Глава 23

— Разве? — удивляюсь я и вновь проезжаюсь глазами по фигуре прекрасной незнакомки. Вот, значит, какая она, любовь моего жениха.

При всем желании я не могу разобраться в своих эмоциях. Наверное, по-женски еще сильнее обидно за обман: я не сомневаюсь, что Аяз любил ее сильно.

Вообще-то, Дилару я представляла себе ничем не примечательной особой с заурядной внешностью. А теперь же я удивлена и начинаю понимать, отчего Аяз не спешил ставить меня в известность о присутствии этой дамы в его жизни.

По всему видно, к встрече со мной она готовилась основательно, привыкла, что на ее фоне любая меркнет.

И такой момент еще выбрала... я уже задолбалась за день, плетусь как черепаха, за мной след, как от жирной улитки, волосы спрятаны в кривой пучок на скорую руку…

Дааа… в утонченности и элегантности я в данный момент откровенно проигрываю.

— Я понимаю, что вы шокированы, но не могли бы меня выслушать?

— Вам минуты хватит? Я так устала, жуть. Очень хочется побыть в одиночестве.

— Вполне. Гелена, скажите, вы любите Аяза?

Я удивляюсь еще сильнее и все пытаюсь вспомнить: это она должна вести повествование или же я подвергаюсь допросу?

— А какое именно отношение это имеет к вашему рассказу? И я спешу, очень бы хотелось поскорее прояснить причину вашего появления.

— Гелена, видите ли, в чем дело. Мы с Аязом некоторое время назад… мы знакомы давно. У нас взаимные чувства. Ребенок. Обстоятельства сложились таким образом, что мы не могли зарегистрировать отношения. Но теперь они изменились, и единственное препятствие — это ваша скорая свадьба и слово, данное вашему отцу. Поэтому я и спрашиваю, любите ли вы Аяза. Если нет, то нам, возможно, удастся как-то договориться и вы, возможно, войдете в положение и откажетесь от этого брака.

— Другими словами, отдам Аяза вам на блюдечке? Чтобы вы благополучно и без преград сумели занять мое место?

— Звучит довольно грубо, но если ставить вопрос ребром, то да, примерно так.

— Да забирайте, вы даже сделаете мне одолжение. Я уже давно объявила ему о разрыве помолвки. Он сам упирается и не хочет меня отпускать.

Судя по лицу девушки, она слышит об этом впервые. Более того, даже остолбенела от потрясения.

— К-как… — заикаясь спрашивает. — Вы согласны отказаться от предстоящего брака?

— Не сомневайтесь, что так и есть. И, Дилара, может быть, вы сумеете повлиять на него и убедить забрать данное моему отцу слово. Освободить меня. И живите себе счастливо.

— Так просто? — ошарашенно уточняет.

— А к чему сложности. Мне сейчас не до них. А вы разбирайтесь сами со своими чувствами, препятствиями, возможностями. Кстати, могу я услышать, почему же Аяз не спешит отменять свадьбу?

Очень интересно будет узнать позицию Аяза. А то мне он ее не озвучивает.

— Н-ну… он… на самом деле все очень запутанно. И я боюсь, он делает это мне назло. Упрямец.

Поражаюсь ее выдержке. В такой манере она говорит о моем женихе, будто у нее на него намного больше прав!

— Назло вам женится на мне? Тогда вы, пожалуйста, разбирайтесь без меня. И зря вы о сыне столько времени молчали. Нужно было обрадовать Аяза раньше — все, возможно, сложилось бы иначе.

— Наверное, у вас неверная информация, Гелена. Я от Аяза никогда не скрывала, что у него есть сын.

Кажется, мне нужно срочно услышать полную версию событий от второй стороны.

— Почему же он не переписал его на себя? Почему скрывал столько времени? Да и если у вас такие глубокие и нежные чувства друг к другу, отчего же вы все еще не вместе за столько лет? Не просветите меня?

Может, это, наоборот, у Дилары неверная информация? Вероятнее всего Аяз говорит мне одно, а ей — совершенно другое.

— Всему этому есть одно, но исчерпывающее объяснение, — печально замечает девушка. — Я была замужем. Мы с Аязом не могли афишировать наши отношения.

Я бы хотела играючи парировать это «исчерпывающее» объяснение, но…

Аж язык проглотила.

Да как так, а?! Как?!

Если она лжет, это вскроется очень скоро.

Если это правда, то Аяз несколько лет спал с замужней женщиной, тщательно это скрывая. А потом решил прикрыться официальным браком, то есть мной, что якобы все его прегрешения в прошлом? Чтобы обманутый муж Дилары Аяза в асфальт не закатал?

А зачем еще может быть нужен наш брак?

— Да, Гелена, — прерывает мои раздумья дама в черном. — Вот так печально сложились обстоятельства. Поверьте, я пришла не злорадствовать и не воевать. Я хотела просто поговорить с вами. Может быть, мы сможем спокойно побеседовать где-нибудь? Кафе, например?

То есть она пока не всю грязь на меня вылила? У нее в запасе есть еще несколько козырей?

