Глава 53

— Привет, — тяжело здоровается Аяз по телефону.

— Привет, — роняю я торопливо, нехотя отвлекаясь от изучения истории болезни. Я уже несколько дней как вышла на новое место.

— Я разве просил обратно какие-то деньги? Машину? Я разве просил, Гелена?

Мне приходится осмыслить, потому что я не понимаю, о чем он говорит.

— Не знаю. А что… просил? — уточняю растерянно.

— Ну так ты скажи своему защитнику. Или это как-то совместно вами придумано? Откладываю в сторону документы, чтобы освободить руку. И тут же тянусь к карандашу, чтобы покрутить его пальцами.

— Ты о чем?

РОБЕРТ

Как последний лошара, я упускаю момент, когда парень тянется к мобильному и нервно тычет в экран.

Но я и подумать не мог, что он позвонит Гелене!

Прямо посреди нашего разговора. Мне пришлось подловить мальчишку и устроить неожиданную встречу.

Нам просто нужно расставить точки над и, потому как меня уже не устраивает это затянувшееся расставание и звонки.

Я ж не знал, что он жаловаться начнет! Ну слов нет. Гелене-то зачем?! Беседа должна была остаться между нами!

Я терпеливо жду, пока они пообщаются. Надо отдать Геле должное, на разговор она его не выводит. Видимо, просто отмахивается от вопросов. Но возмущенно пояснить, что я подстроил нашу встречу, Аяз все же успел.

Когда начинается обсуждение финансовых вопросов, я невежливо вырываю трубку, сдерживая ярость.

— Ну и кто просил ей рассказывать? — испепеляю взглядом малолетнего дурака. — Что ты ее дергаешь? Между нами разговор!

— Пусть будет в курсе.

— Зачем? Порешаем быстро и между собой. Она моя невеста. Все, что ты в нее вкладывал, я готов тебе вернуть. Чтобы тебе было, так сказать, радостнее.

— Она согласилась?!

Мальчишка воспламеняется.

— Ты считаешь, я буду в подробности вдаваться? Ошибаешься. Сейчас я прошу просто не тревожить ее. Разошлись — и молодцы. Компенсировать тебе готов твои траты хоть сейчас. Сколько?

— Я ничего не прошу обратно!

— Ты не понимаешь, — объясняю я на пальцах. — Ты останешься и без женщины. И без денег. Которые ты заплатил ее отцу за нее. Я могу понять твои рассуждения. Поэтому предлагаю тебе компенсацию. А ты принимаешь, не нервируя Гелену. И все претензии снимаются. Тебе это выгодно.

— Я с ее отцом договаривался!

— Поздно. Сейчас со мной нужно. Ее отец уже ничего не решает. Решаю я. И давай будем откровенны: мне не нравится, что ты можешь свободно ей позвонить.

— Ну ты же встрял. Свой интерес обозначил. Значит, и я могу так же.

— Нееет, — смеюсь я. — Ты не путай. Я встрял, когда от вас битые стекла остались, а тебе этого никто не позволит. Так что ты подумай. Что хочешь? Могу как-то финансово поучаствовать в твоих махинациях. Надо?

Он дергается, брови его недобро сдвигаются над переносицей. Этот парнишка определенно мне неприятен.

— А похоже, что я сильно нуждаюсь в деньгах?

— Тут у каждого свои запросы. Как по мне — похоже. Но это не главное. А главного ты, похоже, не догоняешь.

— Чего именно?

— Ты везде лишний. К Гелене я все равно тебя не подпущу. Это во-первых. Во-вторых. Я в курсе про ситуацию с Диларой.

Ожидаю реакции, но пацан очень скуп на эмоции. Продолжаю:

— Илья — мой близкий друг. Поэтому за вашей историей я наблюдаю изнутри. Я не возьму на себя смелость тебя осуждать. Но ведешь ты себя не по-мужски.

— Я отчитываться должен? Кто ты такой, чтобы упрекать?!

— Как минимум я отец. Не как ты, а с самого начала. Ты думаешь, это так легко?

— Я не собираюсь это обсуждать, — плюется он, всем видом решительно заявляя, что разговор окончен. Но нет. Он меня выслушает.

— Ты думаешь, не вовремя высунул, тест сделал, и все? Якобы теперь папа? Игрушку купил и решил все проблемы одним махом? Огорчу, этого недостаточно. Папа — это когда в две смены на работе отпахал, чтобы ребенку завтра на смесь хватило, а утром пришел уставший и голодный, но первым делом переодеваешься и не жрать идешь, а берешь детеныша на руки и еще качаешь, потому что у него то живот болит, то зубы лезут, то кормить пора. Или, когда он болеет, сидишь у его кровати, и сказки читаешь, и температуру измеряешь. Когда готовить не умеешь и у матери постоянно спрашиваешь, как это делать и как ребенка кормить обычной едой. Когда он колени разбивает — на руках нести. Когда он постоянно плачет — успокаивать. Когда шатает после ночной смены, а вам утром в поликлинику надо анализы сдавать. А не вовремя вытащить много ума не надо.

— Ну и зачем мне это все?

— Затем, что какой ты отец? Когда столько лет твой сын считал папой другого мужика? Другой человек о нем заботился. Полюбил. Ребенок привязан к нему, а не к тебе. Как ты теперь объяснишь пацану, что тот, кто всегда оберегал и защищал, ему чужой? А посторонний дядя — родной. У них психика другая. Ломается на раз-два. Ты на себя хрен забил, так малому жизнь не порти. Куда ты вылез, «папа»?

Не смог удержаться от презрительного тона. Настолько противно.

— Я совета не просил. Мне твое мнение по боку. Да и любое другое. Ребенок мой.

— Ты. Ему. Никто. Никто, чтобы отнимать сына у Ильи, который глотку за него перегрызет. Я предупредил, а ты береги горло, раз такой недалекий. «Папа» тут нашелся. Ты после первых же двух бессонных ночей в закат свалишь, умник. Если хотел бороться за него, сразу это надо было делать, а не ждать. Но сразу кишка тонка была, как вижу.

— Ты ничего не знаешь, — скрипит он зубами. — Я с ними гулял! И по врачам возил! Я его знаю! И мне не плевать на его психику!

— Так какого хрена ты такие условия ставишь?! Мужиком-то хоть немного будь! Забирай Дилару, женись на ней, и живите счастливо! И сын рядом будет! Но у Ильи права все забрать?!

— А почему я отступать должен?!

— Потому что ты не можешь просто влезть и испоганить все, к чему привык ребенок! Перечеркнуть пять лет, когда ты и не рыпался, в кустах сидел! А теперь выперся на арену, когда можно манипулировать сыном! Тебе оторвать бы кое-что, чтоб больше ни на кого претендовать не смог, а то, может, у тебя за спиной таких жен чужих и детей человек десять!

— Ты рот закрой! Тебя никто не спрашивал!

— А ты заставь меня. Попробуй.

Он сжимает руки в кулаки, взгляд взбешенный, сейчас вот-вот кинется. Я бы и рад — все жду, жду. Но… секунды утекают в никуда и ничего не происходит. А кулаки Аяза разжимаются. Он выше задирает нос.

— Ты даже на это не способен. Чужих жен трахать у тебя лучше получается. В общем, сына тебе Илья просто так не отдаст. А насчет Гелены… я предупредил. Еще раз узнаю, что встречи ищешь — размножаться больше не сможешь. Насчет денег подумай. Если да — вот визитка. Как решишься — намекни как-то. Счастливо. Папаша.