Глава 60

Катя Алмазова

Когда мы выходим из гардероба, где оставили верхнюю одежду, мамы в вестибюле уже нет. На мой вопрос куда подевалась высокая смуглая женщина в бежевом брючном костюме охранники на входе пожали плечами — вышла из ресторана, а куда пошла никто не следил.

Я выдыхаю со смесью облегчения и тревоги: значит, мама просто пришла посмотреть на меня или на Мишу… Но это значит и то, что она следит за мной, знает маршруты моих перемещений. Ведь не случайно она оказалась в этом ресторане, не бывает таких совпадений.

— Ну вот, твоя маман увидела, что ты не одна, а со мной, утерлась и пошла себе куда подальше, — Родион ободряюще пожимает мои пальцы. — Пошли, познакомлю тебя с родителями, а потом с братьями, если удастся выловить их в этой толпе.

— Давай сначала посмотрим, что за аниматоры и где будут дети, а потом уже подойдем к твоим родителям? — предлагаю я.

— Боишься? — по-доброму улыбается Родион, но я качаю головой — нет, на самом деле, я уже не боюсь этого знакомства. Мне кажется, что ничего страшнее встречи с моей мамой просто не может быть.

Наивная, если бы я знала, как ошибаюсь… Но в тот момент жизнь видится мне прекрасной, а все тревоги оставшимися где-то позади.

Для детей выделили небольшой зал рядом с тем, где будет проходить торжество. Когда мы туда заглядываем, аниматор, молодой парень в костюме Кота-в-сапогах уже развлекает несколько ребятишек в возрасте от трех до семи-восьми лет. Еще две девушки в углу за ширмой поправляют костюмы феи и бабы яги и проверяют реквизит, готовясь приступить к работе.

Средних лет женщина в белой блузке и черных брюках расставляет на столах тарелки и картонные стаканчики — готовится угощение для малышни.

При нашем появлении от группы веселящихся деток отделяется Дина и несется в нашу сторону.

— Папа, Катя, тут так весело! Миша, пойдем сколее — сейчас будет конкулс!

— Иди с Диной, мы будем рядом. И Сергей тоже, — подбадриваю я сына. Краем глаза вижу, что охранник садится на стул возле выхода — тут ему всех видно и никто не пройдет мимо него незамеченным. Хорошее место для наблюдения за обстановкой и детьми.

— Ну, убедилась, что с малышней все будет в порядке? — Родион тянет меня из зала. Я послушно иду за ним, но в сердце по-прежнему сидит беспокойство. Оглядываюсь, выискиваю глазами Дину и Мишу — вот они, взявшись за руки стоят возле аниматора и внимательно его слушают.

Не удерживаюсь и прошу охранника:

— Сергей, не спускайте с Дины и Миши глаз, пожалуйста.

— Не переживайте, у меня все под контролем, — мужчина ободряюще улыбается, и мы, наконец, выходим в общий зал, где уже появились жених и невеста.

Родион Алмазов

Катя так разнервничалась из-за появления своей мамаши, что ее беспокойство передается и мне. Настроение внезапно портится, и я уже жалею, что повелся на просьбу отца и приехал на эту свадьбу.

Или это мои личные чувства к новоявленному братцу снова проявились в полную силу, когда увидел его под ручку с уже законной супругой? Идет, наглый придурок, улыбается, как ни в чем не бывало…

Хотя эта девочка, его жена, оказалась совсем не такой, как я себе представлял. Не писаная красавица, но очень милая. Серьезная и видно, что скромная, а не шмара, которую я ожидал увидеть рядом с Рамилем. Если она не искусная притворщица, то плюс тебе в карму, братец. Хотя бы женщину себе выбрал путевую и то ладно.

— Родион, ну наконец-то я тебя нашла! А то Ася сказала, что ты здесь, но почему-то не подходишь, — слышу рядом родной голос.

— Мы как раз шли к вам с отцом, хотели поздороваться и познакомиться, — поворачиваюсь к маме. Целую ее в щеку, получаю ответный поцелуй и любящую улыбку — все-таки мама у меня потрясающая!

— Мамуль, выглядишь роскошно, впрочем, как всегда, — произношу от души, потому что она, и правда, шикарна в своем длинном серебристо-сером платье, подчеркивающем изящную фигуру.

— Ах, комплиментщик! У женщины, имеющей столько взрослых детей, как я, от красоты остаются только воспоминания и фотографии, которым много-много лет, — смеется она.

— Скромничаешь, — качаю головой и произношу:

— Мама, познакомься, это Катя. Катя Алмазова, моя жена.

— Что?! Жена? — глаза у мамы изумленно распахиваются. Впрочем, она тут же берет себя в руки и поворачивается к Кате. Несколько секунд внимательно ее рассматривает и вдруг тепло улыбается. Протягивает руку:

— Добро пожаловать в семью, дорогая. Мне будет приятно, если ты станешь называть меня мамой.

Ого, такого поворота я не ожидал!

Похоже, Катя тоже, потому что жутко смущается и бормочет слова благодарности, не решаясь поднять на мою инициативную мамулю глаза. Ну ничего, позже со всем разберемся и решим, кто, как и кого будет называть.

Мама снова поворачивается ко мне. Улыбается одобряюще:

— Рада за тебя, сын. Только, Родион, отцу я сама скажу про Катю, хорошо? А то его еще инфаркт от радости схватит, что ты, наконец, решился на такой шаг, — потом грозит мне пальцем. — Но тебе я еще надеру уши за то, что женился втихаря! Жду вас послезавтра на обед, и никакие отказы не принимаются! Там обо всем поговорим и как следует познакомимся, а то здесь не подходящее место и время.

