Глава 15

Ужин был под открытым небом на территории дворца, и пришли сюда многие – почти все члены делегации, королевская семья Высокого дома Таэр, главы Высоких домов со своими семьями и их приближённые. Процедура представления заняла много времени, зато, когда мы сели за стол, я порадовалась, что меня посадили рядом с её высочеством.

– Вам очень идёт эльфийский наряд, – улыбнулась Ириэль. – У вас прекрасная фигура, как принято у нас. Не поймите меня превратно, но в книгах говорят, что человеческие женщины уделяют недостаточно внимания физической подготовке. Мы же живём в лесу, нам нужно иметь крепкое тело, чтобы заботиться о природе.

А вот и удобный случай…

– Я учусь в академии. Наш преподаватель по физической подготовке очень суров… магистр Фаэрон.

Вроде сказала его имя тихо, но при этом меня услышала не только Ириэль, но и рядом сидящие эльфы, в том числе его величество, который даже отвлёкся от разговора с Максом, посмотрев на меня в упор. Щёки Ириэль вспыхнули и она затараторила:

– А чему вы обучаетесь в академии? Какие ещё дисциплины есть?

Я натянуто улыбнулась, начав рассказывать. Про себя же отметила, что магистр всё-таки не безразличен Ириэль, раз она попыталась перевести тему, а не одёрнула меня или как-то резко отозвалась о нём. Что ж, возможно, просьбу преподавателя я выполню… это уже что-то.

Крепыш тоже пришёл и сидел рядом с Айресом, а вот Синеглазку я так и не увидела. Об этом и высказала опасения Ириэль.

– Эта та птица, что прибыла с вами? Не думаю, что у нас на острове есть её природные враги. Птиц на Элерии много, но не таких больших. В любом случае, если вы связаны и даже есть татуировка в подтверждение связи, вы можете позвать её. У нас тоже есть виды, с которыми можно устанавливать связь и брать в качестве фамильяров. Попробуйте – прикоснитесь двумя пальцами к татуировке и мысленно позовите.

Неожиданная наука. Сколько я читала о зимокрылах, нигде подобного не видела. Конечно, о ментальной связи я знала, Синеглазка чувствовала меня, но как лично дозваться до неё – я понятия не имела. До этого она сама откликалась.

Сделала, как сказали – и тут же услышала в голове клёкот, а ещё… словно почувствовала морскую влагу на коже. Через мгновение вынырнув из странного морока, я повернулась к принцессе.

– Вы правы, у меня получилось. Неожиданно… Кажется, ей здесь жарко, на острове. Она всё же зимняя птица… поэтому улетела к морю, судя по всему.

– Если она сильное магическое создание и даже способна останавливать время – вам точно не о чем беспокоиться, – улыбнулась Ириэль, но как-то напряжённо, я заметила странную тревогу в её глазах.

Но решила, что мне это показалось. Но зимокрыла всё-таки нужно проведать… быть может, попросить Макса слетать туда? Ему ведь разрешили здесь перевоплощаться.

Ужин был необычный, преимущественно из овощей и ягод, мясо тоже подали и эльфы его ели, но перед употреблением блюда с мясом требовалось приложить два пальца ко лбу, тем самым выражая благодарность ушедшей душе живого существа.

Мы с Максом сидели по диагонали друг от друга, и в этом был даже некий плюс – я смогла весь ужин любоваться женихом и периодически ловила его взгляды. Мне ужасно нравились обычаи эльфов, по которым мне не следовало скрывать свою влюблённость – наоборот, эльфы весьма поощряли любое проявление чувств. Один раз я даже заметила поцелуй за столом – муж мельком прикоснулся к губам жены и что-то ей сказал.

Для меня всё это было так удивительно, что я всё больше сожалела, что эльфы закрыты от остального мира. Иначе я бывала бы здесь чаще.

Когда застучали барабаны, на улице уже стемнело и зажглись светлячки. На столе стояли десерты – преимущественно мороженое в специальных чашах, благодаря которым оно не таяло, и различные ягодные желе и пудинги. Я съела ягодный щербет и этим ограничилась, больше вовлечённая в разговоры и любование окружающей красотой.

