55 Клэр

— Клэр, прими заказ у той девушки, что сидит у окна, за восьмым столиком, пожалуйста, — обратилась ко мне Саманта, администратор.

Я пожала плечами и взяла в руки блокнотик, чтобы записать заказ. Судя по ее комплекции, многого она себе не позволит: слишком маленькая, субтильная. Больше похожа на модель, что рекламирует элитное белье.

Девушка у окна взглянула на меня большими глазами в обрамлении карих ресниц, когда я подошла к ней. Я точно знала, что увидела в глубине ее глаз: тоску по любимому, грусть от недостатка любви. Мне это было хорошо знакомо, и ее чувства будто отозвались в глубине моей души тонким протяжным стоном. Как если бы кто-то задел мандолину.

Она откашлялась и попросила только кофе.

Сегодня кафе было практически пустым — мы располагались в центре города, в «бюргерском», как называла его Саманта, районе. Только мамы с детьми, или воскресные папы. Для меня это место оказалось настоящей манной небесной — я не могла оставаться одна в таком положении, когда из каждого темного угла на меня смотрело лицо одного человека…

— Спасибо, вы так добры, — поблагодарила клиентка за кофе, и я не сразу поняла, о чем она. И только после того, как она кивнула на кружку, очнулась: да, я сделала для нее рисунок из корицы на молочной пене капучино. Небольшого дракончика с крыльями, в которых полощется ветер.

Иногда драконы выходили у меня неожиданно: то в виде рисунка на кофе, иногда — на запотевшем стекле в ванной комнате, пару раз — карандашом на чеке.

Видимо, сознание второй сущности рвалось наружу, но я держала себя в узде. Я вообще не хотела иметь ничего общего с ними.

— Дракон… как странно, — сказала посетительница и вдруг впилась в меня цепким взглядом. — А вы не хотите посидеть немного со мной?

— Эм…простите, — я замешкалась. — Я не по этой части…

Она смотрела на меня глазами Бэмби, в которых читался немой вопрос. Выражение лица изменилось, как только девушка поняла, на что я ей намекнула.

— О господи, — она рассмеялась звонко и чисто. — Я тоже не по этой!

Я присела на краешек стула, мне и самой сегодня очень нужна была чужая поддержка, разговор, чтобы почувствовать себя живой, растрясти тьму, что снова начала сгущаться вокруг, заковывая сердце в тиски печали и тоски.

— Я практически замужем… — начала она разговор, и я устроилась поудобнее. Иногда человеку нужно выговориться, чтобы понять для себя что-то, расставить все по полочкам. Всю свою сознательную жизнь я была практически одна, и была лишена такой привилегии, как откровенный разговор, и поэтому сейчас от этого остро страдала. На самом деле, думаю, что если бы мы тогда, в самом начале, поговорили со Стефаном, то…

— Но мой жених будто избегает меня, — выдохнула она, пряча глаза за кружкой, отпивая ароматный напиток.

Я охнула.

— Он в своем уме? — вырвалось у меня.

Она в ответ кивнула.

— Более чем. Мы живем в одном доме уже несколько месяцев, он сам предложил мне это. Но… отношений, какие должны быть между мужчиной и женщиной, между нами не выходят.

За окном спускались сумерки и из кафе вышел последний посетитель. Саманта спряталась в подсобке, чтобы подремать, а это значит, что в кафетерии мы с незнакомкой остались совсем одни.

— А сейчас он захотел переехать в дом, который остался от его отца. Огромное имение, старинный особняк. Я была там один раз, когда он представлял меня своему отцу, — она поежилась будто от неприятных воспоминаний. Я тоже. — Оглядывал меня так жадно, что…

На меня накатила удушающая волна воспоминаний, и я задержала дыхание и сосчитала до трех. Это всегда мне помогало, чтобы не скатиться в истерику. Краем сознания я понимала, что после всего пережитого будет лучше для меня обратиться к врачу, психотерапевту, но тут же останавливала мысль: а что я скажу? Что у меня обнаружилась вторая сущность — драконья? И я совсем не знаю, что с ней делать? Вернее знаю: нужно держать внутри под замком. Этому помогут медитация, дыхание, спокойствие и много холодной воды.

Я тут же отхлебнула из стакана с водой, который принесла клиентке вместе с кофе. Она, кажется, совсем не обратила на это внимания.

— У меня странное ощущение, — сказала она, глядя в глубь своей чашки невидящими, задумчивыми глазами. — Как будто бы я прощаюсь сейчас со всем, что знаю, что мне дорого. Потому что потом, после переезда, я стану совсем другой. Понимаете?

— Любовь меняет людей, — дипломатично ответила я.

— Дада, — казалось, она меня совсем не слышит и погружается в свои размышления все глубже и глубже. Словно впадала в транс, видимо, эта тема настолько ее занимала. — между нами творится настоящая химия, я бы даже сказала, что это настоящий огонь. Мы познакомились с ним недавно, и теперь мне кажется, будто по-другому этого и не могло произойти.

— Что вы имеете в виду? — спросила, взяв в руки маленькую свечку, что стояла для декора на столике.

Она резко посмотрела мне в глаза и выдала то, к чему я была точно не готова:

— Что в моей жизни всегда было много огня, и теперь он подошел к логическому концу.

Мы с ней вдвоем перевели взгляд на свечку в моих руках. Казалось, она заинтересована и немного страшится ее. Хотя, чего бояться свечи? И руки у меня обычные — ухоженные, да, с коротким маникюром, без лака. (3303c)

— Каким образом? — медленно и тихо выдохнула я, страшась ответа, и уже будто бы понимая, каким он будет.

— Потому что он- дракон.

Свеча в моих руках зажглась на фитиле легким ярким огоньком.