Глава 29

По спине пробегают мурашки от смущения. Я чувствую на себе взгляды других студентов. Кто-то останавливается, чтобы посмотреть на эту сцену, кто-то перешептывается. Неловкость растет с каждой секундой.

— Я хотел извиниться за то, что наше свидание прервалось так внезапно, — Илиас говорит не громко, но достаточно, чтобы окружающие услышали. — Может быть, пригласить тебя…

— Это не было свиданием, — быстро говорю я, чувствуя, как лицо заливается краской.

— Да? — Илиас делает еще один шаг ближе, протягивая цветок. — Знаешь, ты очень красиво выглядишь, когда смущаешься. У тебя такие выразительные глаза…

Тепло поднимается к щекам. Что он делает? Флиртует? Прямо здесь, на глазах у всех?

За спиной слышу приглушенный смех и шепот. Отлично. Еще один повод для сплетен.

— Илиас, мне правда нужно идти, — пытаюсь отстраниться.

Почему-то в голове крутится мысль: что, если увидит Филис? Почему-то это заставляет меня еще больше покраснеть.

Я направляюсь к корпусу, где у нас должно быть первое занятие, а Илиас идет рядом.

— Но я не сдаюсь так легко, — с улыбкой говорит он.

— Спасибо, но… — начинаю я, когда вдруг замечаю знакомый силуэт.

Адреас стоит у входа в учебный корпус и смотрит прямо на нас. Его лицо невозможно прочитать, но что-то в его позе заставляет меня почувствовать себя виноватой. Хотя в чем? Я же ничего плохого не делаю!

Филис усмехается и вместе с Джесс скрывается в корпусе. От этого пересечения взглядов остается неприятный осадочек.

— Ярика? — Илиас следит за моим взглядом и тоже замечает Филиса. — Подумай, может, вечером хоть по парку пройдемся?

— У меня занятия, — отвечаю я. — И много догонять надо.

Илиас старается не показать свое разочарование и подмигивает:

— Мое предложение о помощи все еще в силе.

Первая лекция по числовым расчетам в магии проходит как в тумане. Я записываю что-то в тетрадь, пытаюсь разобраться, но мысли постоянно разбегаются. То вспоминаю вчерашний момент с Адреасом, то думаю о предстоящей встрече с Холливаном, то ловлю себя на том, что трогаю пальцами стебель розы.

— Студентка Сирен, — строгий голос профессора возвращает меня в реальность. — Не могли бы вы повторить, что я только что сказал о взаимосвязи количества вливаемой силы и уровня применяемого плетения?

Сердце пропускает удар. Я понятия не имею, о чем он говорил последние пятнадцать минут.

— Я… эм… — лихорадочно пытаюсь вспомнить хоть что-то из учебника.

В голове абсолютная пустота. Несколько студентов хихикают, кто-то сочувственно качает головой.

— Полагаю, у студентки какие-то гораздо более интересные размышления, — преподаватель смотрит на розу. — Но только эти интересы вряд ли помогут на этой проверочной работе. Уберите все со стола, кроме перьев.

Перед нами появляются листы с заданиями. Мы подписываем имена в уголочке и приступаем к решению. Тайра время от времени что-то подсказывает мне, я сама старательно вдумываюсь и даже умудряюсь что-то решить — ну не совсем же я глупая, да и в базовой школе все же училась.

Хотя вряд ли моих знаний хватит на хорошую оценку, особенно учитывая то, что всю лекцию я просто прохлопала.

После занятия все первокурсники собираются в большом зале. Я впервые здесь — обычно мы занимались в маленьких аудиториях. Высокие потолки, огромные окна, длинные скамьи, расположенные амфитеатром. Очень торжественно и… волнительно.

— Вон он! — Тайра толкает меня локтем и показывает на сцену. — Говорят, он вообще почти нигде и никогда не бывает. Удивительно!

Холливан расслабленно сидит на одном из кресел за центральным столом. На нем дорогой темно-синий костюм, который, кажется, стоит больше, чем я зарабатывала за год. Рядом с ним ректор Ферст и еще несколько преподавателей.

Не бывает? Как он тогда оказался в той таверне? Удивительное везение.

Ферст говорит короткую вступительную речь, представляет Холливана, и тот берет слово:

— Рад привествовать вас, — он делает паузу, оглядывая зал. Его взгляд на секунду задерживается на мне. — Наш фонд в этом году выделяет уникальный грант на путешествие и получение стажировки в одной из древнейших библиотек Северной Айкидонии. Кроме того, в течение всего отбора будет выплачиваться стипендия.

По залу проходит волна заинтересованного шепота. У меня сердце начинает биться быстрее. Значит, это правда. Значит, я смогу обеспечить жизнь маме. Может, даже лекарства? Ей же даже лучше стало.

— Однако, — Холливан поднимает руку, призывая к тишине, — отбор будет проходить в три этапа, каждый из которых исключает часть кандидатов.

Он рассказывает, что первый этап — по теоретическим основам магии и способностям к иностранным языкам, второй — практическая демонстрация магических умений, третий — индивидуальное собеседование с комиссией экспертов.

То есть у меня будет только первый месяц отбора, когда нам дадут подготовиться к испытанию. Но даже это в моих условиях — очень и очень неплохо. Надо же быть хоть в чем-то оптимистом. Раз уж я точно знаю, что дальше не пройду.

— Регистрация открыта до конца недели. Желаю удачи всем участникам.

Холливан отходит от кафедры, а студенты начинают оживленно обсуждать услышанное. Я сижу молча, настраивая себя на то, что я готова пережить эпичный провал.

— Эй, ты не заснула? — Тайра трясет меня за плечо. — Идем подавать заявления!

— Идем, — говорю я тихо.

Когда мы проходим мимо преподавательского стола, ловлю на себе ободряющий взгляд Холливана. Он как будто знает, что я тоже собираюсь участвовать. Но неужели ему не кажется это странным, учитывая, что ему известно и о том, что я много пропустила, и о том, что с магией у меня так себе…

Тайра спешит к кому-то из своих подружек похвастаться тем, что она все же записалась, а я понимаю, что мне жизненно необходимо найти место, где я смогу побыть одна. И мне даже плевать на то, что я пропущу обед — от смутного волнения, связанного с тем, что я чувствую себя неудачницей, аппетит совершенно пропал.

Выхожу из корпуса и брожу по аллеям, не задумываясь, петляя и уходя все дальше от привычных корпусов, пока не наталкиваюсь на огромную башню. Вход в нее зарос кустарниками, а лестница выглядит не совсем надежно, но я все равно решаюсь подняться.

Тут точно не должны меня потревожить — явно же никто не бывает.

— Ну и куда мы с тобой лезем, Ири? — спрашиваю я, устроившись на балкончике, откуда открывается живописный вид на академию. — Знаний нет, навыков нет, магии нет. Да еще и мозги все время заняты этим… блондином. Вот что ему неймется? И что это было вчера? Бесит…

Я глажу хамелеона по голове, прикрываю глаза, откидываясь на стену башни.

— Да что ты говоришь, ящерка? Это вполне себе взаимно.