32

Поднявшись с дивана, я широко улыбнулась мужчине. Теперь, когда у меня есть документ, дающий мне практически безграничное право, он может отправляться ко всем чертям.

Ткань юбки зашуршала по обивке, и я почувствовала, как письмо в кармане слегка хрустнуло. Этот звук придал мне уверенности.

Какой же он все-таки странный, этот ведьмак. То высылает меня с позором, то является сюда и строит глазки, а стоит упомянуть его драгоценную Элаю, как сразу каменеет лицом. Определился бы уже, кого хочет — меня или свою возлюбленную.

Но это все, на самом деле, не важно. У меня появился козырь в рукаве, точнее, в кармане платья. И я намерена им воспользоваться по полной. Пусть только попробует помешать моим планам — помахаю перед носом его же подписью.

— Благодарю за помощь, милорд, — сказала я с легкой усмешкой. — Не смею больше задерживать вас. Уверена, леди Элая заждалась.

Ох, надо было видеть лицо ведьмака в этот момент. Его брови сначала взлетели вверх от удивления, а потом резко сошлись на переносице. Желваки заходили на скулах, а глаза потемнели, как грозовое небо.

На секунду он даже приоткрыл рот, словно хотел что-то сказать, но не нашел слов. Ну просто чистый кайф для моей мстительной натуры – видеть, как этот самоуверенный индюк потерял дар речи от моей наглости.

Когда я выходила из гостиной, его тяжелый взгляд жег между лопаток. Я почти физически чувствовала, как его глаза прожигают дыру в моей спине, но продолжала идти с гордо поднятой головой. Пусть знает, что я не та пресмыкающаяся Мина, которой можно вертеть как вздумается.

Я поднялась в кабинет и на всякий случай спрятала письмо за картиной. Ну мало ли. От ведьмака можно ожидать чего угодно – вдруг решит устроить обыск в поисках компромата. После села за стол и, глубоко вздохнув, взяла лист бумаги, чтобы в очередной раз набросать план действий. В голове пока был сумбур, и вопрос финансового обеспечения стоял остро.

Я ведь не знала, до каких пор ведьмак будет делать ремонт. Может, починит крышу и умоет руки, предоставив меня самой себе в этой глуши. А для моих планов в особняке нужно переделать многое. Одними косметическими правками тут не обойтись – нужен капитальный ремонт, новая мебель, отделка комнат... От предполагаемых сумм начинала кружиться голова.

Хм. А еще нужно найти человека. Доверенное лицо. Кого-то, кто сможет выезжать в город и вести дела там, куда мне путь заказан. Кого-то достаточно сообразительного, но не слишком болтливого.

В кабинет как раз вошла Виви, чтобы предложить мне чай, и я придирчиво ее оглядела, отчего девушка заметно смутилась. Она переминалась с ноги на ногу под моим изучающим взглядом, теребя край передника и явно не понимая причину такого пристального внимания. А я смотрела на нее и думала: может, это знак?

Именно в этот момент во дворе раздался стук лошадиных копыт и хруст гравия. В ворота въезжала карета, и я невольно напряглась, узнав герб на дверце. Он такой же, как был в письме. Похоже, леди Эмма Вирнет решила приехать раньше обещанного времени. Что ж, пусть так. С ней тоже нужно разобраться, и желательно без последствий в виде неподъемных долгов.

– Виви, – я повернулась к служанке, которая все еще мялась у двери, – у нас гостья. Проводи ее в малую гостиную и подай чай. И... – я на мгновение задумалась, – пожалуй, те пирожные, что остались от завтрака.

Не то чтобы я хотела задобрить эту даму сладостями, но мне нужно время. Время, чтобы собраться с мыслями и придумать, как выкрутиться из ситуации с пропавшей брошью. В конце концов, я даже не знаю, что это был за артефакт и сколько он стоил.

Подойдя к окну, я наблюдала, как из кареты выходит статная женщина средних лет, затянутая в темно-синее платье. Её лицо выражало решимость человека, намеренного получить свое любой ценой.

Ну-ну, посмотрим, чья возьмет.