10. Вакансия

— И что я должна буду делать?

Осторожно рассматриваю наглеца.

— Ничего сложного, — чешет нос. Принимает независимый вид. — Да не дергайся ты, — раздражается, пока пытаюсь удобнее сесть. Он давно бросил мой стул и устроился на место Милы. — Игру пофоткать нужно.

— Чью? — туплю.

— Нашу, Авдеева, — нетерпеливо. — Глупая или прикидываешься?

Замолкаю.

Его банда не только с конкурентными командами городских универов играет, они еще и по городам ездят, по ближнему зарубежью. Но это они, а это я. Разница ощутимая. Если спортсменам выпадают разные плюшки по учебе, где-то халявные зачеты, где на экзаменах не так жучат, мне никто на встречу не пойдет. Может пара преподавателей, в лучшем случае только пара, остальные принципиальные для простых смертных.

Но сотка…

— Заткнись, — рассеянно отсекаю хамство.

— Ты бы проще с работодателем разговаривала, — упирается кроссом в ножку стула, сдвигая с места.

— Серьезно?

Да. Богдан смотрит серьезнее некуда. Качается, сидит, ошеломляюще нагло пялится. На лице ни один мускул не дергается. Мои мозги взрываются.

Сотка. Заманчиво. Я сейчас вообще кроме добычи денег не могу ни о чем нормально думать.

— Серьезно.

— Куда предыдущий фотограф делся? — разумно интересуюсь.

— Какая разница? — вскидывает бровь. — Место вакантно.

— Подумаю. Сразу ответ не дам.

Бог-Богдан неприлично дуреет. А как ты думал? Не все бегут по щелчку исполнять желания.

— Ты адекватная? — на лицо наползает тень. — Предложение недолго действовать будет. Команде нужно срочно. Сотка, Авдеева.

Как-то странно. Это очень приличные денежки. В чем собака порылась, а? И самое главное, понимаю — влететь могу так, что еще должна останусь.

— Что голову морочишь? Таких зарплат нет! Думаешь я совсем идиотка?

Вранье. Там половина точно накручена, какие сто тысяч. Деньги запредельные для четырех выездов в месяц.

Меня реально злит, что Айдаров пытается навесить лишнее. Зачем, м? Порываюсь встать. Айдаров блокирует выход, вдавливает назад в стул.

— Федерация накинула за профессионализм. Мы с парнями тоже добавляем. Тот парень был полное дерьмо. Ни ракурса не понимал, ни как игрока в движении поймать. Ты сможешь.

От низкого тембра по телу рассыпаются мурашки. Богдан тарабанит уверенно, четко и с нажимом. Будто ни разу во мне не сомневается.

— Откуда ты знаешь? — выдыхаю.

Айдаров вздрагивает. Он совсем близко. Его щека рядом, потому что говорил прямо в ухо. Не заметила, как приблизился.

— Страница «Черно-белая жизнь», — вкрадчиво.

Бледнею.

Откуда знает?

Беспомощно хлопаю глазами. Частое дыхание рвет грудную клетку. Крепко сжимаю сумку с тетрадками, слепо таращусь перед собой. Превращаюсь в стеклянную куклу. Впервые в жизни перевожу на Бог-Богдана умоляющий взгляд.

— Не волнуйся, — раздраженно усмехается. — Никто не узнает.

— Спасибо.

— Так что?

Айдаров отстраненно нейтральный, почти злой. Неудивительно. Злой он всегда, безразличный тоже. Поток прошлых анти-сентенций и действий аннулирован, слава богу, как понимаю. Я этому рада. Плевать он на меня хотел. Это дает надежду на то, что реально буду просто фотографом.

— Мне нужно переговорить с деканом. Когда первый выезд?

— Скоро.

— Я не могу бросить уборку. Мне любые деньги нужны. Окончательное решение до завтра ждет?

Айдаров стучит пальцами по предплечью.

— Что случилось, что ты так за никчемную работу хватаешься?

— Не твое дело! — огрызаюсь.

— Не мое, — безразлично соглашается.

— Тогда не лезь.

— Плевать! — соглашается.

Думаю. Хотя что думать, декан скорее всего согласится на отъезды, буду как-то договариваться сдавать досрочно, когда нужно и, если важные семинары — брать дополнительные задания. А вот с уборкой как быть.

Про страницу, что видел Айдаров не думаю. Почему-то верю, что не расскажет. Не потому, что ему меня жаль, просто ему все равно. Там ничего такого, просто «очень личное и с надеждой на будущее».

— Долго ты здесь? — недовольный голос влезает в пространство. Морщусь. Поднимаю глаза. Меня заживо сжигает Илона. — Поломойка, — отвешивает издевательский поклон.

Закатываю глаза. Отвешиваю идиотке фак. Ну достала.

— Ты что себе позволяешь? — брызгает ядом.

— Заткнись, — обрубает Айдаров. — Иди, я скоро приду.

Сталкивает ее с коленей. Лона сматывается, недовольно оглядываясь. Да уж. Достойная парочка.

— Жду ответ завтра в районе двух. Мой телефон, — пишет номер на салфетке. — Телись быстрее, Авдеева. На твое место есть претенденты.

Резко отодвигает стул. Не оборачиваясь, уходит.