Глава 17. Всем мил не будешь

В лучших традициях сказки о Золушке я сбегаю от Кондратьева на рассвете, позабыв где-то в недрах его квартиры заколку для волос. Если честно, хотелось остаться до победного, позавтракать вместе, куда-нибудь выбраться или валяться весь день на диване.

Но это путь в никуда. Первейшая возможность показаться излишне настойчивой. Нет уж, пусть он лучше гадает, почему принцесса ушла с первыми лучами солнца.

Да не просто ушла, а рванула с крейсерской скоростью, едва разомкнув глаза и обнаружив себя в обнимку с очень соблазнительным мужчиной.

Просто утром не только карета превратится в тыкву, но и я, если вовремя не приму душ и не намажусь кремами по самые уши.

Замираю в дверях комнаты, напоследок рассматривая безмятежное лицо. Дима спит так очаровательно и беззащитно, спрятав ладонь под подушку и обмотавшись в одеяло как в кокон. Улыбка сама по себе наползает на губы. Я мотаю головой и прокрадываюсь в коридор, где долго ищу туфли и пытаюсь нащупать замочную скважину, не включая свет.

Всё, теперь можно полдня дрыхнуть, отсыпаясь после активного отдыха.

Кстати. Только сейчас понимаю, что Кондратьев не поздравил меня с днем рождения. Не знал он или просто не хотел акцентировать внимание, но я благодарна за это. Он не стал превращать наш вечер в очередное напоминание, что Анна Васнецова неуклонно стареет.

К сожалению, выспаться мне не дали.

Определитель на домашнем телефоне высвечивает номер. Уля. Причем звонит она так настойчиво, что в моих же интересах поднять трубку. Я почему-то прекрасно чувствую настроение подруги даже через расстояние. Если звонок длится более минуты — всё пропало.

— Привет, — зеваю в трубку.

— Спишь? — уточняет Улька таким тоном, будто я сотворила какое-то непотребство.

— Пытаюсь.

— Хорошо тебе…

И как специально замолкает. Мне известна эта коварная фишка. Уля ждет какого-нибудь вопроса, потому что сама не собирается ничего объяснять. Но как только я что-нибудь спрошу, как её разорвет от негатива.

Иного не дано.

Велик соблазн попрощаться и повесить трубку, но я поднимаюсь с кровати и иду заваривать кофе, прижав телефон к плечу щекой.

— Что-то случилось?

— Абсолютно ничего не случилось, — трагично произносит подруга и добавляет: — Кроме того, что ты бросила нас с Дашкой вчера в клубе совсем одних. Уехала куда-то, даже телефон не взяла. Ты представляешь, как я с ума сходила, пока искала тебя по подворотням?

Ой. Я ведь, и правда, забыла телефон в камере хранения и убежала, никого не предупредив. Нехорошо вышло. Надо было хотя бы ручкой подружкам помахать. Но мне настолько застлало глаза внезапно охватившими чувствами, что в тот момент весь мир потерял значение.

Имели смысл только я и Дима Кондратьев. Такой близкий. Такой непонятный. Такой сказочный.

— Блин, извини. Вообще не подумала, на меня вчера какое-то помутнение нашло.

Я говорю это и вдруг понимаю, что в рассказе Ули кое-что не сходится. С чего это им переживать о моем местонахождении, если Дашка сама притащила в клуб Кондратьева?

— Уля, подожди… Даша знала, где я нахожусь.

— Знала! — не спорит подруга, цокнув языком. — Только мне вот она ничего не сообщила. Смотрю, ты с каким-то ушлепком вышла. Пять минут где-то шляешься, десять, пятнадцать. Я на улицу побежала, а тебя нигде нет. У меня сердце остановилось, блин. Возвращаюсь к этой клуше, а она ржет: «Её забрал прекрасный принц».

Уля произносит это с таким отвращением, словно к принцам у неё особая неприязнь. Мне приходится ещё несколько раз извиниться, но подружка так запросто не сдается. Она очень рассержена. Фырчит, ворчит, ругается.

Но наконец-то любопытство берет над ней верх.

— Что за мужик-то? Тот самый, с вечеринки? Уверена, что тебе такой нужен? Обычный какой-то, ещё и плюгавенький.

Меня передергивает от одного воспоминания о том, чем могла кончиться встреча с тем брюнетом.

— Нет, не он, — качаю головой и делаю первый глоток кофе.

Напиток богов, иначе и не назовешь. Сразу появляется желание жить, а не скручиваться улиткой в кроватке.

— А кто?

— Дмитрий Кондратьев, ну, фотограф.

Молчание Ули очень уж красноречивое. Видимо, она перебирает всех известных ей фотографов, но так и не может вспомнить конкретно этого. Я не удивлена. Улька вообще плохо запоминает мужиков, которые ей не симпатичны.

— С моей свадьбы, — даю подсказку. — Высокий такой, темноволосый. Блин, Ульян, он единственный на свадьбе бегал с фотоаппаратом.

— А-а-а, — тянет она, но в тоне не слышится никакой уверенности. — Понятно. И как, уже уложила его в постель?

— Почти, — со смехом рассказываю о нашем пари.

— Странный у тебя подход к соблазнению мужчин. Да и сам по себе какой-то сомнительный товарищ. Вместо того чтобы как следует оторваться, он кормил тебя морепродуктами и показывал фильм? Меня бы смутило такое отношение. Все-таки ты такая… особенная. Ну, горячая. Какой смысл изображать из себя джентльмена? Короче, непонятно, — Уля вздыхает. — Будь осторожна, Ань. Не хочу тебе ничего советовать, но я бы от такого кавалера держалась подальше.

Я лишь дергаю плечом. Ой, да ну. Уля из тех, кто готов ввязаться в любую авантюру; зато как у меня появился кто-то мало-мальски адекватный — так сразу начинаются волнения.

— Ань, я не шучу, — произносит недовольно. — У меня чутье на всяких мерзавцев. Он мне не понравился уже в тот момент, когда тебя со свадьбы выкрал. Это же ненормально.

— Я тебя услышала, спасибо.

— Понятно, мнение подруги для тебя ничего не значит.

С этими словами она вешает трубку, оставив меня в полнейшем смятении. Это что ещё за выкрутасы?

Короче говоря, настроение у меня ни к черту, да ещё и в сон клонит со страшной силой. Но раз уж встала, надо что-нибудь поделать. Добираюсь до ноутбука и отсылаю клиентке — одной из немногих, кто до сих пор остался со мной — эскизы. Заливаюсь второй и третьей чашкой кофе. Мысли никак не собрать в кучку, и я бездумно листаю ленту в социальной сети.

Ой, кажется, тот свадебный салон все-таки сменил фотографа. Снимки такие живые и искренние, что я одобрительно хмыкаю, а уже после обращаю внимание на водяной знак с авторством.

Д. Кондратьев.

Да ладно!

Всё-таки меня восхищает этот человек. Он способен в мгновение ока перейти от ширпотреба до работы премиум-класса. Невероятно.

Стыдно признаться, но я уже соскучилась…