Глава 5

Голос принадлежал герцогине. Я застыла, огляделась и облегчённо выдохнула, осознав, что обращались не ко мне. Голос раздавался сверху, судя по всему, с балкона. Там на третьем этаже находились покои моей сестрицы.

— Ты опять пришла меня уговаривать? Возвращайся к гостям, мама. Я уже сказала: не пойду на бал! — в голосе Эрелин слышались привычные капризные нотки.

Герцогиня вздохнула. Почему Эрелин не установит звукоизоляционный купол? Она окончила первый курс и по идее должна уже владеть этим нехитрым заклинанием. Её светлость магом не была, оттого волшебным премудростям не обучена.

— Мы же выяснили, что твоя аллергия — не опасна, это всего лишь небольшие покраснения на шее и подбородке…

Теперь понятно, почему герцогиня была так зла и взвинчена сегодня. Она переживала за Эрелин! Вдруг бы аллергия была не простой, а свидетельствовала о смертельной болезни?

Нет, точно надо бежать! Подальше отсюда, где её светлость до меня не доберётся.

— Мама! — возмутилась сестра.

— Я ведь о твоём будущем беспокоюсь, моя милая. Его высочество Данияр ждал тебя около часа — даже ни с кем не танцевал, стоял у стены и высматривал тебя в толпе гостей. Такими темпами он не пробудет там и до половины бала. Ясно же, что он принял моё приглашение не ради моего внимания, а твоего. Неужели ты не встретишься с ним?

Точно… если Эрелин не пойдёт, то вероятность её встречи с Яром снижается в разы! Если, конечно, моё предположение верно и Яр действительно входит в свиту его высочества.

Эрелин, ну какая ты умничка! Как вовремя не захотела идти на бал! Лишь бы не передумала!

— Мама, я плохо себя чувствую.

Какое счастье! Тьфу ты, нет, аллергия, конечно, плохо, но то, что она высыпала так вовремя и вероятность знакомства Эрелин и Яра близится к нулю — просто прекрасно.

— Ох, как же не вовремя высыпала эта аллергия! — была противоположного мнения герцогиня. — Но что, если Марфа наложит макияж? Поверь, она меня в прошлом году на новогодний бал так накрасила, что никто и не заметил сыпи — помнишь, я как раз заболела крапивницей?

— Мама, нет, — была непреклонна Эрелин. — Не желаю предстать перед своим возлюбленным в неподобающем виде. Вдруг он увидит меня такую и разлюбит? А если не захочет жениться?

Я мысленно хмыкнула. Если мужчина настолько привередлив, что может разлюбить невесту из-за болезненного вида, то зачем вообще такой жених нужен? Как-то разочаровалась я в его высочестве Данияре. Или он такой лишь со слов сестры? У неё-то весь мир повёрнут исключительно на внешности.

— Ты права, права... что мне тогда ему сказать?

— Правду: я болею, выйти не могу. Ну что ты расстраиваешься? Уже скоро учебный год, мы с ним встретимся в РАМе.

— Эрелин, меня задевает то, что он до сих пор не сделал официального предложения.

Неужели? Я бы на его месте вообще от Эрелин бежала куда глаза глядят. Собственно, я это и планирую.

— Мама, ну разве перстня Раманских недостаточно? — Судя по всему, сестрица сейчас выставила перед мамой колечко с бриллиантом-булыжником. Им она хвасталась в прошлом году. — Он меня любит, готов жениться после окончания академии — это главное.

— Главное, — эхом прозвучали слова герцогини. — Я так люблю тебя, Эрелин, и искренне беспокоюсь.

Её голос был нежным, заботливым. В сердце малодушно пробралась зависть, но я тут же откинула её и поспешила дальше. То, что Эрелин не будет на балу, даже хорошо — не столкнёмся случайно в коридоре. И ни у кого не возникнет вопросов, если двое людей увидят нас в одно и то же время и их показания совпадут.