— Ну вот, а ты боялась, — наклоняюсь к уху Кати и быстро касаюсь его губами — что-то меня сегодня не оторвать от ее нежных ушек. Все время хочется что-нибудь шепнуть, обнять губами мочку, куснуть легонько тонкий хрящик…

Катя поворачивает голову и случайно мажет по моей щеке губами. Тихонько охает:

— Ой, извини, помадой тебя испачкала. Сейчас уберу, — прикасается ладошкой к моему лицу и начинает вытирать след от своих губ. Несколько движения и улыбка: — Ну вот и все, ты чистенький и хорошенький!

Я выпрямляюсь и с досадой шиплю сквозь зубы — организм отреагировал на прикосновение тонких женских пальчиков самым недвусмысленным образом! Мне бы теперь не в толпе гостей оставаться, а подхватить жену на руки и свалить отсюда куда-нибудь в укромное место с широкой кроватью. Туда, где нам никто не будет мешать… вытирать следы помады с моей щеки и других мест, где моя жена может их оставить…

Выдыхаю — ладно, потерплю. Не время и не место думать о таких вещах. Сначала надо Катю приучить к мысли, что наш брак будет ни разу не фиктивным, а уж потом оторвусь по полной.

— Красивая у тебя мама, — возвращает меня в реальность Катин голос. — Но ты на нее совсем не похож.

— Ты хочешь сказать, что я некрасивый? Ну вот, а я то думал, что нравлюсь тебе… — делаю обиженное лицо.

— Нет, ты что! Ты красивый! — Катя с жаром принимается разубеждать меня. — Очень красивый, просто на маму не похож.

— Но тебе не нравлюсь? — снова задаю интересующий меня вопрос.

— Почему… Нравишься… — она вдруг вспыхивает, словно маков цвет. Отворачивает от меня лицо и покусывая нижнюю губу повторяет. — Нравишься. Очень…

Наклоняюсь к ней и опять шепчу в нежное ушко:

— Ты мне тоже. И я хочу показать тебе, насколько сильно ты мне нравишься, жена… Сегодня ночью, например… Как ты на это смотришь?

— Сегодня ночью?! — у нее округляются глаза. Начинают подозрительно блестеть, а губы приоткрываются. Такие сладкие, манящие… Ужасно хочется начать показывать свои чувства прямо здесь…

В брюках становится совсем тесно и усилием воли заставляю себя отодвинуться от жены. Странно, еще месяц назад у меня даже мысли не было, что когда-то я снова скажу это слово. Казалось, это что-то невозможное, не для меня — даже мысли не было жениться…

А сейчас называю так Катю, которую знаю без году неделю и… нормально, приятно даже… Чудеса, да и только!

Пока я размышляю о странностях, произошедших с моим восприятием, гостей приглашают занять свои места за столами. Обнимаю Катю за талию:

— Пошли хоть поедим, раз уж мы здесь. Надеюсь, Рамиль не поскупился на хорошего повара…

— Ты его не любишь и не хотел сюда приходить, да? — Катя внимательно смотрит на меня. В серых глазах нет любопытства, просто констатация факта и немного сочувствия.

— Прийти сюда меня попросил отец, я не мог ему отказать. А сам Рамиль… Я узнал о его существовании месяц назад, с чего мне его любить?

— Тем не менее, ты здесь. Значит, для тебя важны интересы семьи. Важнее собственных чувств относительно Рамиля. Мне это нравится.

— Почему? — мне вдруг становится интересно мнение Кати по этому поводу. На самом деле, для меня семья всегда была на первом месте по сравнению с другими вещами. Наверное, я и не женился после смерти Насти, что не надеялся встретить женщину, которая разделяла бы мои убеждения в этом вопросе. Девушки сейчас в основном такие, что: «Я королева, центр вселенной, все и всегда только мне. А семья — какая еще семья, если у тебя есть я…».

— Не знаю, — Катя пожимает плечами. — Но… мне кажется, что это очень важно — иметь семью, которая тебя любит и поддерживает. И ты всех в ней любишь и помогаешь чем, можешь.

— А если тебе на шею кто-то сядет? Братец там, или сестрица… Или мама с папой? — продолжаю я допрос. — Сядут, ножки свесят и начнут погонять, потому что: "мы же семья!"

— Ну, родителям мы обязаны помогать не оценивая свои действия ни по каким критериям. Просто помогать, если родители нуждаются в этом. Любить их, поддерживать, общаться… А братья и сестры — не знаю, у меня никого нет, я единственный ребенок в семье. Папа тоже был один у своих родителей, а мамина сестра бездетна, даже кузенов у меня нет. Так что, я могу только фантазировать, что обязательно любила бы своих сестер и братьев. Ценила просто за то, что они моя семья, что они у меня есть.

— Забавная ты, Катя. Но мне нравятся твои рассуждения, — улыбаюсь и тяну ее в зал. — Пошли уже к столу, что ли?

— Да, сейчас пойдем. Только, Родион, давай заглянем к детям — что-то мне неспокойно, — Катя смотрит на меня умоляющими глазами.

— Ну пойдем, заглянем. Но как только ты убедишься, что с ними все в порядке, сразу идем к столу — побудем немного, соблюдем формальности и поедем домой.

Подхватываю ее под руку, и мы идем к детскому залу.

— Мы только убедимся, что с ними все в порядке, — произносит Катя извиняющимся голосом. Первой заходит в дверь и я сразу слышу ее отчаянный вскрик:

— Сергей, где Дина?! Почему ее нет в зале?!