотелось: ни есть, ни пить, ни гулять. Просто жуткая пустота в душе, апатия. Я будто потеряла себя.

Когда приходил Эйден, я упорно его игнорировала. Злилась на него. А он злился на меня за то, что не могла смириться и принять его волю. Короче, замкнутый круг.

— Сегодня вечером состоится торжественный приём во дворце в честь моей коронации, — сообщил мне Эйден, заглянув утром в спальню. — Будет присутствовать вся знать Эмиросса: главы драконьих кланов со своими альвами, а также драконы, которые ещё не обзавелись ими. Коронация — всего лишь повод: на самом деле на приёме будет проходить негласный выбор союзников для императора, и все они будут знать об этом. Поэтому многие из драконов будут оказывать тебе внимание, пытаться заговорить и получить твоё расположение. — Я в шоке распахнула глаза и потерянно уставилась на Эйдена. Уже? Так скоро? Я ещё не готова. Глядя на мой ошарашенный вид, он хмуро добавил: — Не шарахайся от них, как от чумы, Рада. Никто из них не причинит тебе вреда. Присмотрись. Я дал тебе выбор. Если сегодня вечером ты его не сделаешь, мне придётся выбрать самому.

Легко сказать! Как выбирать? Это же не то же самое, что помидоры на базаре выбирать. Это будет муж, к тому же ещё и не один.

Короче, ближе к вечеру я себя настолько накрутила, что на праздник явилась злая и с агрессивным настроем. Может, если я буду букой, они не захотят иметь такую альву, как я?

Эх, мечты, мечты!

Как только я вошла в зал, все взоры тут же устремились на меня. Я как-то даже оцепенела на мгновение и хотела уже дать задний ход, но, приведя себя в чувство, уверенно двинулась по кроваво-красной дорожке из сверкающих камней.

Тронный зал, кстати, уже восстановили после драконьего побоища. Он теперь как новый, даже ещё лучше. Эйден восседал на троне в центре зала — весь такой из себя повелитель драконов. Он был в чёрном камзоле, расшитом сверкающими нитями и усыпанном драгоценными камнями. На голове — золотая корона, венец величия и власти.

Ну, что греха таить: красив, зараза!

Он смотрел на меня прожигая насквозь своим пристальным тёмным взглядом, который скользил по моей фигуре пожирая её голодно и жадно. Я знала, как выгляжу, и также знала, что нравлюсь ему. На мне было ярко-бордовое платье из нежнейшего шёлка, длинное, в пол, с лёгким шлейфом. Сзади — непривычно глубокий вырез, открывавший мою «татуировку» (так я стала её называть, когда рассмотрела, наконец, эту красоту в зеркале). Чёрный витиеватый узор, напоминающий голову дракона и ещё какие-то завитушки с иероглифами на непонятном мне языке. Но предполагаю, что на драконьем.

Волосы мне собрали в высокую причёску, с той же целью — показать драконью метку. Короче, служанки постарались на славу: вырядили меня так, что у Эйдена при виде на меня глаза горели от похоти. И, кстати, не только у него.

Оглянувшись по сторонам, заметила на себе заинтересованные, горящие взгляды мужчин и тут же поёжилась.

Все они знают, кто я и для чего мы здесь собрались — так, вроде, сказал Эйден.

Я чувствовала на себе их оценивающие взгляды — наглые, похотливые. Чувствовала их невидимые прикосновения. Они трогали меня глазами: ощупывали, присматривались.

Эйден поднялся со своего трона и подал мне руку, когда я подошла к нему ближе. Не знаю, правильно ли я поступила, ломанувшись прямо к нему, когда вошла в зал. Мне никто не сказал, как я должна себя вести сегодня. От страха у меня подгибались коленки, и Эйден стал моей единственной целью, до которой я обязательно должна была добраться, чтобы позорно не свинтить с этой драконьей вечеринки. Не хотелось показать себя трусихой. Всё-таки я шла сюда с боевым настроем.

— Моя кроха, — выдохнул он с восхищением. — Ты так прекрасна!

Я выдавила улыбку, хотя всё ещё злилась на него.

Эйден вскинул руку, подавая знак к началу праздника, и зал тут же ожил: заиграла музыка, по залу закружились пары в красивом медленном танце, вышколенные слуги начали сновать туда-сюда, разнося гостям хрустальные бокалы с игристым напитком.

Вечеринка была в разгаре!