97

Три месяца. Всего три месяца прошло с того безумного дня открытия, когда я, вся из себя новоиспеченная хозяйка гостиницы, чуть не стала печальной статистикой с дыркой от стилета. Три месяца… Срок смешной, но за это время мир перевернулся с ног на голову, а потом, кажется, снова встал на место, только уже совсем по-другому.

"Лунная роща" гудела. Не так, как во время ремонта, а по-новому – голосами первых постояльцев. Скандал сделал свое дело: расторжение помолвки Когана, слухи о его странной привязанности к ссыльной "леди Бри", ускоренное получение лицензии – все это создало такой ажиотаж, что номера (те, что были готовы) разлетелись, как горячие пирожки Бриса. Любопытная знать ехала посмотреть на "логово дракона" и его загадочную хозяйку.

Суета была бешеной, но мы справлялись. Моя небольшая, но уже сплоченная команда работала на износ. Виви, моя правая рука, заметно осмелела – уже не та забитая мышка, она уверенно отдавала распоряжения персоналу и вела учет гостей, хотя легкий румянец все еще вспыхивал на щеках при похвале.

Марта гоняла горничных, добиваясь почти идеальной чистоты. Брис ворчал, но исправно выдавал на-гора свои кулинарные шедевры, которые уже начинали хвалить в городе. Даже Алеф, казалось, стал чуть менее деревянным, хотя его невозмутимость все еще могла соперничать со стенами этого особняка.

С Лоренсом мы тоже нашли общий язык. Наш призрачный "начальник службы безопасности" согласился на сотрудничество. "Крыло Загадок и Шепотов" пока было скорее концепцией, но Лоренс уже пару раз весьма эффектно намекнул на свое присутствие особо шумным гостям, чем заслужил мою искреннюю благодарность и обеспечил тишину после полуночи.

Амели… Она осталась со мной. Азэт нашел временное жилье в городе и занимался своими делами, но когда заикнулся о том, чтобы забрать племянницу, я уперлась. Этот маленький солнечный лучик стал неотъемлемой частью моей новой жизни.

Удивительно, но Азэт не стал спорить, лишь усмехнулся и пообещал навещать нас обеих как можно чаще. И держал слово, превратившись из загадочного "кузена" во вполне приятного гостя.

Судьбы Эммы Вирнет и Элаи Вандорт меня мало интересовала, но слухи доносились. Вирнет, после обвинений в покушении, организации нападения и незаконных операциях с артефактами, отбывала свой срок в одной из самых мрачных имперских тюрем. Её попытка очернить меня из-за решетки с помощью продажных газетчиков провалилась и лишь усугубила её положение.

Элая же… Её участие в заговоре против короны было доказано. Громкий процесс, лишение всех привилегий, ссылка в отдаленный монастырь где-то на северных границах империи. Коган разорвал с ней все связи еще до суда, холодно и бесповоротно. Меня это не радовало и не печалило. Просто констатация факта – справедливость восторжествовала.

Камень желаний Коган забрал почти сразу после того, как я ему рассказала о нем (опустив детали моих "путешествий"). Сказал, что такие артефакты не должны быть игрушкой в чьих бы то ни было руках, и убрал его куда-то в свои драконьи тайники. И я была только рада избавиться от этого непредсказуемого соблазна.

А Коган… Мой дракон. Мой бывший тюремщик. Мой спаситель. Мой… почти муж. Он остался. Его визиты превратились в постоянное присутствие. Пятилетний срок испарился в тот момент, когда он, видимо, окончательно осознал, кто я для него. Истинная. Слово, которое он произнес тогда, оказалось не просто словом.

И вот сегодня… Сегодня сад "Лунной Рощи" был неузнаваем. Под старым дубом возвели легкий цветочный алтарь. Аллеи были украшены лентами и гирляндами. Многочисленные гости – лорды и леди, разместившиеся в нашей гостинице, – заполнили пространство своим шелестом нарядов и негромким гулом голосов. Они приехали на свадьбу одного из самых могущественных лордов империи. На его свадьбу со мной.

В первых рядах стояли наши близкие: плачущая от счастья Виви, Амели и Луиза в одинаковых платьицах, сияющий Брис, строгий Алеф, смущенный Томас и Азэт с его неизменной усмешкой.

Я смотрела в золотисто-серые глаза Когана, и сердце стучало ровно и спокойно. Страх ушел. На фоне этого блеска и шума высшего света, под взглядами десятков любопытных глаз, для меня существовал только он.

– Я, Жасмин… то есть, Мина… – я запнулась, потом усмехнулась, вызвав легкий смешок у Азэта. – В общем, я. Беру тебя, Коган Раайн, со всеми твоими драконьими замашками, контролем и невыносимым характером. Обещаю кормить вкусно, иногда бесить, но всегда быть рядом. Пока смерть… или очередной артефакт не разлучит нас.

Он рассмеялся – тихо, глубоко, и этот смех, предназначенный только мне, заставил замолчать даже перешептывающихся гостей. Потом взял мои руки в свои – большие, сильные, надежные.

– А я, Коган Раайн, беру тебя, Мина. Моя истинная. Невозможная, язвительная, сводящая с ума, но моя. Обещаю защищать, оберегать, иногда рычать, но всегда возвращаться. И любить. До последнего вздоха, до последней искры в моей драконьей душе.

Он наклонился и поцеловал меня. И в этот момент шум толпы, шелест платьев, даже солнечный свет – все исчезло. Были только мы. Наша безумная, стремительная история – от ненависти до нежности, от страха до доверия, от абсурда до счастья. Неизбежная реальность. Наша реальность. И она мне нравилась. Черт возьми, как же она мне нравилась!