Глава 2

Я вскрикнула, но не успела защититься, в отличие от королевы – мощное заклинание сбило незнакомца, отшвырнув его на вазон с пышными голубыми цветами.

– Драксова мать! – зарычал Трей, пытаясь подняться.

Вазон разбился, вода вытекла, и теперь его высочество был с мокрыми штанами, зато в цветах. Я приоткрыла рот, в ужасе посмотрев на принца Авероса, и нервно хохотнула. Удивительно, но именно Трей сбил всё нервное напряжение. Королева и принц обеспокоенно взглянули на меня, а я вновь рассмеялась, почувствовав, как по щекам потекли слёзы. А я продолжила смеяться, наблюдая за костерящим ситуацию в целом принца соседнего королевства. Он будто понял, что веселит меня, из-за этого двигался неуклюже и улыбался мне.

Наконец, придя в себя и утерев слёзы, я спохватилась и бросилась к нему.

– Ты не поранился? – уточнила я обеспокоенно, оглядывая уже успевшего подняться Трея.

– Ваше высочество, – с улыбкой произнесла королева, – приношу свои извинения за случившееся. Я действовала в целях защиты дочери герцога. Вы подошли внезапно и были слишком настойчивы. Леди несколько напугана, поэтому мне пришлось защищать её без предварительной проверки.

– Понимаю, ваше величество, и не имею претензий, – откликнулся Трей, бросив мимолётный взор на королеву и вновь вернув его ко мне.

К нам уже спешили два лакея со швабрами и вёдрами. Принц осмотрел мокрые штаны и кашлянул смущённо.

– Неловкая ситуация.

– Но ты неподражаем! – воскликнула я с улыбкой. – Спасибо тебе.

– За нападение? – уточнил он, и я вновь рассмеялась, покачав головой.

– За то, что попытался меня развеселить. Если думал, что я не уловила твой манёвр, то ошибаешься. Я понимаю. И благодарна.

Трей посмотрел удивительно серьёзно. И я вдруг осознала, что за личиной балагура скрывается очень умный наследник, который просто хочет свободы и наслаждается её последними днями. Он понимает, что однажды ему придётся стать таким, как Данияр, – ответственным, решительным и иногда занудным.

Потому что это его судьба. Но пока у него есть шанс жить другой жизнью – он им пользуется.

– Ваше высочество, – к нам приблизилась королева, – прошу вас в следующий раз быть более осторожным в физическом контакте с моей гостьей. Я-то могу сдержаться, а вот мой сын немного импульсивен из-за огненной магии.

Это она сейчас намекнула на ревность Данияра? Мои щёки вспыхнули, а Трей усмехнулся.

– Постараюсь, – откликнулся принц с лёгким поклоном, – разрешите поговорить с вашей… гостьей тета-тет?

– Не разрешаю, – всё с той же милой улыбкой продолжила королева. – Леди себя плохо чувствует и…

– Да, именно об этом я и хотел поговорить, – вновь обеспокоенно кивнул принц и наклонился ко мне. – Что случилось, Золушка? Тебя кто-то обидел? Надеюсь, это был не Яр? А то все эти штучки др…

– Ваше высочество, – оборвала его королева и посмотрела внимательно, – следите не только за руками, но и за языком.

– Простите, – без особого раскаяния извинился Трей. – Так что случилось, Золушка? Чем я могу помочь?

– Трей, я не уверена, что могу разглашать это. Давай поговорим позже? Сейчас не время. Мне нужно успокоиться и уточнить, имею ли я право раскрывать некоторые нюансы.

Например, о том, что через защиту дворца проник неизвестный. Всё-таки это государственная тайна и знать её принцу из Авероса не следует.

Трей посмотрел на меня внимательно, а потом кивнул и отступил. Я облегчённо выдохнула… но преждевременно. Его высочество порывисто притянул меня к себе, шумно вдохнув запах моих волос, а потом так же порывисто отступил, взяв меня за руки.

– Помни, что я всегда рядом и могу помочь. Я не отступлюсь, Золушка… какая бы связь ни установилась у тебя с Данияром.

Я вновь кивнула, позволив королеве себя увести. По пути к нам присоединилась Аэнрика. Мы поднялись по лестнице, а после завернули в уже знакомое жилое крыло, где располагались личные покои принца и принцессы Рамании. Мы вошли в уже ранее выделенные мне покои.

