Глава 62
На выходе из клиники дорогу нам с Мишей преграждает высокий массивный парень в камуфляжном костюме:
— Екатерина Владимировна, Родион Юрьевич ждет вас на парковке. Пойдемте, я провожу.
— Нет! — выкрикиваю я. Подхватываю Мишу на руки и начинаю пятиться. — Никуда и ни с кем я не пойду! Я вас не знаю и Родион про вас ничего не говорил!
Нет уж, больше я ни себя ни ребенка никому не доверю. Тем более тем, кого первый раз вижу!
Мужчина понимающе улыбается, достает телефон и набирает номер:
— Родион Юрьевич, ваша супруга отказывается идти со мной, — произносит в трубку. Несколько секунд слушает, потом протягивает телефон мне.
— Катя, этот парень — Андрей, твой новый охранник. Извини, сразу забыл представить его тебе. Иди с ним, ничего не бойся, — слышу голос Родиона.
— Да, мы уже идем, — отвечаю, чувствуя, как в сердце робко толкается надежда. Ведь если Родион сразу назначил мне нового охранника, это значит… Значит, он не скажет мне собирать вещи и убираться из его жизни, да? Или нет? Может это временно, пока не доехали до дома, где нас точно ждет серьезный разговор… А потом все равно расставание.
На сердце снова опускается тяжелая плита. Боль за Дину, страх перед своей матерью, отчаяние и горькое сожаление, что ничего у нас с Родионом не выйдет, придавливает его так, что кажется вот-вот брызнет кровь. Больно…
Возвращаю телефон охраннику и иду вслед за ним к парковке. Родион, отвернувшись стоит возле своей машины, рядом еще один джип с распахнутыми дверями.
— Нам сюда, — показывает на автомобиль Андрей. — Родион Юрьевич распорядился ехать на двух машинах.
— Да, конечно, — киваю и не глядя на Родиона помогаю сесть в машину Мише, затем забираюсь сама.
Андрей садится за руль, на переднее пассажирское кресло молча плюхается еще один парень в камуфляжной одежде. Хлопают двери, сыто заурчав заводится двигатель и мы трогаемся с места.
Миша почти мгновенно засыпает, а я таращусь в окно, ничего в нем не видя — мозг просто отказывается воспринимать хоть какую-то информацию, даже простые пейзажи за стеклом. Только через довольно долгое время я понимаю, что мы движемся не по той дороге, что ведет к дому Родиона, а его машина больше не едет впереди нашей. Значит он поехал в одно место, а меня везут куда-то в другое, подальше от него и Дины…
Откидываюсь затылком на подголовник и закрываю глаза — все закончилось, не успев начаться. И наш фиктивный брак и то, что мне казалось, начало зарождаться между мной и Родионом…
Прижимаю ладонь к тому месту, где у меня когда-то было целое и живое сердце: больно, очень больно…
Родион Алмазов
На выходе из клиники отдаю распоряжение охране встретить Катю — одна она теперь по улице ни ногой! Ни она, ни Миша, ни Дина! Я и так прошляпил все вокруг, лажанулся по полной. И охранника к своей семье приставил непутевого, как оказалось. И слишком легкомысленно отнесся ко всей этой ситуации вокруг Кати и желания ее матери выдать дочку замуж за кого-то нужного.
Кстати, за кого? Словно отвечая на мой мысленный вопрос пиликнуло оповещение почтового ящика о новом письме. Устраиваю в детском кресле заснувшую Дину и открываю сообщение с отчетом.
Вчитываюсь в него и чувствую, что зверею — мать Кати совсем крышей поехала?! Решила отдать дочь шестидесятилетнему козлу. Девочку двадцати с небольшим лет сделать даже не женой, а… наложницей! Потому что у этого утырка уже есть жена, вполне официальная и, кстати, ненамного старше Кати! А до этого было еще три и все куда-то испарились после достижения ими возраста тридцати лет.
Мля, парнокопытный любитель нимфеток. Тут у меня только маты и ничего больше! Едва сдерживаюсь, чтобы не начать ругаться вслух, только присутствие рядом Дины и удерживает.
Читаю досье дальше и понимаю, что ничего не понимаю — козел вообще ни разу не при должности. Какой-то занюханный индивидуальный предприниматель, занимающийся металлоломом…
Смотрю финансовые показатели — тут тоже все странно, обороты где-то между мелкими и очень мелкими по меркам серьезного бизнеса. То есть…
То есть, мамаша собралась отдать единственную дочь в постельные грелки какому-то утырку, который и не при должности, чтобы его бояться, и не богат, чтобы он мог купить согласие Катиной мамахен. Тогда что?
— Родион Юрьевич, ваша жена с мальчиком в машине, — докладывает один их охранников. Хочу подойти ко второй машине и посмотреть, как Катя и Миша себя чувствуют, но тут Дина начинает ворочаться и хныкать во сне. Ладно, доберемся до места назначения и тогда все будет…
Сажусь в машину рядом с дочерью, беру ее крошечную ручонку в свою и командую:
— Поехали!
Машина выруливает на трассу, вторая, с Катей, пристраивается сзади. Третьим встает джип с охраной, и мы резвой волчьей стаей несемся к выезду из города.
В какой-то момент джип с Катей и Мишей обгоняет мою машину и встает первым в колонне. В тот момент, когда мимо меня в окне проплывает бледный Катин профиль я вдруг вспоминаю ее рассказ о жизни с матерью…
Снова открываю досье на «аксакала», перечитываю первую страницу и в голове у меня начинает складываться пока неясная картинка. Отправляю несколько сообщений нужным адресатам, получаю от них ответы и задаю следующие вопросы…
К моменту, когда мы подъезжаем к шлагбауму закрытого, отлично охраняемого военного санатория, где мы будем жить пока не утрясутся все вопросы с Катиной мамашей, я уже знаю практически весь расклад.