– Начинается, – шепнула Ириэль и наклонилась ко мне. – Идёмте, Купава, девушки уходят первыми.

Я действительно отметила, что дамы покидали столы, а мужчины оставались с предвкушающими улыбками. Макс заинтересованно повёл бровью, когда я поднялась со своего места, в ответ я пожала плечами, мол, ничего не ведаю, дорогой жених, ищите сами!

И оказалась права. Мужчины должны были искать. Мы вышли в лес, и задача девушек была сбежать, спрятавшись. Даже тех, у кого уже были дочери – их искали мужья, вместе с сыновьями – при наличии последних.

– Светлячки, – восторженно выдохнула я.

Они были буквально везде: сияли на деревьях, прятались в кустах, имитировали звёздное небо и просто летали рядом, садясь на одежду, обувь, волосы. Я восхищённо смеялась, снимая их и легко сдувая с ладони, будто бабочек. Ириэль тянула меня за собой всё дальше и дальше, пока мы не подошли к раскидистому дереву, чей ствол был, как и остальные, причудливо изогнут в разные стороны, позволяя легко забраться на него, что мы и сделали.

Зависли посередине, но, как я поняла, нам нужно было разойтись по ветвям в разные стороны. Я проверила упругость большой ветви, убедившись, что она выдержит мой вес, встала и собиралась пройтись, как принцесса удержала меня за руку.

– Ваше высочество… а Фаэр и правда преподаёт у вас?

Я даже не сразу сообразила, что она о магистре Фаэроне, так необычно она сократила его имя. Я кивнула.

– Он просил меня кое-что вам передать – фигурку, вырезанную из дерева, но она осталась в комнате. – Глаза Ириэль широко распахнулись, словно эта фигурка многое значила для неё. Я же осторожно спросила: – Его выгнали из-за чувств к вам?

– Да, – тихо отозвалась она и отвела взор. – Он из побочной ветви Высокого дома Онэр. Его имя Фаэр, но по нашим традициям, когда эльф изгоняется, то к его имени добавляется приставка его дома, в данном случае Он. Фаэр Он. Как меня звали бы Ириэль Та… Простите, что вывалила на вас это, я просто так часто думаю о том, почему не ушла за ним…

– А вы хотели? – изумилась я, и девушка посмотрела на меня совершенно серьёзно. – Простите, что перебила, вы можете продолжить, если пожелаете. Я выслушаю и постараюсь вас понять. Просто для меня это удивительно… Вы выглядите такой счастливой, а глядя на магистра Фаэрона я даже предположить не могла, какой груз он несёт.

– Эльфы предпочитают скрывать негативные эмоции, зато выражать – позитивные. Мне жаль, что Фаэр втянул вас в это, – вздохнула она. – Но, думаю, у него не было выбора. Его изгнали не просто из-за моих чувств, а потому что я хотела на них ответить – отец узнал об этом. Фаэр пострадал, а я – нет. Он ушёл, даже не узнав, сколько значит для меня… до сих пор.

– Я могу передать ему что-то, если хотите… письмо или тоже памятную вещь.

– И так и будем перекидываться вещами? – хмыкнула она. – Простите, Купава, это у меня нервное… так устала хранить в себе эти чувства, а вытравить их не получается.

– Понимаю, – кивнула я. – Я не сразу осознала свою любовь к его величеству, а сейчас недоумеваю, как была столь слепа. Хотя возможно, полюбила его не сразу, но сейчас… я не представляю своей жизни без него.

– Вы очень подходите друг другу. Иногда мне жаль, что эльфы не имеют истинной связи, как драконы или оборотни.

– Связь это ещё не всё, – покачала я головой. – Есть и другая девушка, что подходит дракону его величества, но…

– Но он выбрал вас, – улыбнулась Ириэль.

– Как и я выбрала его, – согласилась я. – Чувства главнее всего.

