Глава 64

Родион Алмазов

— Катя, — обнимаю ее за плечи, — пошли уже спать, хватит прятаться от меня, пугливая мышка.

Она почти час сидит в комнате, куда мы поселили детей. Сначала укладывала спать Мишу. Потом усердно делала вид, что у нее масса дел: развешивала в шкафу одежду малышни, сидела возле Дины, потому что: «мне кажется, она слишком ворочается». Потом вспомнила, что надо разобрать коробку с игрушками…

В общем что угодно, чтобы только не выходить из комнаты и не оставаться со мной наедине. Похоже, мои слова про «спать будем вместе» напугали ее до икоты. Неужели это так ужасно, оказаться со мной… на очень близком расстоянии?

— Родион, мне еще надо… — опять пытается что-то придумать.

— Ка-атя! Не заговаривай мне зубы! Ты просто трусишь оказаться со мной в спальне, — шепчу ей на ухо. Обнимаю за талию и помаленьку продвигаю к выходу.

— Боюсь, — вдруг признается она, подняв на меня растерянный взгляд. — Это неожиданно и я не готова так сразу…

— Катя, ты что, думаешь я тебя силой буду заставлять что-то делать? Тем более, заниматься со мной любовью? — смеюсь, окончательно вытаскивая ее из детской. — Не придумывай ужасов, ладно? Я не насильник и не буду тебя ни к чему принуждать.

Она сразу расслабляется и почти смело идет со мной в обнимочку по коридору. Пользуюсь моментом, словно невзначай поглаживаю ее по спине и доверительным тоном сообщаю:

— Только спать мы все равно будем в одной комнате, и даже в одной кровати, представляешь? Но пока ты сама не захочешь к более интересному, чем просто спать, переходить не будем.

— Правда? — в ее голосе столько надежды и облегчения, что мне становится смешно: где та решительная девушка, которая сегодня так орала на лопухнувшегося охранника Серегу, что он только глазами хлопал и от страха втягивал голову в плечи?

— Кривда! — отшучиваюсь, но руку незаметно перекладываю пониже стратегической линии талии — продвигаться к интересному будем неспешно, но целеустремленно. А то с Катиной пугливостью целибат мне обеспечен на срок, стремящийся к бесконечности.

— Родион! — ага, замечает мой манёвр и пытается спихнуть мою лапу со своей аккуратной попки.

— Я Родион! А ты Катя, моя жена, — возвращаю руку на талию.

— Фиктивная! — восклицает, возмущенно сверкнув глазами.

— Где это сказано, что фиктивная? — делаю удивленное лицо.

К этому моменту мы уже добираемся до гостиной. Я с удовольствием плюхаюсь на широкий диван и дергаю Катю за собой. Пока она, взвизгнув от неожиданности, хватается за мои плечи, устраиваю ее у себя на коленях и крепко обнимаю.

— Катя, не буянь, мы просто посидим и поговорим.

— О чем? — облизывает губы и смущенно опускает глаза — ну да, мою реакцию на ее попу у меня на коленях она чувствует очень отчетливо.

— О нас с тобой. О том, как будем жить дальше. И о том, что наш брак никакой не фиктивный — ты же помнишь, что брачный договор мы так и не подписали?

— Я думала, ты хочешь позже это сделать. Договор составить непросто, наверное.

— Не просто, а очень просто. Мои юристы профессионалы, сделали бы это за день. И не ерзай так активно, дорогая жена, а то мне несколько беспокойно становится, — усмехаюсь, видя, как Катины щеки покрываются румянцем, потому что мое воодушевление от нашей близости становится все больше и тверже.

— Давай я сяду на диван? — предлагает и даже делает движение слезть с моих колен. Ну нет, у меня военная операция под кодовым названием «Соблазнить законную жену» только началась. Так что с колен не слезаем, меня обнимаем!

В ответ предлагаю:

— Давай лучше ты меня поцелуешь? — и сам тянусь к ее губам — очень уж они соблазнительные. Нежные, розовые, и пахнет от нее так, что голова кружится от удовольствия. Мне ее духи еще в первую нашу встречу понравились, когда в приемной Катя облила меня кофе, а я в ответ ее своей голой волосатой грудью пугал.

— Ты же поговорить хотел, — напоминает прерывающимся голосом. Глаза блестят, щеки пылают и явно хочет не разговаривать, а другим заниматься. Но стесняется…

Да, надо срочно ее поцеловать, иначе эта застенчивая мышка удерет от меня и лови ее потом по всему коттеджу.

Обхватываю Катин затылок ладонью, зарываюсь пальцами в мягкие шелковистые волосы и тяну к себе. Мои губы почти касаются ее приоткрывшегося навстречу рта, и тут начинает припадочно орать мой телефон.

— Да! — рявкаю в трубку: какой муд… судак звонит в такое время?!

— Родион Юрьевич, — голос звонящего полон оптимизма, а мне хочется его пришибить — в такой момент влез! — Родион Юрьевич, похитительница вашей дочери начала давать показания.

— И что показывает? — напрягаюсь.

— Много интересного и неожиданного. Не хотите приехать и сами послушать?