ГЛАВА 11

— Угомонись!

Эми вздрогнула от громкого рычания Дымова. Из рук выпала рубашка, которую девушка пыталась надеть.

Сейчас Эмилия, можно сказать, сбежала. Спряталась в ванной комнате, под предлогом того, что ей необходимо переодеться.

Костя спорить не стал, пока шел к входной двери, чтобы открыть незваной гостье, сменил полотенце на первые попавшиеся брюки. Тогда Эми успела перехватить его взгляд.

— Все путем, — негромко сказал он ей, а Эми кивнула. И заперлась, да.

От Моники можно ожидать чего угодно. Она ведь бешенная и без тормозов. Эми ее побаивалась. Избегала личных встреч. И вот Мона, что вовсе неудивительно, появилась здесь.

Эми слышала голоса. Брат и сестра о чем-то негромко спорили. А Эми оттягивала момент, когда наступит время выбираться из своего импровизированного укрытия.

Причесала волосы. Оделась, наглухо застегнула все пуговицы. Рубашка была свободного кроя, однако живот все равно прекрасно видно. И если прежде Эми пыталась не мелькать перед Моникой, чтобы лишний раз не слушать о том, как сестра Дымова планирует отобрать дочь у родной матери, то сейчас Эми будто ощутила поддержку за спиной. Потому и не прятала живот.

— О, явилась, не запылилась! — фыркнула Мона, когда Эмилия вышла из ванной комнаты.

— За языком следи, — негромко выдал Дымов.

— А я, между прочим, не бредовые идеи двигаю, Дым! — обиделась Мона. — Пораскинь мозгами на досуге. А что, если я права? Если Ветров все просчитал? Сначала дочурку свою подложил под тебя. Теперь вот, районы отжимает.

— Не суй нос не в свои дела, сестренка, — хмыкнул Костя.

— Полегче на поворотах! Иначе решу, что ты родную сестру на второсортную шлюху променял! И на щенка ее! Ты уверен, что ребенок твой? Вот мне она иначе говорила! — ехидничала Моника.

Эмилия сдерживалась из последних сил. Не хотела она кричать и ругаться с этой неадекватной женщиной. Ну чего она вообще прицепилась к ней, а?

— Сюда подойди, — негромко приказал Дымов.

Эмилия уже находилась довольно близко к Косте, потому поняла, что приказ был предназначен не для нее. И внимательно наблюдала за тем, как разворачиваются события.

Мона стушевалась и опустила плечи, потому что старший брат смотрел на нее в упор, даже не мигая. И не стал повторять приказа. Ждал, когда он будет исполнен.

Напряжение в воздухе повисло адское. Эми нервно сцепила руки в замок. Сидела на самом краешке стула. С каждой секундой ей становилось все более неуютно.

— Мона…, — очень тихо произнес Дымов, а девушка вздрогнула и пересекла расстояние между ней и старшим братом.

Дымов надавил сестре на плечо ладонью, понукая сесть. Та опустила голову, волосы закрыли лицо.

— Я не то хотела сказать, — раздалось очень тихое.

Эмилия не поверило собственным ушам, потому что в голосе Моны звучали слезы.

— И в дела твои не лезу, просто…, — шмыгнула носом девушка, а Эми вдруг взглянула на сестру Кости совсем по-другому, — Почему она может, а я нет?! У нее вон… А у меня…

— Сначала извинись, — продолжал гнуть Дымов. — Эмилия не шлюха.

— Да знаю я, знаю! — шмыгнула Мона и зло шикнула: — Все мы знаем, какая у нас Эмочка девочка-целочка!

— Когда-нибудь я оторву тебе язык, — прищурился Костя. — Извиняйся, и будем обедать.

— Простите! — ехидно выдавила из себя Мона и бросила злобный взгляд на Эмилию. — Так я права была? Костика пацан?

— Дочь, — повела плечом Эми.

— Я буду крестной, ясно вам?

— Ни за что!

— Буду, сказала!

— Через мой труп!

— Это я в два счета устрою!

— Так, девочки, хорош! — повысил голос Дымов. — Ты чего пришла? Договаривались на вечер в клубе пересечься.

— Захотела, — отмахнулась Мона, все еще сверля Эми негодующим взглядом. Эмилия отвечала не менее дружелюбно. — Мне теперь нельзя брата проведать? Говорят, тебя опять подстрелили. Я вообще-то волнуюсь.

