Глава 54

— И что это было? — деловито уточняю я, когда Роберт приехал ко мне вечером. И с ходу заявил, что он жутко устал и больше никуда сегодня не поедет. Даже домой.

— Где?

Этот невинный барашек так искренне и недоумевающе округляет глазки, что остаться невозмутимой у меня просто нет шансов!

— Где?! — ворчу я насмешливо. — Да там. Где вы с Аязом встретились. И как это вас так угораздило?

Не забываю кокетливо поправить волосы. И рисую себе очередной плюсик: Роберт любуется.

— Да я сам в шоке! Серьезно! Спонтанно как-то получилось.

Он расслабленно плюхается на диван. Хрипло прочищает горло, пожирая меня глазами.

— И? — не отступаю я.

— Что — и?

— О чем разговаривали?

— Дык… — ровно и незаинтересованно тянет Роберт и глядит в окно, подбирая варианты. — Погоду обсудили... Вообще, такая это переменчивая штука, знаешь ли! — веселится он, мастерски уходя от ответа.

— Понимаю, — ухмыляюсь и плюхаюсь на пол, локти укладываю на диван, подбородок подпираю ладонью. — А с машинкой моей что?

— Да ничего особенного, — Роберт пожимает плечами и мотает головой, мол, он вообще не при делах. — А что с ней? Опять сломалась?

Что ж он такой упрямый! Точно барашек! Не признается! Но и я стою на своем, продолжая допытываться:

— Аяз хочет ее обратно?

— Нет. Сказал, ему не надо.

— Я тебя оставлю голодным сегодня, — решаю пригрозить и многозначительно играю бровями.

— Ну если только сегодня, то я до двенадцати потерплю, — шутит очаровательный наглец, отмечая время. Да, следующего дня ждать недолго. Технически меньше пары часов.

— И завтра тоже…

— Ну и ничего. Посижу на разгрузке немного.

— Ну Роберт! — опускаюсь я до проверенных женских хитростей и симпатично дую губки. Еще и обиженно цыкаю. — Так нечестно!

— И что ты хочешь узнать, Гель?

Мне не удается избежать крепких объятий: Роберт ловит меня и затаскивает к себе на диван.

Его конечности сразу же нагло прилипают к моим нижним прелестям.

— Чего ты от него хотел?

— Лично я — ничего. Просто попросил, и довольно вежливо, прошу заметить, — тут же добавляет Роберт и его указательный палец важно взлетает вверх, — что при любых вопросах, касающихся тебя, теперь нужно звонить мне. Что твой отец вылетает из этой цепочки, а с тобой он может даже не пытаться связаться.

— Дальше, — снисходительно киваю я, принимая ответ.

— Он согласился, и мы разошлись.

— Вот не надо мне тут сказки рассказывать! — шикаю на него вполоборота.

— Совсем не катит, да? — кисло уточняет он.

— Стоило бы быть поубедительнее.

— Я предложил ему…

— Ну! Не тяни!

— Воспользоваться ши-ика-аарной возможностью компенсации расходов за несостоявшееся мероприятие.

— Точнее! — еще требовательней восклицаю я. — Мою машину ему отдать?!

— В том числе, — звучит почти невинно.

— Роберт, но это же моя машина! Зачем?

Мой голос такой осуждающий, что кое-кто морщится.

— Ты не понимаешь. Это мужское. Пусть забирает свои манатки, и закрываем тему. Без машины ты не останешься. Я говорил, что не против, если вы будете обсуждать что-то. И знаешь что?

— Что?

— С меня хватит! Вот он как привык сидеть с языком в одном месте, пусть так и сидит дальше, из картины не выбивается.

Мне становится очень весело. Потому что когда Роберт ревнует, он такой смешной: ноздри раздуваются, губы, уф, стиснулись в недовольную линию. И сразу такая аура… жесткая. Хищник мой. Приятно, когда тебя ни с кем не хотят делить. Приятно, когда ты — одна-единственная.

— И никаких возражений я слушать не буду! — воинственно предупреждает он. — А теперь давай-ка рассказывай, как день прошел.

— Что там рассказывать. Ты, как всегда, произвел фурор.

— Уже? — ухмыляется он довольно.

— Я же к маме ездила.

— Я помню. Несмотря на то, что дряхлый старик уже.

— Ой, хватит тебе кусаться, я так не считаю. Да и папа тут явно загнул со своими придирками. В общем, в любом случае мама отреагировала нормально. Потянешь.

— Ну спасибо так-то, — веселится Роберт. — А она уже про Камиллу знает?

— Знает.

— Что сказала?

— Когда про пятнадцать лет услышала, рассмеялась и пожелала нам удачи и крепких нервов.

Мы вместе прыскаем со смеху.

— Ты, кстати, сертификат подарил?

— Когда? Я еще дома не был. А ее тоже фиг выловишь. И вообще. Мне нельзя. Меня ее боевой раскрас до инфаркта доведет.

— Так я ж тебя выхожу, — смеюсь я и, поворачиваясь, целую Роберта в губы, притягивая его голову за затылок. — Кстати, какие у нас на завтра планы? А то я тебя знаю, у тебя вечно что-то припасено.

— А у тебя точно хорошее настроение? — он с энтузиазмом хватается за вопрос. Вот блин! Его эти подвохи… ну я ему еще припомню. Точно припомню!

— Эм… уже не уверена…

— Завтра я не поеду на работу. Буду у тебя куковать.

Моя ладонь касается мужского лба.

— Что опять? — продолжает хохотать Роберт.

— Я сейчас градусник принесу. Кажется, у тебя жар.

— Да я всегда горю, когда ты рядом.

— Ты реально бредишь, — продолжаю удивляться. — У тебя бывают выходные?!

Моя маленькая комнатка становится теплее и уютнее, когда наполняется задорным смехом. У меня такого никогда не было. С Робертом невероятно. С ним у меня многое происходит впервые…

— Что тебя так удивляет?

— Ты ни разу не брал полноценный выходной с момента нашего знакомства. Максимум — из дома работаешь.

— Ты просто не так хорошо меня знаешь.

Смелые руки уже перемещаются выше. И выше…

— Погоди…

— Ничего не знаю, — горячие откровенные поцелуи обрушиваются на шею.

— Я еще не придумала, как ты расплатишься за тайные интриги.

— Какие интриги? — бормочет он, целуя мои ключицы.

— Ооо… как это какие?! Коварные, вероломные, умышленные.

— Я подумаю, чем смогу тебя порадовать.

— А можно просьбой?

— Можно просьбой. Какой? — отрывается он от моего тела на секунду.

— Я потом придумаю.

— Вот этот подход мне нравится. А сейчас… раздевайся немедленно!

И стягивает с меня одежду…