Глава 57

— Ой, мамочка, какая ты класивая! Как настоящая плинцесса! — Миша с восхищением рассматривает мое серебристо-голубое платье в пол и уложенные изящными локонами волосы.

— А я что, я лазве не плинцесса?! — возмущается Дина. Кидается к вдящему в комнату отцу:

— Папа, скажи, что я класивая!

Родион подхватывает ее на руки и прижимает к себе:

— Конечно, красивая! Самая красивая девочка в мире.

— А Миша не говолит, что я плинцесса. Он говолит, что только Катя класивая! — ябедничает Динуля и показывает Мише язык.

Мы с Родионом переглядываемся и с трудом сдерживаемся, чтобы не засмеяться.

— А разве принцессы показывают своим братьям язык? — спрашивает Родион у Дины и с деланным изумлением поднимает брови.

— Я только один лаз, а больше не буду, — девочка на мгновение смущается, но тут же упрямо требует:

— Пусть Миша скажет, что я тоже класивая и плинцесса!

— Ты класивая, Дина. Только мама больше класивая! — упрямится Миша и получает от Дины по голове плюшевым зайцем. Ох, настоящая женщина растет, не терпит конкуренции ни в каком виде!

Миша обиженно вытягивает губы, собираясь заплакать. Но глянув на меня передумывает. Вместо этого выхватывает из рук Дины ее любимого зайца и закидывает его за диван. Несколько секунд девочка растерянно переводит взгляд с Миши на диван и обратно. Потом на сдерживающегося из последних сил Родиона и вдруг с ревом кидается ко мне:

— Ка-а-атя! Я тоже плинцесса!

Принимаю ее в объятия, прижимаю к себе и шепчу:

— Динуль, ты очень красивая и гораздо больше, чем я похожа на принцессу. Правда-правда, и Миша это видит. Просто мальчики не очень хорошо умеют говорить девочкам о таких вещах. Им нужно стать взрослыми, чтобы научиться.

— Стать как папа взлослые? — всхлипывает малышка.

— Может быть немного помладше, но все равно надо повзрослеть. Но ты ведь можешь научить Мишу, какие слова нужно говорить девочкам? Чтобы он уже сейчас знал и умел?

Дина еще пару раз всхлипывает у меня на груди, потом успокаивается и немного посопев сердито заявляет:

— Ну ладно, научу этого мелкого, как плавильно жить!

Всё! В этом месте нас с Родионом просто взрывает и мы начинаем хохотать.

— Родион Юревич, машина готова, можно ехать, — в гостиную заходит Сергей, охранник, которого Родион приставил ко мне и детям.

— Ну что, принцессы, принцы, королевы и я, поехали? — объявляет Родион, когда Дина с Мишей пожали друг другу руки и общими усилиями вытащили из-за дивана несчастного зайца.

Дети радостно бегут к двери и первыми запрыгивают в припаркованную возле крыльца машину — мы едем на свадьбу сводного брата Родиона, Рамиля. Это мое первое знакомство с семьей Алмазовых поэтому меня мелко потряхивает еще со вчерашнего вечера…

Сергей помогает детям забраться в машину и застегивает на них ремни детских кресел. Я порываюсь выйти вслед за ними, но Родион останавливает меня.

— Катя… — произносит хрипло. Замолкает, обнимает меня за поясницу и притягивает к себе так близко, что я почти вжимаюсь в его грудь. Упираюсь взглядом в его напряженную шею, вдыхаю запах свежей туалетной воды, который мне так нравится, и по телу, как по команде, вразбег несутся мурашки.

Его лицо совсем близко, запах становится острее, губы почти касаются моих… Шепчут хрипло:

— Я хочу сказать, что ты очень красивая. И я рад, что ты… со мной. Ты и Миша со мной и Диной. Еще… я хочу тебя поцеловать, но боюсь испортить твой потрясающий макияж — ведь для королев очень важно выглядеть идеально.

Я поднимаю на него глаза — еще один шаг, одно движение и я влюблюсь в этого мужчину. Бесповоротно. Безнадежно. И неправильно, потому что у нас договор.

— Я не принцесса и не умею быть идеальной. Но мне, и правда, жаль испортить макияж — он обошелся тебе в кругленькую сумму, — пытаюсь пошутить, чтобы Родион не понял, что я чувствую на самом деле.

Его рука на моей пояснице напрягается. Он выпрямляется и отстраняется, с шумом выдыхая.

— Да, пошли в машину — мама уже звонила, что почти все собрались, а нам еще по пробкам продираться.

Мы выходим на крыльцо где я едва не падаю, потому что нога в непривычно узких туфлях на шпильке неожиданно едет в сторону.

— Придется нести королеву, — Родион подхватывает меня на руки и идет к машине. Я вцепляюсь в его плечи. Пальцы сами зарываются в густые волосы на затылке и больше всего на свете тянет сказать, что я тоже хочу его поцеловать.

Но я не скажу даже под дулом пистолета — у нас фиктивные отношения и три дня назад мы зарегистрировали наш фиктивный брак. Так что теперь мы муж и жена, только никто об этом не знает, кроме Лады, Клары Никитичны и Марата Аркадьевича, которые были гостями у нас на регистрации.

Еще об этом знает моя мама — Родион отправил ей копию нашего брачного свидетельства. В ответ от нее пришло сообщение на мой телефон. То, что она мне написала, я даже Ладе не показала. Просто проплакала, наверное, часа два, запершись в ванной, пока Родион не начал грозить, что выломает дверь и достанет меня оттуда силой.

Только тогда я стерла мамино сообщение, которое бесконечно перечитывала все это время, и сбросила ее номер в черный список. Умылась и расправив плечи вышла из ванной — пусть гордого Кавказа во мне почти не осталось, зато сильная и стойкая Сибирь все еще со мной.