Глава 18

Синяя Борода

Царил уже поздний вечер, когда мы въехали в ворота Грифоньего Гнезда. Снег хрустел под копытами коней, а дыхание застывала паром в морозном воздухе. С неба сыпал колкий снежок, оседая на ресницах, попадал в нос и глаза. Я надеялся, что хоть сегодня мы вернемся раньше. Н, кажется, ужин прошёл без меня. Изабель наверняка расстроена. Остается надеяться, что она ещё не легла спать и мы сможем поговорить.

— Я все подготовлю, — сообщил Маркус в одно слитное движение спешиваясь. Он похлопал коня по боку, перебрасывая узду вперёд.

— Буду тебе благодарен, — я тоже выпрыгнул из седла и передал узду Маркусу.

Мышцы ныли после тяжелого дня и больше всего на свете хотелось просто лечь спать, желательно с Изабель. Но вот этого как раз делать нельзя.

— И все равно я против ритуала.

— Ты уже говорил, — отмахнулся я, направившись к парадным дверям.

Дар Маркуса позволял слышать чужие мысли, читать тайные помысли, и это накладывало свой отпечаток. Когда постоянно имеешь дело с грязью, царящей в умах многих, невольно отстраняешься от окружающих и становишься жестким. Ему было легче приговаривать к смерти, чем мне. Но это вовсе не значило, что он меня не поддерживает. Я же знаю, что он просто переживает за меня, ведь отката не избежать. А в Лигерии он, скорее всего, будет сильнее, чем обычно.

Сбросив верхнюю одежду горничной, я сразу направился вверх по лестнице к жилому крылу. Уже почти привычно приостановился у дверей покоев Изабель, но всё же решил сначала зайти к себе и переодеться. Хотя, в глубине души понимал, что пытаюсь оттянуть начало тяжелого разговора.

Как и вчера дверь моих покоев была не заперта. Свет на этот раз горел только в спальне. Насторожившись, я прошёл к дверям, но заглянув внутрь относительно расслабился. Изабель сидела в кресле, закинув ногу на ногу и скрестив руки на груди Хмурый взгляд карих глаз мысленно четвертовал меня. Я же залюбовался ей. Темно-зеленый оттенок платья придавал яркости огненным волосам, оттенял фарфоровую кожу. В камине пылал огонь, алыми всполохами поигрывая в волосах и сияя отблесками в глазах.

— Я задержался, прости.

— Задержался, — кивнула она, изящным взмахом руки указав на накрытый к ужину столик. — Надеюсь, ты не заявишь, что слишком устал для общения.

— Не заявлю, — улыбнулся, наслаждаясь упрямым огоньков в прекрасных глазах. — Дашь мне пару минут, чтобы умыться?

Изабель благосклонно кивнула, поднимаясь с кресла. Тонкая ткань натянулась, мягкими складками обтягивая стройные бедра. И так захотелось наплевав на все. Подойти и обнять Изабель, закопаться лицом в волосах и вдохнуть виноградный запах моей женщины. Но пришлось себе напомнить, что Изабель на самом деле мне не принадлежит.

Умывшись и сбросив в купальне пиджак, я вернулся в спальню. Изабель уже присела за столик и ожидала меня. Я занял кресло напротив нее, мельком оценив жаркое в тарелке, украшенное зеленью.

— Ты прекрасно выглядишь.

— Спасибо, — кивнула Изабель.

Она тяжело вздохнула, протянув руку подхватила бокал с вином и отпила пару глотков, словно собираясь с мыслями. И я все же не выдержал, перехватил её руку на ножке фужера, когда она отставила его обратно. Сжал тонкие пальцы, переплел со своими, заглядывая в заискрившиеся пламенем глаза. Обрадуется ли она, когда узнает правду? Или будет злиться? Но, как бы она не отнеслась, так на меня она больше смотреть не будет.

— Ник, прежде чем ты приступишь к ужину, — Изабель запустила свободную руку в карман платья и протянула мне стеклянный флакон. — Рекомендуют выпивать несколько капель с водой перед едой, — пухлые губы сжались в тонкую линию. И мне показалось, она пытается сдержать улыбку.