— Волнуйся по телефону! — предложила Эми.

Было заметно, насколько сильно Мона хотела ответить что-то гадкое и резкое. Но сдержалась. Вернее, Дымов попросту накрыл ее рот своей ладонью.

Эми сочла это небольшой победой. По крайней мере, Костя вступился за нее перед неадекватной сестрой. Это уже радовало.

— Виктор где? — спросил Дым, когда Мона оставила попытки что-то промычать в мужскую ладонь.

— Изучает мои анализы, — уже совсем другим тоном проговорила Мона.

— Настолько все херово?

Девушка неопределенно повела плечом. Эмилия рассматривала гостью. Выходит, за маской отмороженной дамочки скрывается совсем иной человек. И ее, чисто по-женски, Эмилии было жаль.

— Нулевые шансы. Наверное, даже минус хренолионовые, — вздохнула женщина.

***

Эми смотрела на закрытую дверь и никак не могла понять, что именно чувствует. Прежнего страха, или отвращения по отношению к сестре Дыма у нее теперь не было. Осталась жалость.

Монику было жаль, по-женски жаль. В некоторых случаях медицина бессильна, невзирая на огромные деньги, которые есть у пациента. В случае с Моной, у нее еще и муж — врач. Бесплодие, невозможность иметь собственных детей, сделало Монику такой обозленной.

Впрочем, отвратительный характер у Моны был и до диагноза. Так Эми казалось. Родилась она с ним, факт.

Моника благополучно исчезла из квартиры. Напоследок пыталась кусаться и побольнее уколоть Эмилию. Однако девушка теперь попросту игнорировала любые нападки Моны. Смотрела на нее со снисхождением. И, кажется, той это не нравилось еще больше.

— Не смей меня жалеть. Ясно?! — прошипела Мона и хлопнула дверью.

В лофте у Кости повисла тишина, которую вовсе не хотелось нарушать. Знакомая вибрация от гаджета вероломно вспорола комфортную атмосферу.

Дымов даже не потянулся к своему телефону, оставленному на кухонном острове. Эми чувствовала присутствие Кости. Его силу, запах. Слышала его дыхание.

Дымов негромко выругался, когда телефон вновь зазвонил. Эми не хотела смотреть на экран. Ей ведь не стоит лезть в дела Константина Ильича. Ее работа заключается в том, чтобы составлять документы на легальные доходы от клуба, аренды нежилых, или торговых помещений. Да от всего, чем владеет Дымов официально.

И прекрасно понимала, что за ту грань, где начинается жизнь уголовника Кости Дыма, лучше даже не смотреть.

— Хочешь чего-нибудь? Устала? — услышала Эми вопрос.

Вот и на такого Дымова Эмилия не знает, как реагировать. Он другой. Его нужно бояться, остерегаться, ненавидеть. А вместо этого Эмилии хочется закрыть глаза и покориться его власти.

Он сломает ее. Эми это четко осознает. Уже сломал. И как бы сильно девушка не сопротивлялась, не поможет. Дым не выпустит ее на свободу.

— Пожалуй, отдохну немного, — кивнула Эми и подтолкнула указательным пальцем телефон ближе к Константину, — я не буду подслушивать. Я бы в другую комнату вышла, но здесь их нет.

Эми обвела взглядом всю квартиру. Нет, не нравится ей здесь. Никакого уединения. Спать приходится там же, где и ешь. Нет, не годится. Тот дом, что Эми считала своей тюрьмой, подходит больше.

Эмилия поднялась со стула и пошла к постели.

Дымов догнал ее, не позволив достичь цели — мягкой кровати с манящей подушкой. Эми вновь хотелось спать. Но это нормально. Дымов и его сестра вымотали беременную женщину.

На миг сердце Эми вздрогнуло от страха. Она слышала, как Костя приближается к ней со спины. Зажмурилась.

Ожидая чего? Как хищник набросится на нее?

Но тут же все страхи забылись. Горячие мужские ладони легли на ее плечи, скользнули к ладоням. И снова вверх.

— У нас все в норме? — услышала Эми вопрос на ухо.

Костя ее волновал. Очень сильно волновал. Да что уж, Эми ощутила, как твердеют соски от простых и легких касаний мужского рта к уху, щеке и горячих пальцев к ее рукам.

— Не знаю. Сам мне скажи, — прошептала Эмилия.