— Дилара, простите, но посиделки в кафе в мои планы не входили. Устала очень, день насыщенный. И я тоже не намереваюсь с вами воевать. Думаю, вам с Аязом лучше решить ситуацию совместно. Его никто не держит, поэтому с моим отцом он может пообщаться хоть сейчас.

— Аяз не сделает этого.

— Почему же?

— Вы уверены, что хотите услышать это от меня?

— Если вам есть что добавить — дерзайте. Вы ведь для этого пришли.

Кладезь информации просто, но вникать совсем горько.

Два года. Два прошедших года он спал с ней, соглашаясь делить ее с другим мужчиной, а после этого еще и возвращался ко мне. Весь такой прекрасный и снисходительный до моих просьб. Машину подарил. Ой, надо же! Какое счастье. И квартиру оплатил, и учебу. А ей он сына сделал. При том, что у женщины муж есть. Или был? Я… я запуталась!

— Аяз несколько лет просил меня уйти от мужа, но я не могла, просила подождать. И вот… однажды он поставил вопрос ребром. Либо я ухожу к нему, либо он женится, и тогда я буду в таком же постыдном звании любовницы, какое было все это время у него.

— Вы, конечно же, выбрали второе.

— Я понимаю, что вы меня осуждаете. На вашем месте любая женщина бы это сделала. Но вашего жениха я любила и люблю. Сердцу не прикажешь. А от мужа уйти не могла. Он очень непростой человек, пострадал бы в первую очередь Аяз.

Не поэтому ли он заручился поддержкой моего отца? Чтобы тот смог отстоять интересы зятя в случае непредвиденной ситуации?

Безоговорочно верить словам девушки я не могу, но и отмахнуться уже не получается. А Аяз хорош!

Каков же подлец! И меня еще квартирой понукает!

Ну и зная родителей Аяза… такую невестку они бы вряд ли одобрили и приняли в семью, а мой недожених очень часто прислушивается к отцовскому мнению. Значит, Дилару он решил оставить для любовных утех во всем известном статусе, а сам метил в счастливые супруги? Еще и шантажировал, по ее словам. Удалой парень, ничего не скажешь…

Какая радость, что Дилара решила взять ускользающее счастье в свои руки и я, наконец, прозрела.

За это отец радовался, да? Что я буду как сыр в масле. Кататься. Уже покаталась. Спасибо.

— Уверена, что Аязу льстит, как отчаянно вы за него заступаетесь. Извините за резкость, так вы развелись с мужем?

— Да.

— И, наверное, рассчитывали, что Аяз, как собачка, примчится к вам?

Девушка печально вздыхает и снимает с головы солнцезащитные очки. Нервно крутит их в руках.

— Конечно, я на это рассчитывала. Но не срослось. Аяз уже чужой жених. И отменять свадьбу он не планирует.

— А как он планирует жить? — выдыхаю я с возмущением. — С постоянной любовницей? Я правильно понимаю, что даже если он женится на мне, вы согласны на такую постыдную «должность»?

— Я считаю, что у меня на Аяза больше прав, чем у вас. Но вмешиваться в его решение не стану.

— Вы просто станете потихоньку переманивать его к себе, манипулируя ребенком?

— Прошу, давайте снизим градус обсуждения и, пожалуйста, не будем к этому конфликту добавлять нашего мальчика.

Очень мило! Шли бы они все. Вместе со своим мальчиком.

— Я ведь пришла просто поговорить. Возможно, при открывшихся обстоятельствах вы и сами передумаете выходить замуж за Аяза. И захотите с ним это обсудить.

— А если нет? — подозрительно выгибаю я бровь.

— Тогда я подчинюсь его решению. Приму его свадьбу.

— Дилара. А как ваш муж относится к сложившейся ситуации?

— А вы как считаете?

— Считаю, он осуждает.

Она согласно прикрывает веки на мгновение.

— А не обидно вам, что так долго вы ждали своего часа, а Аяз пошел на попятную? — интересуюсь.

— Сама виновата. Он давал мне возможность решиться. Я побоялась. А теперь за это и расплачиваюсь. Почти год назад все встало на свои места, я осмелилась слишком поздно. Но зато теперь Аяз может видеться с сыном.

— То есть до этого они не общались?

— Почти нет. Я ведь родила в браке. Муж считал, что это его ребенок. Правда открылась не так давно.

Уносите меня. Я без чувств. Не понимаю, как так можно.

— Дилара. Вы разрушили свою семью. Много лет держали возле себя постороннего мужчину. Обманывали мужа, лишили ребенка настоящего отца, Аяз все это молча сносил и проглатывал, лгал мне. А теперь, когда вы наконец-то освободились от брачных оков, вы решили потопить еще и мою свадьбу? И просите вас не осуждать?

— Так вы любите Аяза или нет? — стоит она на своем, гордо вздернув подбородок.

Нет, а чего она ждет. Что я войду в ее положение? А в мое никто не хочет?

— Забирайте, пожалуйста. Мне хватает неприятностей в жизни, чтобы еще и за чужим мужчиной вывозить тележки с навозом. Всего доброго.