Мы помолчали минуту, а затем Ириэль продолжила:

– Знаете, сейчас сюда придёт множество эльфов – так каждый год, они приходят за мной, хотят, чтобы я выбрала одного, тогда у него появится шанс на дальнейшие отношения, помолвку и престол… но вот уже семь лет я сбегаю. Мне двадцать пять, отец торопит с браком, ведь Элерии нужны наследники, а я… – Девушка прикусила губу и посмотрела на меня. – Я хочу быть с Фаэром. – Я не ответила ей, вдали уже слышались мужские голоса и иногда доносился женский визг – кого-то настигали. – Я зайду к вам завтра утром. Передадите подарок вашего магистра?

Я просто кивнула, а принцесса умчалась на верхнюю ветку, так легко и грациозно, что я на миг позавидовала. Теперь понятно, почему магистр Фаэрон так кричит на нас – да мы действительно недотёпы и увальни по сравнению с эльфами.

Я тоже забралась по ветке и, свесив ноги, рассматривала пейзаж. Рядом мелькнула тень – я заметила, как сразу несколько эльфов дёрнулись к нашему дереву, а затем увидела Ириэль – она легко перепрыгнула на другую ветку, ведь дерево было живым и оно само потянулось к ней. Девушка с весёлым смехом убегала от поклонников, а они, забравшись вверх, пытались её поймать.

Ко мне, естественно, никто не подходил. Самоубийц не было.

Улыбаясь, я вдруг заметила какой-то зеленоватый полупрозрачный силуэт справа. Замерла, пытаясь рассмотреть, но в этот момент светлячки закружили так, что я толком не могла сфокусироваться, а когда они всё-таки улетели – там уже ничего не было. Нимфа? Но с каким-то зелёным оттенком… Неужели они здесь отличаются от привычных мне?

– Ты уже налюбовалась и готова спуститься? – раздался голос снизу, и я огляделась, увидев Макса под соседним деревом.

Он привалился к стволу плечом, скрестил ноги и с интересом смотрел на меня. Интересно, насколько давно он тут? Я решила его просветить:

– Ты не знаешь традиций? Тебе нужно меня догнать!

– Купава Даорг, – отталкиваясь от ствола и направляясь в мою сторону, сказал Максимилиан, – я полгода бегал за тобой. Теперь ты – моя. Бегать я больше не собираюсь. Ты ведь хотела взаимного согласия? Получила, распишись.

Рассмеявшись, я кивнула. И на всякий случай сказала, прищуриваясь:

– Но это не значит, что я должна буду первой проявлять инициативу в… ну ты понимаешь, – я смутилась, прикрыв глаза ладонью и прикусив губу. – А-а!

Макс просто запустил магию, и наклонил ветку, и я буквально упала ему на руки. Закружив меня, Владыка рассмеялся и прижал к себе. Я осмелела и дотронулась пальчиками до золотых чешуек, а Макс прикрыл глаза. Когда он их открыл, повёл меня куда-то дальше в лес, пока мы не оказались в центре поляны. До нас доносились голоса и смех эльфов, но всё это отошло на второй план, когда его величество тихо произнёс:

– Я обещал тебе полёт на драконе. Ты согласна?

Согласна?! Да я мечтаю об этом! Вслух я, разумеется, не сказала, лишь чинно кивнула и вложила ладонь в протянутую руку, чувствуя, как подрагивают кончики пальцев. Его величество вновь притянул меня ближе, мне даже показалось, что он тихонько зарычал, а затем… прикусил мочку уха. Я шикнула, но тут же ощутила, как разгоняется кровь от этого несколько агрессивного взаимодействия.

Теперь золотая чешуя покрывала не только щёки, но и подбородок, и виски, а ещё – руки. Владыка отошёл на пару шагов, и с каждым шагом огонь охватывал его всё сильнее. Голоса эльфов становились ближе – они предвосхищали действия дракона. Светлячки кружили по поляне, создавая особую волшебную атмосферу, а я застыла так, точно Синеглазка вновь остановила время, но нет… просто само мгновение мне казалось прекрасно-тягучим.

Его величество смотрел только на меня, словно и не замечая зрителей. Я уже видела его дракона, но в прошлый раз всё было иначе – критическая ситуация, не располагавшая ни к романтике, ни к любованию. Сейчас же по-другому – пламя пляшет по моим венам, будоража фантазию.