– Ты ведь знакома с моей младшей дочерью Аэнрикой?

Мы с принцессой переглянулись, улыбнувшись друг другу.

– Она вернула мне мой натуральный цвет.

– О, Аэнрика великолепна в бытовой магии! Даст фору любой чистокровной гномке.

– Спасибо, ваше величество, – я сделала книксен. – Я благодарна вам за заботу.

– Не стоит, – ровно отозвалась королева. – Давай, пока будем ждать целителей – не противься, тебя нужно осмотреть! – ты мне расскажешь всё обстоятельно? Что случилось и отчего ты такая испуганная? Я понимаю, что его величество и Данияр кого-то ищут. Я не хочу мешать им расспросами, но должна быть в курсе ситуации.

Она говорила так, словно могла мысленно связаться с королём. Но ведь это невозможно! Или?..

Не время сейчас углубляться в этот вопрос. Я просто кивнула и присела. Вспоминать о случившемся не хотелось – была бы моя воля, стёрла бы себе память. Я до сих пор ощущала то ужасное чувство беззащитности. Липкое, противное, выворачивающее меня наизнанку.

Аэнрика села в кресло, не очень понимая, что происходит, а королева опустилась рядом со мной на диван, взяв меня за руку.

– Мы с его высочеством были на балконе и… – Я осеклась, вспомнив, как близко мы были друг к другу и какие темы обсуждали. От воспоминаний кровь прилила к щекам. – Данияр ушёл за напитками. Едва он скрылся в зале, как я увидела незнакомца в чёрном. Испугалась, но даже закричать не успела – меня словно парализовало, а уже спустя пару мгновений на мою шею легла цепочка с кулоном.

– Незнакомец что-то сказал тебе? – уточнила королева обеспокоенно. – Ты уверена, что никогда прежде его не видела?

– Уверена, – кивнула и прикусила губу. – Он сказал, что моя сила… точнее, что во мне сила моей сестры. Он не называл её имени, но инстинктивно я понимаю, что речь шла о ней. Ведь Эрелин передала мне свою магию.

– Эрелин? – изумилась Аэнрика. – У тебя есть сестра? Я думала, в семье герцога Эндервуда лишь один ребёнок…

– Аэнрика недавно вернулась из Элерии, поэтому не в курсе… твоей деликатной ситуации, – пояснила королева.

В этот момент в дверь постучали. Всё внутри меня напряглось, когда королева поднялась и отправилась открывать, при этом я заметила на её руке действующий пульсар. Кажется, она сильный боевой маг. Я никогда не интересовалась магией в семье Раманских. В Хандербуге мало интересуются новостями соседних королевств, а уж я – тем более. Всегда были заботы поважнее.

– А, мастер Айлок, – пульсар на руке королевы погас, – прошу вас.

В комнату вошёл крепкий мужчина, чьи волосы тронула седина. Он учтиво поклонился королеве и принцессе, а затем улыбнулся мне так, словно мы уже встречались.

– Мастер Айлок, осмотрите мою гостью. Проведите самое глубокое сканирование, особенно магическое.

– Разумеется, ваше величество. Тем более мы с леди уже виделись и я проводил осмотр и брал анализы, что существенно сократит время и даст мне возможность просмотреть и проконтролировать изменения.

– Благодарю, – кивнула королева и отступила в сторону.

Мастер Айлок приблизился ко мне, пока я пыталась вспомнить, где мы могли видеться. Ведь в лечебнице, куда меня привёл Трей, был другой целитель, я точно помню. Хотя я и помнила табличку, что у него обслуживалась сама королева. Так кто сейчас передо мной?

– Джесселин, будь любезна, пройди в спальню вместе с нашим придворным целителем мастером Айлоком. Ничего не бойся.

Придворный целитель? Значит, он точно не мог работать в той лечебнице. Я кивнула. Мы переместились в соседнюю комнату. Я легла на кровать. Целитель повесил магический экран и начал сканирование.

– Извините за бестактный вопрос… но где мы с вами могли видеться?

– О, вы не помните, так как были без сознания. Когда его высочество забрал вас с бала и перенёс в свою городскую квартиру, то вызвал меня. Он беспокоился о вашем состоянии. Я провёл осмотр.

Я распахнула изумлённо глаза.

– Так это вы дали мне зелье, чтобы снять действие отслеживающего заклинания?

– Всё верно, леди, – улыбнулся целитель, а затем тут же нахмурился, сделав какие-то манипуляции по магическом экрану. – Что-то не то… так не должно быть.