Стоило прочитать название “лекарства”, как я впал в секундный ступор. Ладонь сжала флакон так сильно, что я удивляюсь, как он не треснул. Это на что она намекает?

— Мне сказали, это очень хорошее средство для таких пар, как наша.

— Каких таких? — переспросил, а голос звенел от напряжения.

— Когда мужчина намного старше, — в карих глазах вспыхнуло пламя, а я осознал, что Изабель очень зла.

Выпустив её ладонь, я откинулся на спинку кресла и скрестил руки на груди. Одновременно злился и в то же время хотелось рассмеяться, ведь я понимал, что она пытается меня уколоть. Но стоит сказать, “мужская сила” сработала, потому что больше всего на свете хотелось повалить мою огненную малышку на кровать и ринуться доказывать, что в нашей паре не нужны никакие стимуляторы.

Изабель со скрежетом отодвинула кресло и резко встала. Обойдя стол она замерла возле меня, протянув руку к флакону.

— Мне о тебе позаботиться?

— Нет желания попробовать без него, раз взяла на себя инициативу? — улыбнулся, выбросив флакон через плечо.

Изабель взглянула на меня с прищуром, не уделив никакого внимания улетевшему в камин лекарству. А потом развернувшись, села ко мне на колени. Ладони почти не касаясь легли на плечи, а нежные губы прижались к моим в неумелом, но таком напористом поцелуе. Со стоном сжал тонкую талию одной рукой, другую запуская в шелковистые волосы, чтобы притянуть Изабель ближе и ворваться языком в горячий ротик. Изабель была такой сладкой, такой податливой, что остатки здравых мыслей разметало нахлынувшее возбуждение.

Я целовал мягкие губы, а ладони беспорядочно скользили по тонкому телу, прихватывали, мяли, ласкали, пытались скорее сорвать платье с желанного тела. Изабель изгибалась в спине, подставляя шею нетерпеливым поцелуям. Её ладони быстро расстегнули рубашку и скользнули по груди, вызывая спазм в паху. И словно почувствовав, тонкие пальчики пробежались вниз, миновали пояс брюк и погладили меня сквозь ткань, вызывая дрожь в теле и взрыв в мыслях.

Наконец удалось справиться со шнуровкой платья. Оторвавшись от моих губ, Изабель передернула плечами, позволяя платью сползти с плеч и обнажить груди. Утробно проурчал усмехнувшись, припав губами к острой вершинке. А ведь она добилась своего, разозлила и пошла в атаку. Даже лиф не надела, явно намеренная завершить этот вечер в моей постели. Огненная девочка, яркая и такая сладкая, что нет сил оторваться. Втянул твердый сосок в рот, огладил языком, срывая стон удовольствия с уст Изабель.

— Я хочу тебя Ник, — она часто задышала, выгнувшись в спине и торопливо высвободилась из рукавов.

Платье собралось на талии и проведя ладонью по её животу, я запустил руку под него, в тайне надеясь, что и там на ней нет белья. Но, кажется, слишком многого ждал от такой ещё неопытной девушки. Изабель задрожала, когда моя ладонь забралась под белье. Раздвинула ножки, раскрываясь и позволяя мне оценить степень её возбуждения. Горячая, влажная, невероятно вкусная.

Сердце билось в груди, готовое в любой момент остановиться. Дыхание обрывалось, а в груди словно натягивалась невидимая нить. Она укреплялась, буквально сталкивая нас с Изабель. Сила кипела в груди и наверное, попытайся я даже все прекратить, не смог бы. Слишком хотел её, нуждался в ней, изнывал от желания и был не в состоянии отказаться. Целовал сладкую кожу, поигрывал соском во рту, пока пальцы медленно гладили влажную плоть, проникая внутрь. Изабель тихо постанывала, металась, подаваясь навстречу этим движением и тоже гладила меня, сжимала дрожащими пальцами, а второй рукой пыталась справиться с ширинкой.

