Глава 32 · О занятных поворотах Судьбы и исторических сплетнях
'Вот так и живём, не ждём тишины,
Мы юности нашей, как прежде, верны.
А сердце, как прежде, горит оттого,
Что дружба превыше всего…'
Е. Долматовский «Вот так и живём»
Кирилл
В целом, все прошло, конечно, через жопу, но не так страшно, как я думал.
Мама благодушно тискала Ларчика и смотрела на Любу с сыном… спокойно. Ну, раз сразу не послала, значит, либо выскажется очень аккуратно и обстоятельно после, либо и тут обойдется. Было бы хорошо.
Пока отвлекся на то, чтобы успокоить и подбодрить Любушку, явился матушкин доктор и принес просто мега-новость:
— Нонна Аркадьевна, если ваши защитники обязуются обеспечить вам покой и комфорт, а также организовать лечение, согласно рекомендациям из выписки, пожалуй, мы готовы отпустить вас лежать домой.
Прикинул, что такой поворот нам оказался бы прямо очень кстати. Вот не зря Андрюха ходил потолковать с маминым врачом. Понимает же, к чему все идет и… импровизирует.
Естественно, мы давай тут же хором уверять, что «присмотрим, обеспечим, окружим заботой», а Клара с маминых колен заявила серьезно так:
— Дома маме будет лутсе. Мы лядом. Белезом, заботимса. Она лезыт.
— Ну, раз она лежит, а вы заботитесь, то можете маму забирать тогда, — заржал эскулап, а матушка чуть не подскочила от радости.
— Нон! Я провожу, — Андрюха оказался рядом вмиг.
Как он ее караулит, это что-то. Завидую, короче.
Я-то многозадачный получился. Мне в нынешней ситуации никак нельзя узконаправленным быть, раз семья большая и с хорошим таким приветом. Разнообразная, короче. Ну да ладно, как-нибудь справимся.
Когда весь наш развеселый табор с вещами разместился в машинах, Андрей поделился планами:
— Кир, сейчас надо девочкам и детям охрану. И договаривайся со своими ментами. Есть пара занятных видосов. Сегодняшних.
Вот не устает Андрюха меня удивлять, ей-ей. Вроде, кажется, понимаешь его: простой, честный, надежный и прямой, как шпала парень. Мать мою очень любит и ладно. Умная в их союзе — она. Но тут, надо же! Видео! Мои «знакомые менты» рады будут полюбопытствовать, отвечаю.
Покивал, да пока добирались до дома, списался со следаком. Ну, там народ такой, азартный: «С материалами ждем, хоть ночью» прилетело в ответ. Ну, значит, сейчас дом в крепость превратим и помчим в полицию.
Адель Варисовна встречала нас в дверях, а из квартиры завлекательно тянуло бешем [1] и баурсаками [2].
— Какое счастье вернуться домой, — пробормотал, целуя бабушку в щеку, а она заговорщически мне подмигнула.
Да, сейчас мы с ней больше всех в курсе того эпического трындеца, что завертелся вокруг нашей семьи. Но мы справимся.
Мать волновать нельзя, Андрюхе только четкие задачи ставить, а Любу с детьми беречь и караулить во все глаза. Такие дела.
Надо сказать, что отработал мамин муж вопрос охраны на пять: не успели мы переодеться и поесть, как на пороге нарисовались ребята из нашей СБ, те, что силовики.
— Всех впускать. Никого не выпускать. Караулить. Глаз просто не спускать, — раздал им указания Шеф нашей богадельни, и погнали мы к «моим знакомым ментам».
Предварительно, конечно, перецеловав «любимых женщин». Мне пришлось вынужденно начать с Клариссы, потому что сестра желала нашептать мне в ухо:
— Быстлее возвласяйтесь. Люба будет скутять. Сильно. И я.
Я, конечно, прикололся:
— А мама? Не будет?
Ларчик посмотрела как на идиота:
— Мама будет спать!
Ну, и не поспорить же.
Пока ехали до гнезда «знакомых ментов», поделился с Андреем занятной инфой.
Я ведь не совсем неотесанная деревенщина, спасибо маме, как только вся эта херня началась, я погуглил.
— Значит так, тебе для справки. Разузнал тут немного. Слушай историческую байку. Знаменитый на весь мир Альфред Александрович Парланд–Первый оказался офигенным чуваком: мощный архитектор, да еще и педагог. И с церковными иерархами работал, и при императорском дворе был принят и любим. Короче, натурально, классный мужик. Да он даже революцию в Петрограде пережил. Прикольно: родился в Российской империи, а умер в РСФСР. Притом, что мать у него была Мария Кэролайн, а отец Александр Иваныч, ну, такое себе веселье.
Приятно было посмотреть на человека, который, когда вынужденно с матерью в театры ходил, то либо дремал, либо бдел над безопасностью его «прекрасной Норны», а тут история буквально сама пришла к нему:
— Это что еще за хрен? — и глаза такие дикие.
Прожал про себя, конечно, но ответил честно:
— Это — Великий Предок Фредди, как ты понял. И семейные связи у него тоже были дюже занятные. Особенно меня прикололо, что дед его Джон был преподавателем английского языка в семье у императора Павла I. Шотландец, да. А отец будущей знаменитости явился, такой простой парнишка с гор, по приглашению своего бати, в Россию и учился в Академии художеств, даже гравюры какие-то типа клепал. Простые они ребята там в Шотландии. И быстрые, да. Ну, потом, ясен пень, в торговлю подался и женился на дочке фабриканта из Штутгарта. Короче, семейка Парланд оказалась ушлая.