Дымов промолчал. Эми казалось, что вот-вот Костя произнесет хоть слово. Даст обещание, гарантии, выскажется в своей привычной манере. Но мужчина молча обнимал ее. Но обнимал бережно.

Наверное, это шаг вперед. Однако хочет ли Эмилия двигаться в этом направлении?

— Мне надо свалить на пару часов, — все же подвел черту Костя, когда телефон вновь подал признаки жизни.

— Да, конечно, я никуда не денусь, — ответила Эмилия.

— Если что нужно, пацаны дальше по коридору, — продолжал Константин. — Млять, не хочу никуда.

Костя сжал руки крепче, будто действительно не хотел расставаться. Можно и верить его словам? Эмилия совсем растерялась. Последние события выбили ее из привычной колеи. Прежде она твердо знала, кого стоит ненавидеть, опасаться, а кому доверять.

— Можно мне позвонить Игорю? — все же спросила Эмилия, хотя и знала ответ.

— Гарик будет занят, — усмехнулся Костя, а Эми ощутила, как меняется настроение мужчины.

Эми сделала шаг вперед. Дымов ее выпустил из рук. Кажется, девушка услышала, как хрустнули костяшки, так сильно Костя сжал ладони в кулаки.

Злится, да. Но Эми было сложно перечеркнуть дружбу с Гариком. Да и не хотела она этого делать.

Девушка присела на постель. Наблюдала за тем, как быстро переодевается Дымов, ни капли не стесняясь ее присутствия. Впрочем, это ведь Костя Дым. Его ничто не смутит.

Эми затаила дыхание, увидев, как Костя надевает кобуру. Пистолет легко лег на место. С каждым предметом привычного Дымовского гардероба лицо Кости менялось. Он становился все серьезнее. Ледяной колючий взгляд. Сжатые губы. Суровые заостренные черты лица.

Костя стал тем Дымовым, которого Эми впервые встретила в «Пороке», в которого стреляла, которого боялась до жути.

Константин приблизился к постели, на которой сидела девушка. Эми запрокинула голову, не стала прятать взгляд.

Твердые пальцы коснулись ее щеки, уголка рта. Слегка надавили на нижнюю губу.

Эми затаила дыхание. Приказала себе никак не реагировать на Костю.

Но… Дымов, отыскав потайные точки на ее теле, теперь беспощадно ими пользовался. Эми ощутила горячую волну, приятную тяжесть внизу живота и между бедрами.

— Жди меня, малышка. А лучше, поспи. Приду, разбужу, — обещание звучало волнующе. Эми читала по глазам, что Дымов намерен все повторить.

Должно быть, она сходит с ума. Потому что тоже очень хочет повторения.

***

— Знаешь, кто? — осторожно спросил Скоробогатов. Следак первым появился на месте происшествия. Местные менты терлись неподалеку, негласно разрешали оглядеться. За вознаграждение, разумеется.

Костя молча курил. Возгорание потушили. Пассажиров спасти не удалось. Либо были уже мертвы. Людей жаль, как и тачку.

Этот автомобиль Костя прекрасно знал. Сам выбирал, покупал, а после и ездил на нем. Последние полгода машина была в распоряжении Эмилии.

— Организуй вскрытие и причину смерти, — распорядился Дымов.

— Вот, Константин Ильич, рядом с тачкой лежал, — кто-то из парней протянул Косте обгоревший снимок моментальной печати.

Дымов стряхнул пепел. Фотокарточка уцелела, будто ее подбросили уже после взрыва. Кто-то щелкнул пассажиров прежде, чем поджечь.

Девушка блондинка до тридцати. Мужчина постарше. Оба с закрытыми глазами, выходит, уже были мертвы на момент, когда делали снимок.

Костя не был уверен, что встречался с девушкой прежде. Мужик однозначно не знаком. А вот женщина…. Что-то неуловимо знакомое в ней.

— Новоселова Мария Михайловна, — зачитал Гарик, вытряхнул одержимое сумочки, чудом уцелевшей. — Млять, я ее знаю!

Костя уже и сам догадался. Нет, имени он не знал. Не запомнил даже. А вот кем была эта девушка — уже вспомнил. Одна из шлюх, с кем он был после Эми. Ему искали похожих на Эмилию Ветрову. И вот эта девушка — самая первая.