– О чём вы?

– Ваша магия… у неё есть центр и этот центр теперь стремительно чернеет, а щупальца тянутся к вашему украшению.

– Что вы хотите этим сказать?

Мастер сместил экран, чтобы увидеть моё лицо. Он был несколько растерян и бледен, когда отвечал:

– В вас живёт чернь.

– Тьма?

– Не совсем, – помотал головой мужчина, не отрывая от меня взгляда. – Тьма – это всего лишь пустота, она вокруг нашего мира, но то, что в вас – чёрная магия.

– Некромантия, – прошептала я, почувствовав, как начинает быстрее биться сердце. – Я… заражена?

– Если можно так сказать, – нахмурился мужчина и вновь вернулся к экрану. – Всё это нехорошо, юная люди. Я никогда прежде с таким не сталкивался.

И я тоже. Я тоже… Куда же вляпалась моя сестрица и почему мне приходится это всё расхлебывать? А может, это был её хитрый план как избавиться от меня? Нет, она слишком пустоголова для этого.

Или всё-таки хитра? Ведь она успела написать родителям, обставила всё так, чтобы они её даже не искали, будучи уверенными в её сохранности. Уверенными, что она в академии. Этим она, разумеется, сбила их с толку – и они не могли найти меня, даже не рассматривая моё нахождение в РАМе.

– Я дам вам отвар, – сказал целитель и убрал экран. – Укрепляющий с седативным эффектом, это поможет успокоить нервы.

Я кивнула и поднялась с кровати. Отвар мне дали, перед этим взяв кровь для анализа. Сказав, что вернётся с результатами примерно через час, мастер Айлок удалился, а я поспешила в гостиную. Но там уже ждали новые действующие лица.

Ириса Эндервуд стояла у окна. Её приобнимал за плечи супруг. Со стороны могло показаться, что герцогиню потряхивает от пережитых эмоций, но я знала, что её трясёт от гнева. Я была уверена, что эта женщина коварна и хитра, но даже не представляла, насколько она отличная актриса. Впрочем, убедилась в этом, едва она бросила на меня взгляд.

– Джесси, дорогая! – воскликнула «матушка», и меня перекосило.

Я слышала этот тон. Слышала так часто, что он мне даже снился – в далёком детстве, когда я представляла, как таким голосом герцогиня обращается ко мне, а не к Эрелин. Но нужно было знать Ирису достаточно, чтобы понять: фальшь всё-таки проскакивала. Она переигрывала, добавляя слишком много патоки.

– Как ты? Мы с отцом так переживали за тебя, – произнесла матушка и горестно вздохнула.

За меня они переживали, как же.

– Нам сказали дожидаться тебя в гостиной, но тебя так и не было. Мы вернулись в залу, где узнали, что ты упала в обморок. Мы сильно заволновались. Надеюсь, это не из-за нас?

Ах, вот они отчего переживают – за свою шкуру. Боятся гнева принца. Теперь понятно, откуда такой проснувшийся артистизм.

Королева бросила на них непонимающий взгляд, а после посмотрела на меня.

– Что сказал целитель?

Голос её величества звучал обеспокоенно, но без ложной лести. Она слегка хмурилась, будто готова была услышать не самую приятную правду. Я постаралась сделать вид, что родителей здесь нет – сейчас у меня есть более важные проблемы. К тому же герцог и герцогиня могут оказаться полезны: им наверняка известно больше меня. Если не о кулоне, то о проклятии – точно.

– Во мне чёрная магия, – призналась тихо, и заметила, как на лицо её величества легла тень. Я посмотрела на родителей: – Видимо, сестра оставила мне подарок вдобавок к своей магии.

– Кажется, вы с ней не слишком ладите, – изумилась Аэнрика, тоже бросив взгляд на герцога и герцогиню. Было видно, как его светлость пытался удержать в узде свою жену. – Как такое возможно? Вы же сёстры!

Как такое возможно? Легко! Если ты всю жизнь наблюдала, как твоей сестре давали всё, а тебе – ничего. И я сейчас не о материальных ценностях, хотя и они тоже имели место быть, дело в любви и семейной теплоте. Каждый ребёнок, когда видит полную семью, мечтает о такой же, особенно если это действительно любящая семья, особенно если ты имела на неё точно такие же права, как и твоя сестра-близнец.