Андрей мрачнел на глазах, а вот с чего — я понять не мог. Мне-то было сначала любопытно, потом я охренел, а дальше уже даже удивляться устал. А он-то с чего с такой мордой?
Однако у меня было что рассказать еще:
— Но это же, как ты понимаешь, не всё. Там началось такое дикое веселье, если посмотреть на племянниц Альфреда Александровича, а конкретно на Алису Андреевну и Эмму, то есть Любовь, Андреевну Парланд, дочерей младшего брата великого архитектора и твоего тезки — Андрея.
Мамин муж скривился, но промолчал. Да, надо будет спросить потом, чего ему не зашло. Потому что, когда я сунулся обсудить занятную биографию Парландов с бабушкой Адель, она только головой покачала:
— Все новое — хорошо забытое старое. Вот эти современные сериалы, мелодрамы, да романчики любовные, которыми завалены все книжные, — они все лишь повторяют то, что раньше было нашей действительностью.
Ну, я, конечно, тоже конкретно прифигел, когда понял, что одна из племянниц, младшая, та, которая Эмма-Любовь, была замужем за самим Михаилом Семёновым-Тян-Шанским [3].
Мать моя Нонна в свое время, путешествуя со своим отцом, бывала в Узбекистане и Казахстане, и про горную систему Тянь-Шаня могла разговаривать очень много, подробно и долго, поэтому даже такой лопух в «истории с географией», как я, уж кого-кого, а семейство Семёновых-Тян-Шанских знал. Более того, переехав в Питер, прошвырнулся по «памятным местам» и теперь даже представлял, где они здесь обитали и совершали подвиги в Блокаду.
Но таких нюансов их семейной жизни мне, конкретно, даже в голову не могло прийти. Потому что это было ещё не всё.
— Короче, Андрюх, там дальше занятно было. Таки женившись первым браком на Эмме Андреевне Парланд, младшей племяннице Альфреда Александровича, Михаил Дмитриевич Семёнов-Тян-Шанский получил в этом браке двух дочерей: Веру и Анастасию. Но Эмма Андреевна умерла в один год со своим великим и известным дядькой: в революционном Петрограде в 1919 году. Но прикол там в другом. Вторым браком Михаил Дмитриевич был женат на Алисе Андреевне Парланд — старшей сестре своей жены, которая была старше ее на двенадцать лет.
Андрюха присвистнул:
— Вот это номер. Как у этих талантливых и известных хитро жизнь складывается.
Я уж не стал ему ничего про его собственную жизнь говорить, да. Вот уж где занятно. Но у меня же еще финалочка про Парландов-Тян-Шанских была:
— Не хило там у них так завернулось, потому что вишенкой на тортик в этой семье оказался ещё и племянник, сын Рафаила Дмитриевича Семёнова-Тян-Шанского, Кирилл, которого Михаил Дмитриевич растил, как сына.
— Ты же понимаешь, что они там со всех сторон с завихрениями, да, Кирюша? — уточнила у меня в свое время Адель Варисовна после того, как мы обсудили исторические сплетни.
Мне оставалось только покивать:
— Получается адская Санта-Барбара, как говорит мама. Но странно, что это все имеет к нам непосредственное отношение.
А сейчас нахмурившийся Андрей бросил:
— Народ они известный. Шума будет много.
Ну, мое дело нынче какое? Соглашаться разве что:
— Откровенно говоря, никогда не хотел войти в историю, а уж тем более влипнуть. Но как-то так вышло.
Мамин муж хмыкнул, да мы как раз и приехали.
Что сказать про посещение отделения? Так как нас ждали дома, то мы были кратки: Андрей продемонстрировал запись, на которой видно, как Мария Фёдоровна переворачивает перстень над чашкой. А из него что-то капает. Вот ведь старая ведьма!
Сбросили копию для приобщения к материалам дела, подписали бумаги, какие надо, а в ответ получили неожиданную новость: родители Агнесс Парланд подали заявление о её исчезновении.
— Вот это охренеть поворот! — не удержался и высказался.
Мужики согласно покивали:
— Работаем. Одна из версий: Альфред Парланд убил жену, опасаясь, что та начнет болтать. Отношения у них в семье были странные. Почему нет?
Что я мог в таком случае предложить:
— А если вам потребовать от Парланда предъявить жену?
А чего? Все этому проклятому Фредди будет не скучно, козлу такому.
Но, оказалось, для меня сюрпризы на сегодня еще не закончились.
Когда мы с Андрюхой вернулись домой, то мне было продемонстрировано второе видео. На котором Агнесс Парланд, быстро оглянувшись, берет не тот поднос.
И стало ясно, что повод у Парланда убить жену был еще один. Железобетонный, натурально.
[1] Бешбарма́к — традиционное мясо-мучное блюдо тюркоязычных народов, представляет собой крошеное отварное мясо с лапшой, луковым соусом и некоторыми особенностями в технологии приготовления и подачи, что позволяет достичь узнаваемого вкуса. [2] Баурсак — это традиционное блюдо казахской, башкирской, татарской и других азиатских кухонь. Представляет собой жареные кусочки теста, напоминающие русские пончики или пышки. Баурсаки готовят на дрожжевом тесте, жарят в растительном масле и подают к основным блюдам, супам или просто к чаю. Они могут быть как сладкими, так и несладкими. [3] Русский, позднее советский географ и экономист, представитель учёной династии Семёновых-Тян-Шанских; профессор Педагогического института.