49

Коган молчал, глядя на меня с каким-то новым выражением.

В этот момент внизу раздались громкие голоса – похоже, приехал лекарь. И слава богу! А то я уже начала исчерпывать свои познания в медицине, почерпнутые из курсов первой помощи из какого-то популярного сериала.

Я старалась не смотреть на Когана, пока перевязывала раненого. А это было непросто, потому что он маячил рядом, и я нет-нет да косилась на его глаза, пытаясь понять – не померещилось ли мне? Эти золотые радужки и нечеловеческие зрачки выглядели настолько нереально... Хотя после всего, что со мной случилось, стоит ли удивляться? Похоже, в этом мире возможно все что угодно.

– Жжется, – простонал раненый, когда я полила его рану бренди.

– Терпите, – буркнула я. – Лучше жжение, чем заражение.

И вдруг почувствовала горячее дыхание у своего уха

– Ты слишком спокойна.

Я чуть не выронила бутылку. Коган стоял прямо за моей спиной, почти касаясь меня, и от него исходил такой жар, словно внутри у него горел костер.

– А толку паниковать? – отозвалась я, стараясь, чтобы голос не дрожал. – Людям нужна помощь. Все остальное подождет.

– Все остальное? – в его голосе прозвучала насмешка. – Впервые вижу у тебя такую выдержку в экстренной ситуации.

– Ну, знаете, – я повернулась к нему, глядя прямо в эти нечеловеческие глаза, – адреналин открывает иногда весьма серьезные возможности.

Коган нахмурился:

– Адреналин. Это какое-то очередное запрещенное зелье?

Он моргнул – как-то по-птичьи, одними веками – и отступил на шаг. Его взгляд стал задумчивым, изучающим.

– Ты... – начал он, но тут снизу раздались голоса – наконец-то приехал лекарь.

– О, отлично! – я с преувеличенным энтузиазмом всучила ему бутылку. – Пойду, встречу его. А то еще заблудится в этих коридорах...

И практически выбежала из комнаты, чувствуя, как между лопаток буравит его взгляд.

Лекарь оказался пожилым мужчиной с цепким взглядом и уверенными движениями. Он сразу взял ситуацию под контроль, и я с облегчением отступила в сторону, уступая место профессионалу.

– Нужно перенести их в более чистое помещение, – распорядился он. – И свет. Много света.

Я дернулась помочь, но Коган опередил меня – снова с той же нечеловеческой легкостью поднял раненого, словно тот ничего не весил. Второго понесли рабочие, осторожно, стараясь не тревожить возможные повреждения.

В более ярком свете гостиной раны выглядели не так страшно. Я стояла у стены, наблюдая, как лекарь осматривает пострадавших, и пыталась собраться с мыслями. События последнего часа никак не хотели укладываться в голове.

– Госпожа, – Виви тронула меня за локоть. – Леди Виннет уехала.

– Что? – я моргнула, выныривая из своих мыслей.

– Она велела передать, что не намерена ждать до утра, – служанка переминалась с ноги на ногу. – И что вернется... с официальными лицами.

Я фыркнула:

– Ну конечно. Куда ж без официальных лиц.

Но несмотря на откровенную угрозу, я почему-то оставалась абсолютно спокойной.

– И кого же она собирается притащить сюда? – раздался рядом насмешливый голос Когана. – Городскую стражу? Или сразу королевских дознавателей?

Я посмотрела на него. Его глаза снова стали обычными – серыми, человеческими, но в них плясали опасные искры.

– Меня не это сейчас беспокоит, а состояние раненых, – ответила я, стараясь перевести тему. – И то, что этот потолок мог рухнуть на головы постояльцам, будь гостиница уже открыта.

– Ты все еще думаешь о гостинице? – в его голосе прозвучало что-то среднее между удивлением и раздражением.

– А о чем мне думать? О том, почему у тебя глаза... – я осеклась, но Коган уже шагнул ближе, загоняя меня к стене.

– Продолжай, – в его голосе звучала холодная ярость. – Расскажи, как тебя удивляют мои глаза. Хотя Мина видела их сотни раз.