Но случай в лице Кейна Эверуса решил иначе.

Я часто задумывалась, а какой была бы я, если бы меня воспитывали родители, а Эрелин – монахиня? Я уверена, в нас самих есть что-то такое при рождении, что формируется позже при воспитании. Но воспитание тоже нельзя исключать.

Так какой была бы я?..

– На нас проклятие, – пояснила я, мотнув головой, чтобы выбросить ненужные мысли, и посмотрела на родителей. – О нём я узнала ещё в детстве, когда заметила свою точную копию в саду – мою сестру, Эрелин. Именно так мы познакомились.

Я хотела, чтобы на лицах родителей промелькнула хоть толика сожаления, но… нет. Они смотрели на меня обиженно, словно я раскрыла семейную тайну. Наивные. Раманские сами обо всём узнали, хотя я, разумеется, не сгущала краски, чтобы не портить репутацию рода.

– Вы не росли вместе? – изумилась принцесса.

– Мы их разлучили в младенчестве, – подала голос герцогиня, и теперь он не звучал столь приторно, скорее, даже раздражённо. – Эрелин росла с нами, а нашу дорогую Джесселин пришлось отдать на воспитание монахине. Мы так поступили, чтобы спасти обеих дочерей.

– Так в чём заключается проклятие?.. – уточнила Аэнрика.

– Вот уже триста лет в семье герцога Эндервуд доживает до двадцатилетия лишь один ребёнок. Поэтому последние два века главное правило: один ребёнок в семье. Но мы родились близнецами – никто не мог предугадать такого исхода.

– И вам с сестрой?..

– Нам по девятнадцать, – ответила я с грустной улыбкой.

– Ещё год, – прошептала помрачневшая девушка. – Значит, одна из вас должна умереть?..

– Никто не умрёт, – тут же вставила королева. – Это всего лишь проклятие, которое мы снимем.

– Я нашёл шамана из Малоземья – Кейна Эверуса, – продолжил отец. – Рассказал ему о проклятии, и он провёл ритуал, который помог поменять судьбы девочек. Подтверждение этому – едва заметное сияние в форме полумесяца на лбу Джесселин. Бусина внутри контролирует её решения, заставляя идти наперекор любым событиям, что могут приблизить её к старой судьбе – к смерти от проклятия. Магия забавная штука, – отец усмехнулся, – и проклятие – её происки. Мы попытались спрятать от магического взора Джесселин.

– А почему только её? – задала закономерный вопрос королева. – Почему не вашу старшую дочь?

В этот момент двери открылись – вернулись король и оба принца. Сердце забилось чаще, когда я увидела раманского наследника, и стало вдруг так тепло, словно вернулась домой после долгой разлуки, хотя прошло не больше часа. Но судя по мрачному выражению лица Данияра, преступника им поймать не удалось, но удалось попасться Трею и отпускать их он не собирался.

– Позвольте я отвечу на этот вопрос, – произнёс король, который, судя по всему, слышал обрывок разговора, и извлёк документы. – Это свидетельство о рождении на имя Эрелин Эндервуд, что хранилось в ректорате Раманской академии. Я хотел использовать его, чтобы найти вашу сестру, Джесселин, – пояснил монарх и мельком взглянул на меня, но тут же сосредоточился на напрягшихся герцоге и герцогине. – Вот только результаты ничего не дали. Поиск приводит меня сюда. Потому что настоящая Эрелин Эндервуд находится в этой комнате.

Я нахмурилась. До меня медленно доходило и…

– Я – старшая дочь? – уточнила, сглотнув.

– Да, – кивнул король. – Вас подменили в младенчестве. У новорождённых цвет волос одинаковый, и поменять вас не составило труда. Это тоже часть плана Кейна Эверуса, полагаю, так он хотел изменить судьбы. Этого могло бы хватить. Но я не понимаю, к чему было проводить дополнительный ритуал и устанавливать ещё одну защиту?

Отец отвёл взгляд и сжал челюсти.

– Из-за вас, ваше высочество, – произнёс он и в упор посмотрел на Данияра.

– Из-за меня? – удивился принц, да и я нахмурилась, не понимая, при чём здесь он. – Что это значит?

– Если бы мы знали, – хмыкнул отец. – Это лишь слова Кейна Эверуса. Он обронил, что у нас «могут возникнуть проблемы из-за раманского принца». Вам на тот момент было всего три года. Мы не могли понять, отчего из-за ребёнка могут возникнуть проблемы? Но Кейн Эверус не стал вдаваться в подробности.