Вихри огня взметнулись вверх, полностью закрывая фигуру дракона, а когда схлынули, то под восторженные оханья толпы на поляне остался стоять золотой дракон.

Невероятно красивый, сильный, отважный. Я успела убедиться в его мощи, в остроте гребней и их смертоносности, но сейчас… сейчас я видела в этих огромных зелёных глазах с вертикальными зрачками отражение своего возлюбленного.

Эльфы продолжали восхищённо шептаться, а я прошла вперёд, впервые так близко встретившись с самым красивым драконом на свете.

«Будто ты других видела », – раздался насмешливый голос в моей голове, от которого я отмахнулась.

Осторожно положив руку на тёплый, слегка влажный нос, я шумно выдохнула от захвативших меня эмоций. Меня словно прошибло водоворотом чужого сознания… нет, не совсем сознания, а именно эмоционального потока – искренняя, почти детская радость, озорство и что-то ещё… этакое гномье, когда они стремятся присвоить себе самое желанное сокровище на свете.

От последнего я хохотнула и прижалась к вытянутой морде ближе. Непривычно… он ведь такой огромный, и сейчас я видела всё те же глаза, но теперь они были иного размера, хотя в них отражалась та же любовь, только с примесью охотничьих инстинктов. Я была желанной добычей.

«Тонкое замечание»,  – вновь насмешливый голос в моей голове.

«Как ты ощущаешь его? Это ты или у него есть отдельное имя?»

«Это я… почти,  – насмешливо отозвался Макс, – наподобие тёмной стороны личности, которую я всё время сдерживаю. Но в данный момент… она главенствует».

«Это чем-то грозит мне?»

«Ты даже не представляешь, в какой опасности находишься» , – от рокочущего голоса в голове с интимными нотками по коже побежали предвкушающие мурашки, а затем дракон повёл мордой, подталкивая меня к наклонённому крылу.

На нас смотрели эльфы, тихо шушукаясь, а светлячки выстраивались фейерверком, опадая и вновь устремляясь к небу. Я осторожно забралась по крылу и села между гребнями, тут же ощутив, как меня аккуратно обволакивает магия Макса, стабилизируя и защищая от холода, который возможен в вышине.

Рывок – такой резкий, что у меня сердце замерло – и мы уже летим. Выше, выше и выше, набирая скорость и высоту, а сердце продолжает стучать, готовое пробить грудную клетку. Душа ликует. И страшно, и завораживающе. Но я чувствовала волны магии Владыки, поэтому даже не думала бояться.

Мы поднялись над облаками и полетели дальше, к песчаному берегу и тёмной линии моря с белой дорожкой луны на поверхности. Макс закладывал виражи, и я взвизгивала и смеялась, прижимаясь к хребту дракона и прикрывая от счастья глаза. Всё это казалось чем-то нереальным – ещё полгода назад я понятия не имела о существовании драконов, а сейчас я лечу на одном из них, обручена с ним и вскоре планирую выйти замуж.

Услышав знакомый клёкот, я обернулась и увидела Синеглазку. Зимокрыл закладывал ещё более крутые виражи, буквально ввинчиваясь в воздух, и у меня от этого захватило дух. Синеглазка словно бросала вызов дракону и тот, рыкнув, ускорился.

Линия берега приближалась. Мы обгоняли зимокрыла, пока внезапно Макс не приостановился, давая возможность птице опередить нас, и уже потом, не приземляясь, пролетел над водой, обдав нас брызгами.

«Подстрахуешь?»  – спросила мысленно.

Магия обхватила меня за талию, дракон наклонился так, что одно его крыло разрезало гребень волны, а я, перегнувшись, дотронулась ладонью до тёплой, прогретой за день под палящим солнцем воды и вся задрожала от детской наивной радости…

Мы вернулись к поляне спустя полтора часа. Эльфы всё ещё праздновали, танцевали со светлячками и веселились. Я нашла Крепыша, уже охмелевшего от медового эля, и забрала с собой. Мы с Максом шли молча, периодически бросая друг на друга взгляды, и тут же отводя взор. Каждый был погружён в свои мысли, зато Крепыш не скупился на разговоры:

– Я больше всех танцевал! Лучше всех! Вы бы видели, как я умею танцевать на крышечке от бутыля с элем… больше никто не мог, только я!