Гулко простонав я поднялся, подхватив Изабель под талию. Уже сам дёрнул пояс брюк. Не рассчитал силы, и пуговица отлетела куда-то в сторону. Сжал девушку в объятиях и вновь впился в сладкие губы, продолжая ласкать её. Потянул к кровати, но все не мог оторваться от её губ. Зазвенела посуда, когда мы задели столик и чуть не опрокинули еду на пол. Платье Изабель сползло и осталось позади, как и мои брюки с бельем. Когда мы достигли кровати, на Изабель остались короткие панталончики, а на мне рубашка. Проблему с панталонами решил кардинально. Изабель вскрикнула в мои губы, когда ткань треснула под моими руками. И громко вздохнула, когда я подался назад, опрокидывая нас на кровать.

— Ты такая красивая, — прошептала, когда Изабель приподнялась, положив ладони на мою грудь. Член зажало между нашими телами, и любое движение отдавалось волной удовольствия в паху. — Будешь сверху, раз сегодня инициатива за тобой, — улыбнулся, когда в карих глазах мелькнула растерянность.

— Это как? — спросила тихо, но уже сама раздвинула ноги, сжала коленями мои бёдра.

Коротко выдохнул сквозь стиснутые зубы. Уже физически больно сдерживать себя. Но я не хотел её торопить. Видел насколько она ещё не уверена, насколько неопытна.

— Приподнимись, — сжал её бедра ладонями, направляя её движение.

Изабель привстала надо мной на коленях. Горящий в камине огонь бликами играл на фарфоровой коже, ярче обрисовывая соблазнительные изгибы. Я сжал ствол в руке, приподнял. И Изабель уже без слов поняла, что делать. Медленно опустилась. Ладошка сжала твердую плоть, а большой палец мимолетно огладил головку, направляя. Непроизвольно приподнял бедра, двигаясь навстречу и застонал, когда узкая плоть сомкнулась вокруг меня. Изабель задрожала, опускаясь все ниже. Медленно, так мучительно, что с трудом удавалось сдержать себя и не перевернуться, чтобы уже резко войти в горячую плоть. Но я хотел видеть её, смотреть в эти необыкновенные глаза и наблюдать, как в них разгорается пламя.

Изабель простонала, выгнувшись в спине, отчего груди всколыхнулись в такт этому движению. Она была такой узкой и горячей, что на мгновение потемнело в глазах от нахлынувших ощущений. Я протянул руку, сжал между пальцами твердый сосок, а второй рукой направил движение бедёр Изабель. Облизнув пересохшие губы, она взглянула на меня, опалив горячим взглядом, и приподнялась. Чтобы уже резко опуститься вниз и сорвать стон удовольствия с моих губ.

Она начала двигаться. Сначала медленно, но постепенно наращивая темп. А я смотрел на неё и казалось физически невозможно оторвать от неё взгляда. Гибкое тело покрыла испарина, груди приподнимались во всё ускоряющемся темпе. А сила уже кипела столь мощно, что, казалось, вырвется наружу. Разрядка подступала все ближе. Остальная комната, весь мир перестали существовать. Я видел и чувствовал только Изабель, слышал лишь звучащее в унисон дыхание и гулкий стук обоих сердец.

Спазм прошил тело, когда Изабель сжалась вокруг меня, громко простонав. Так сильно, что перед глазами потемнело, а я вцепился в её бедра, пытаясь удержаться в этом мире. Сила хлестнула через край, накрывая мысли волной непередаваемого удовольствия. Оно вскипело в груди, разнеслось по венам, проникло в каждый уголок тела, пока не взорвалось в мыслях яркими вспышками.

Изабель рухнула на мою грудь, мелко вздрагивая. А я беспорядочно гладил её влажную спину, пропускал волосы между пальцами, переживая отголоски общего оргазма. Только тогда мысли начали все же пробиваться в пустую голову. Я кончил в нее. И это не самое страшное. Потому что то, что я подозревал, оказалось правдой.

— Изабель, ты что-нибудь чувствуешь? — спросил у нее тихо.

— Да, — в тихом шёпоте послышалась улыбка. — Тепло. Здесь. В груди. И, кажется, у тебя тоже. Я тебя словно чувствую.

— Так и есть, — запустил пальцы в её волосы, прижавшись губами к макушке. Вдохнул нежный аромат волос. — Поздравляю. Это резонанс.

Осталось придумать, что делать с этим открытием, ведь просто так нам не дадут быть вместе.