– И сами вы тоже не интересовались?

– Мы сосредоточились на спасении наших дочерей. Остальное было не важно, – отозвалась мать, поджав губы.

Точнее, они сосредоточились на спасении одной дочери. Такое важное и нужное замечание, которое я, конечно же, не озвучила.

– Что ж, полагаю, всё это второстепенно, – сказал король и потёр переносицу. – Мы не знаем, откуда начинается проклятие, а для его снятия важен исток. Именно поэтому мы пригласили вас с супругой во дворец, ваша светлость.

Мне действительно было страшно. Но не из-за проклятия. К нему я уже привыкла. Меня пугал тёмный кулон на шее и чёрная магия, что тянется к нему.

– В любом случае Кейн Эверус – лучший шаман Малоземья, он фактически их лидер, если бы они тех чествовали, – воскликнула мать. – Если он провёл ритуал, значит, тот был необходим!

– Я тоже думаю, что всё образуется, – добавила Аэнрика. – Папа, вы с Яром справитесь!

– Ты ещё юна, Аэнрика, и максимализм нормален в твоём возрасте, – улыбнулся ей отец и посмотрел на меня. – Джесселин, ты упомянула о своей сестре… когда она передала тебе силу? Прости, что перешёл на ты…

– Что вы, ваше величество, всё в порядке, – тут же откликнулась я и переглянулась с Треем.

– Передала? – поджала губы мать. – Это может быть не совсем верная информация. Я бы не хотела никого порочить, они обе мои дочери, но… может, Джесселин сама забрала силу? Не думаю, что Эрелин бы отдала её добровольно.

Вновь эта теория о краже… И всё же мне было непривычно, что на самом деле я – Эрелин. Вряд ли для нас с сестрой что-то изменится, мы останемся при своих именах, но то, что на самом деле я – старшая, с судьбой будущей герцогини… это вызывало некий трепет.

– Боюсь, что всё так, как и сказала Джесселин, – добавил Трей. – Это было при мне. Обе сестры ушли в отдельную комнату. Я нашёл Золушку… простите, Джесселин лежащей на полу без сознания и перевёз в ближайшую лечебницу. Там сказали, что у неё был сильный магический выброс.

– Это случилось из-за того, что сестра передала мне магию, – подтвердила я. – В младенчестве нас связали так, что большая часть моей магии перетекла в Эрелин.

– Поэтому ты сказала, что ты – слабый маг, – заметил Трей, и я кивнула.

– Я не лгала, просто так получилось. Все эти годы наш магический резерв был подвязан к Эрелин, и сдерживала его моя бусинка, – я вновь прикоснулась ко лбу.

– Ваши показания, молодой человек, ничего не дают, – поджала губы матушка, видимо, прибывшая на бал после объявления принцев. – Вы не видели, что именно произошло в комнате.

– Но то, что Эрелин бросила сестру на полу – весьма показательно, – заметил Трей.

– Моя девочка испугалась! – заявила герцогиня. – У неё отобрали силу, а после этого сестра упала в обморок. Любой бы испытал страх и убежал!

– Не любой, – покачал головой Данияр. – Не равняйте всех по себе и вашей второй дочери, ваша светлость.

– Я понимаю вас, как мать, – внезапно произнесла её величество. – Ни одна мать не захочет принимать дурные поступки своего ребёнка. Они в наших глазах всегда идеальны, не способны на ложь, подлог и предательство. Я не утверждаю, что Эрелин сделала что-то предосудительное, но считаю, что мы обязаны верить словам всех своих детей. Доверять им. Я доверяю Джесселин.

Герцогиня поджала губы, не решаясь вступать в открытый конфликт с раманской монархией.

– Я не собиралась забирать её силу, – сказала искренне, – я бы довольствовалась теми крохами, что у меня были – даже этого хватило бы, чтобы поступить на бытовой факультет. Но всё изменила неожиданная встреча с сестрой. Эрелин убедила, что беременна от опасного человека…

– Беременна?! – вскинулась мать и сжала кулаки. – Что ты несёшь, Джесселин? Ты всё придумала!

– Я не придумала! – воскликнула отчаянно, тогда Трей сжал моё плечо, пытаясь поддержать, и тут же получил колючий взгляд от Данияра. Руку убрал. – Эрелин уверяла меня, что ей нужно бежать, ведь отец её ребёнка хочет убить плод, а вернуться в отчий дом она не может с такими новостями.