– Ты не думал, что дело в размерах? – уточнила я.

Фейри фыркнул.

– Всё равно бы они не смогли! Потому что я – лучший!

Этот лучший, икнув, улёгся на моих ладонях и уснул. Я вздохнула. Мы прибилизились к территории дворца, и пока не разошлись в разные комнаты, я решилась на серьёзный разговор.

– Макс, пообещай кое-что, – тихо попросила я и вздохнула. – Я хочу обучиться магии. Ты ведь тоже окончил академию за год, сдав все экзамены? Я хочу обучаться во дворце, чтобы по окончании получить диплом. Для меня это важно.

Я боялась, что он откажет. Образование для леди в нашем мире вовсе не обязательно, к тому же изначально я думала о бытовом факультете, а сейчас, год проучившись на боевом и пережив тот случай с манкорами, я однозначно хотела выучиться и суметь себя защитить в критической ситуации.

– Я позабочусь о преподавателях и, думаю, многие из РАМа согласятся преподавать… все, кроме Эверуса, – Макс прищурился. – Для зоомагии хватит королевского заповедника и Лестри.

Вспомнилось, как оборотень намекнул мне о своих чувствах, я тут же кивнула. Слишком быстро, чтобы Макс что-то не заподозрил. Но несмотря на это, распрашивать он не стал.

Мы вошли в домик и здесь…

– Бабуля? – удивилась я, увидев леди Энштепс, восседающую за столом и мирно попивающую чай.

Макс спрятал улыбку в уголках губ. Её вдовствующее величество поднялась, прочистила горло и сказала:

– В выделенном мне жилье сломался водопровод. Какой-то вандал буквально вырвал трубы.

Какой-то? Я почти уверена, что имя этого вандала начинается на «Эн» и заканчивается на «штепс».

– Только трубы? – уточнил Макс весело. – Маловат для вас масштаб.

– Не только, – горделиво заявила бабуля. – Ещё крыша протекает – дыра размером с мой кулак, а если дождь пойдёт? Я намокну, учитывая, что протечка прямо над кроватью.

– Я так понимаю, предлагать помощь в перестановке мебели не стоит? – продолжал забавляться король.

– Не смею беспокоить ваше величество, – отозвалась бабуля. – К тому же там ведь и у кровати ножка подпилена была, я как села – всё сразу сломалось. Такое уже и не передвинешь.

– Бабушка, там вообще домик остался стоять после твоего нашествия? – уточнила я, и леди Энштепс широко улыбнулась.

– Результат скажу после того, насколько быстро эльфы устранят нынешние поломки, хотя уверена, до моего сна не управятся… А я уже спать хочу. Решила разделить сегодня кровать с тобой. Как в детстве.

– Бабушка, я не ребёнок, – напомнила я.

– Если бы ты была ребёнком, я бы не стала ломать ничего в домике, – хмыкнула леди и многозначительно взглянула на короля.

Макс отчего-то улыбался. Ему весело! У нас тут в личную жизнь вмешиваются, а ему весело.

– Вы же понимаете, что через три недели она будет безраздельно моя? – уточнил Владыка.

– То через три недели, – фыркнула леди Энштепс, – а то сейчас, ваше величество.

Макс вздохнул и подошёл ко мне, наклонился ниже и… поцеловал! Прямо на глазах у леди Энштепс. Легко, невесомо, но так сладко, что я зажмурилась на мгновение.

– Спокойной ночи, Купава. – И уже бабушке: – И вам, ваше величество.

Макс ушёл в свою комнату, а бабушка почти восхищённо глядела ему вслед. Наконец пробормотала:

– Нет, ну он просто потрясающий! Где ты такого взяла? Столько наглости не было даже у твоего деда!

Я захихикала и аккуратно покачала Крепыша в ладони.

Мой Максимилиан… самый потрясающий, невероятный и любимый дракон на свете.