— Выглядит так, будто постанова, — задумчиво произнес следак. — Доступ к камерам дадите, Константин Ильич?

Дымов кивнул. Нет, не постанова это. А четкое послание ему, Косте. И девчонку подобрали ту самую, что похожа на Эми. И машину ее взяли. А мужик рядом? С бородой и в костюме. Тоже подозрительное сходство с Дымовым.

— Землю носом ройте, а к утру найдите, кто мою тачку подрезал!

— Будет сделано, Константин Ильич!

Следак тщательно осматривал все, что осталось от машины и пострадавших. Костя выкуривал одну за одной. Рядом крутился Гарик, звонил по своим каналам. А Дымов прокручивал в голове все события, цеплялся за детали, что то, что скрыто и прежде казалось незначительным.

— К Ветрову едем, — заключил Костя.

— Не надо, Кость, — покачал головой Орлов. — Давай я сам. Аккуратно.

— Сам езжай ко мне. Моя женщина хотела тебя видеть, — прищурился Дымов, глядя на помощника. — В присутствии Толяна чаю попьете.

— Знаешь, Кость, нехрен меня проверять! Я еще вчера все сказал! — психанул Гарик.

— Не пыли, — усмехнулся Дымов. — Как ни крути, а пока что по закону официальный муж у нас ты, Гарик.

— Я как лучше хотел!

— Ну-ну, втерся в доверие к наивной девчонке, — хмыкнул Костя. — Пожалел, приголубил. Она и прониклась.

— Да пошел ты! — отвернулся Орлов. — К Ветрову с тобой поеду.

— А давай, — кивнул Костя, зажав сигарету в зубах, — по-родственному перетрете. И если Данил замешан, пусть сразу сваливает из страны.

— Он меня слушать не станет, — признался Гарик, — у Ветрова лично к тебе претензии. Вот на эту тему у меня есть что сказать, Костя.

Дымов обвел взглядом тупик, где нашли машину и два трупа. Пора уступать место ментам, пусть оформляют и расследуют.

— Вадим Алексеевич, все что нужно, Гарик предоставит, — Костя дал обещание Скоробогатову и ушел в машину.

Орлов устроился на переднем пассажирском. Обернулся, глядя на Дымова.

— Когда Ветров узнал, что Эми в положении, то начал настаивать на аборте. Изводил ее. Ударил. Я впрягся уже после, но девчонке было несладко в родительском доме, — негромко рассказывал Гарик. — Она ушла из дома, чтобы уберечь ребенка.

— Ударил, значит? — процедил Костя.

Пачка сигарет в руках смялась под давлением пальцев. Костя ощутил, как внутри просыпается тайфун. Зверь внутри него рычит и требует крови врага.

— Вряд ли тачку спалил Ветров. А вот насчет облавы, подстав по бизнесу и перед корешами, это он запросто, — продолжал Гарик. — Что думаешь делать?

— Он женщину мою ударил. Походу, не раз. Как думаешь, что я хочу с ним сделать? — прищурился Дымов, а внутри клокотала раскаленная ярость. — Почему ты раньше молчал?

— Потому и молчал, — невесело усмехнулся Гарик. — Старик Ветров вряд ли выживет после встречи с тобой. А я хотел мирного решения вопроса.

— Почему передумал?

— Кто-то подобрался к тебе и Эми очень близко. Настолько, что на труп мертвой шлюхи нацепили одежду девчонки. Я узнал блузку. Мы вместе выбирали. Вещь единичная, брендовая, — отвернулся Гарик к окну. — Думай, что хочешь, а малышка мне дорога.

— Любишь ее? — помолчав, выдавил Дымов.

— Вот ты Мону любишь? — хмыкнул Гарик. — Эмилия мне как сестренка. У меня, конечно, были планы. Думал, воспитать дочь, свалить за бугор. Но план хреновый, потому что у меня есть лучший друг, который прется по мелкой девчонке.

— Как-то все слишком просто звучит, — покачал головой Костя

— А на кой хер усложнять? — рассмеялся Гарик. — Едем к Ветрову? Ты, главное, помни, что он, по-любому, дед твоей дочки. А рано или поздно, придется ответить на вопрос: Где деда? Все от тебя зависит, Костя.

Дымов замолчал. Выбор невелик. Осталось сделать правильный шаг. Но Костя четко знал, что безопасность Эми и дочери — самое важное для него.

***