– Мы бы приняли её любой!..

– Не сомневаюсь, леди Эндервуд, – прервал её король. – Но сейчас речь не об этом. Вы знаете, с кем тайно встречалась ваша дочь?

– Что? – Мать побледнела и шумно выдохнула. – Это предположение само по себе вопиюще! Джесселин наговаривает на сестру! Наверняка это её собственный любовник!

– Не смейте клеветать на неё, – достаточно жёстко сказал Данияр.

– Почему это клевета? Опыт уже у неё был… – едко протянула мама. И маска добродушия и сострадания слетела с неё быстрее, чем осенний лист с дерева на ветру. – Она спуталась со смотрителем дворцового заповедника, магистром Кеосом. – И мстительно добавила: – Ещё в шестнадцать лет. Он влюбился в неё и делал всё, как она пожелает. Использовать собственную красоту так легко, Джесселин, не так ли? Легче, чем очернять сестру?

В комнате повисло молчание. Яр сжал зубы так, что на лице заходили желваки, но его удерживал отец – его величество положил руку на плечо сына. Уверена, им было плевать на отношения с моими родителями, но им приходилось сдерживаться по той же причине, что и мне – нам нужна вся правда о проклятии. А для этого придётся договариваться.

– Худших родителей я в жизни не видел, – в этой тишине особенно глухо прозвучал голос Трея. – А я на своих пеняю за то, что слишком многого от меня просят…

– Вы перешли черту, – сказала обессиленно. – Магистр Кеос один из немногих, кто относился ко мне с добротой в вашем дворце. – Я всё-таки произнесла это, и щёки залило румянцем, ведь я выдала своё истинное положение, поставив под удар репутацию рода. – Он пожалел меня. Иных мотивов ни у него, ни у меня не было.

– Пожалел и приголубил, да, – ехидно добавила мать.

– Лорд Эндервуд! Заставьте свою жену замолчать, иначе это сделаю я, наплевав на то, что она женщина, – вмешался Данияр.

– Прошу прощения, – отец был благоразумнее и задвинул жену за спину, склонив голову. – Она нервничает. Мы только сегодня узнали, что Эрелин пропала. И теперь не имеем с ней связи. До этого мы были уверены, что она учится в Раманской академии, но теперь выходит, что её место заняла Джесселин… Наши чувства, непонимание, смятение и даже злость вполне объяснимы. Мы, как и вы, пытаемся найти правду.

– Не пытаетесь, – хмыкнул Яр. – Вы выбираете угодную для вас правду. Это колоссальное отличие.

– Предлагаю всем выдохнуть, – произнёс его величество. – Возвращаясь к вопросу… ваша дочь рассказывала о ком-нибудь, с кем тесно общалась здесь, в столице, или за её пределами?

– Единственный, о ком она рассказывала, был его высочество, – сказала мама из-за плеча мужа. – Они ведь были помолвлены. По крайней мере, так рассказывала наша дочь.

– Вот теперь вы пытаетесь найти правду, – хмыкнул Яр. – За всю свою жизнь я никогда не был помолвлен, а помолвочный перстень раманских…

– Хранился у меня до недавнего времени, – королева наградила сына весёлым взглядом. – Пока кое-кто у меня его не… кхм, экспроприировал.

– Тогда прошу, Джесселин, продолжай, – король перевёл взор на меня.

Я прошла к дивану и опустилась рядом с её величеством. Событий было много, нужно вычленить основные.

– Я согласилась принять силу сестры, но не ожидала, что вместе с ней Эрелин передаст мне… – Я глубоко вдохнула. – Чёрную магию.

– Что? – спросил Яр и каким-то неуловимым образом оказался рядом, присев на корточки передо мной. – Что ты сказала?

– Приходил мастер Айлок, – пояснила королева, – он осмотрел Джесселин.

– И сказал, что во мне чёрная магия, – призналась, смотря неотрывно в глаза Данияру. – Он ещё сделает анализ крови, но… мне страшно, – я призналась и почувствовала, как щёки горят от смущения. – В голове куча вопросов. Что меня ждёт? Почему именно я? Как это отразится на бусине? Я… умру?

– Не умрёшь, – сжал губы принц, и по его лицу заходили желваки. – А вот насчёт твоей сестры не уверен…

– Данияр, – одёрнул его король, – возьми эмоции под контроль. Сейчас ярость не поможет.

