40

Коган сжимает челюсти так, что я слышу скрип зубов. Ох, кажется, я опять его разозлила. Да что ж такое-то, вечно он бесится от любой мелочи!

– Хорошо, леди Бри, – цедит он сквозь зубы. – Не соблаговолите ли объяснить, почему леди Виннет покинула особняк в таком... эмоциональном состоянии?

– А что тут объяснять? – пожимаю плечами. – Пришла, поорала, ушла. Обычный светский визит, ничего особенного.

– Она требует какую-то компенсацию, – его голос становится тише, и от этого почему-то еще страшнее.

– Да что вы говорите! – всплескиваю руками. – А я-то думала, она заглянула на чашечку чая и дружескую беседу!

Коган делает глубокий вдох, явно пытаясь сохранить остатки терпения. Ой, зря я его дразню, наверное. Но удержаться просто невозможно – он такой забавный, когда злится.

– Вы... – начинает он.

– Слушайте, – перебиваю я, – а может, не будем об этом? У меня был тяжелый день. Сначала эта ваша... гостья с претензиями, потом призра... то есть, пауки эти жуткие. Я устала, я грязная, я в паутине. Давайте отложим все разборки на завтра?

– Нет, – отрезает он. – Мы должны обсудить ваше признание.

– Ну почему? – почти скулю я. – Что, ваша драгоценная Элая не подождет лишних пару часов моего публичного покаяния?

Ой. Вот это я зря сказала. Совсем зря. Лицо Когана темнеет, а в глазах появляется тот самый опасный блеск, который я уже видела раньше. Обычно после такого взгляда случается что-нибудь... неприятное.

– Не впутывайте сюда Элаю, – его голос звучит почти угрожающе.

– А почему нет? – я упрямо задираю подбородок. – Это ведь все из-за неё, верно? Все эти игры с признаниями, компенсациями и прочей ерундой. Просто признайте – вам нужно очистить её имя любой ценой.

Коган вдруг хватает меня за плечи, впечатывая в дверь. Ну вот, приехали. Опять рукоприкладство.

– А может, – шипит он мне прямо в лицо, – я просто хочу узнать правду?

Его дыхание обжигает мне щеку, и на секунду я забываю, как дышать. Он слишком близко, непозволительно близко. И пахнет от него чем-то таким... терпким, древесным. Очень отвлекает от попыток сохранить ясность мысли.

– Правду? – выдыхаю я, пытаясь игнорировать его близость. – А вы уверены, что готовы её услышать?

Вообще-то, это довольно рискованный вопрос, учитывая, что я сама понятия не имею, в чем тут правда. Но, может, если надавить посильнее, он проговорится?

– О чем вы? – его пальцы на моих плечах чуть ослабляют хватку.

– О том, что вы, кажется, уже все для себя решили, – говорю я тихо. – Назначили виноватых, распределили роли... А теперь что? Хотите, чтобы я подтвердила вашу версию?

Коган отстраняется, словно я его ударила. В его глазах мелькает что-то... растерянность? Надо же, а я думала, он только злиться умеет.

– Вы меня обвинили, даже не выслушав, – продолжаю я, чувствуя, как внутри закипает настоящая обида. – Сослали сюда, в этот разваливающийся особняк с привидением. И теперь требуете правды?

– С привидением? – он вскидывает бровь.

Ой. А вот это я зря ляпнула. Хотя... А что если это мой счастливый билет? Настоящий призрак в гостинице – да за такую фишку туристы будут драться! Ну, или аристократы, кто тут у них вместо туристов. Главное, чтобы этот потусторонний квартирант не слишком буянил.

– Это... эээ... часть интерьера, – выкручиваюсь я. – Очень аутентичная. И вообще, раз уж вы дали мне полную свободу действий в отношении особняка, то и привидение теперь мое. По праву владения, так сказать.

– Что? – кажется, я его окончательно сбила с толку.

– Ну а что? Каждой приличной гостинице нужна своя изюминка. У кого-то – вид на море, у кого-то – королевские покои, а у меня будет собственное привидение. Эксклюзив!

Ведьмак смотрит на меня так, словно у меня выросла вторая голова. Или третья – учитывая обстоятельства.

– Вы... – начинает он.

– Я очень устала, – перебиваю его. – И у меня была тяжелая встреча с... э-э... местной достопримечательностью. Так что все остальные разговоры давайте отложим на завтра.

Коган трет переносицу с таким видом, будто у него внезапно разболелась голова. Ну еще бы – попробуй переварить мысль, что тебе попалась помещица, которая не только не боится привидений, но и уже планирует на них заработать.

– Знаете что, – говорит он наконец, – я, пожалуй, действительно приеду завтра. Когда вы... придете в себя.

– И когда перестану планировать бизнес на основе сверхъестественных явлений? – невинно уточняю я.

Он одаривает меня таким взглядом, что я едва сдерживаю смех. Бедный ведьмак – кажется, впервые в жизни не знает, что сказать.