– Не волнуйся, – смотря мне в глаза, произнёс Яр, хотя я видела, как плещется это самое волнение в его глазах, – мы всё решим. Я не позволю никому навредить тебе. Ты мне веришь, Джесселин?

– Я тоже, – внезапно произнёс Трей и сел рядом со мной, наклонившись так, что упёрся локтями в колени. – Я чувствую вину за то, что позволил тебя увести. Я ведь ещё тогда заметил её – твою копию, но решил подыграть тебе, не акцентировать на этом внимание. И теперь очень жалею. Если бы я тогда отправился следом…

– Ты бы всё равно ничего не изменил, – тихо сказала я. – Во всём виновата я и моя доверчивость. Я пожалела сестру и её малыша…

– Джесселин, – обратился ко мне король, – твоя сестра и вправду беременна?

– Разумеется, это не так! – воскликнула мама. – Моя девочка никогда бы не стала иметь связь с мужчиной до свадьбы! Да она с ужасом рассказывала, как слуги целуются, говоря, насколько это вопиюще! Да что там… она не терпела, если развешивали нижнее бельё сушиться на всеобщее обозрение. Эрелин очень стеснительна и застенчива!

У меня возникло ощущение, будто мы разговариваем о двух разных людях. Может, у нас всё-таки была третья сестра-близняшка? Иначе не понимаю, как могут мнения разных людей настолько различаться!

Я просто решила проигнорировать слова матери. В конце концов, я свечку не держала. А сплетням предпочитала не верить.

– На тот момент я и помыслить не могла, что она лжёт. А теперь… не знаю, – ответила искренне и сглотнула. – Эрелин отдала мне всю силу, из-за чего моё тело никак не может адаптироваться – мне всё ещё нельзя применять магию. И теперь я, кажется, поняла, почему. А ещё… тот незнакомец сказал, что она спрятала силу, и упомянул близнецов. У меня нет сомнений, что сестра говорила о нём.

– Полагаю, что так, – согласился его величество, продолжая хмуриться. – На этом кулоне отпечаток чёрной магии, а теперь ещё она оказалась и в тебе…

– Некроманты? – уточнил Трей, и король кивнул.

– Я сталкивался с ними однажды… в Орколее, небольшая секта использовала эту гниль для борьбы, выступая на линии фронта. Она сильно зацепила меня, – взгляд короля стал нечитаемым. – Если бы не Кейн Эверус, рана оказалась бы смертельной.

– Все пути ведут к Кейну Эверусу, – вздохнул Яр и запустил пятерню в волосы. – Но он словно растворился, никто не знает его местонахождения, даже родной сын. Выбрал время, как назло, когда играть в прятки.

– Он шаман и чувствует колебания природы лучше, чем мы, – рассудительно откликнулась её величество. – Он явится, когда будет нужен. Наберись терпения, Данияр.

– Её величество права, – кивнул Максимилиан, с нежностью посмотрев на супругу. – Пока в наших силах исследовать кулон – мы уже убедились, что снять его не можем, придётся исследовать на Джесселин – я приглашу лучших артефакторов, в том числе из гномьих и эльфийских гильдий. Изучим всё, что связано с проклятием Фаргоских земель, а также – пустим ищеек по следам этого тёмного.

– Вам не удалось его поймать? – подтвердила свои худшие опасения.

– Незнакомец словно растворился, – взгляд Яра потемнел. – Мы пытались найти по слепку магии на кулоне, что я успел сделать, но тщетно. Среди гостей его не было, дворцовая стража его не видела.

– Разве такое возможно? – изумилась я.

– Возможно, – задумчиво отозвался раманский наследник и переглянулся с отцом, – если он тоже владеет портальной магией, схожей с нашей. Ранее мы об этом не слышали, но… – Яр поджал губы, – не исключаем такой вариант.

– Он силён, если смог пройти охрану дворца так, словно был у себя дома, – прошептала я зачарованно. – Как он мог скрываться все эти годы?

– Не было причин являть себя миру, – заметила её величество. – Многие сильнейшие мира сего так делают. Но я согласна с тобой, что его нельзя недооценивать.

– Но что за сила во мне? – спросила тихо. – Как она скажется на мне? Убьёт или… высосет?

На меня воззрились семь пар глаз. И ни в чьих глазах я не прочитала ответа.