Приложив руку к считывающему артефакту, который слегка проколол палец, я вошла в открывшийся тайный проход и тут же свернула направо. Небольшие светильники зажглись, освещая узкую лестницу, а панель сзади закрылась. Мне нужно в кабинет герцога.

В потайных ходах я ориентировалась сносно, поэтому вскоре подошла к нужной двери-стене. Встав в полукруг, потянула за рычаг, приводя в движение круговой механизм. Вскоре он остановился, а я оказалась в знакомой комнате.

Высокие стены, обитые тёмным дубом, словно вбирали в себя свет, оставляя пространство в полумраке. Редкие лучи, проникающие сквозь узкие окна с витражами, подчёркивали величие массивной мебели — письменного стола, заваленного пергаментами и свитками, и кресел с высокой спинкой, обтянутых бордовым бархатом. В воздухе витал аромат старой кожи и ладана, смешиваясь с терпким запахом чернил — его светлость проводил в кабинете много времени.

Иногда мне казалось, что он прячется здесь от семьи.

На стенах висели портреты предков с суровыми взглядами и характерными чертами Эндервудов: с каштановыми волосами, слегка вздёрнутыми носами и худощавыми лицами. Под потолком, украшенным лепниной, поблёскивала массивная люстра с магическими светильниками, но сейчас она была отключена, а прикасаться к системе я не собиралась. Извлекла из кармана артефакт-свечу, и та замерцала, позволяя мне увидеть очертания предметов.

Кабинет герцога был не просто комнатой — это была крепость мысли и воли, отражение его властного характера и… порой жестоких решений. Одно из них стало судьбоносным для меня.

Я прошла дальше, мимо стола, к тайнику, краем глаза заметив карту герцогства на стене, исчерченную линиями маршрутов и помеченную флажками, намекающими на добычу тех или иных ископаемых и прочих важных для герцога объектов. А ещё — местами, где проклятие особенно набрало силу…

По слухам, там встречались такие монстры, которых никто не видел в природе. Ни в одном зоомагическом учебнике подобных не встретишь! Только на Фаргоских землях.

Этих монстров пытались истреблять, но тщетно. Каждый раз их становилось только больше. За триста лет очаги разрослись, но герцогская казна не безгранична — не хватало средств, чтобы платить наёмникам за отлов.

И главное — кто вообще нас проклял? Тайна за семью печатями. Возможно, сам герцог знает, но никому не говорит. Мне — точно. И в городе полно различных слухов, только вот вряд ли какой-то из них действительно правдив.

Есть даже слух, что от гнили, поселившейся во владениях рода Эндервуд, способен избавиться второй наследник герцога — именно поэтому к проклятию шло в довесок второе, куда более страшное и касающееся всего рода.

Вторые наследники не доживают до двадцати. А потому снять проклятие не представляется возможным. Они просто не успевают вступить в полную магическую силу.

Я прошла к тайнику. Артефакторный замок легко поддался, я быстро нашла документы на своё имя. Подделать их нельзя — при рождении на бумагу ставится слепок ауры, особая магия, которую можно копировать и почти невозможно подделать… точнее, я уверена, что контрабандные документы существуют, но стоят они столько, что мне на это никак не хватит средств.

Взглянула на имя. Джесселин Дервуд… Слог «Эн» стёрли по приказу Кейна Эверуса. Фактически ничего не поменялось, но моё имя было изменено, и эта информация тоже запечатана в бусине. Сейчас, при воспоминании об этом, бусина нагрелась, и я поморщилась, схватившись за виски.

Кейн Эверус… возможно, ты хотел для меня счастья, но даже не предполагал, каким людям меня оставил.

Пора уходить. Я вновь прошла к потайному входу, встала на полукруг и потянулась к рычагу, вот только… Теперь он будто обжёг руку. С тихим шипением я отдёрнула пальцы, а затем вновь потянулась и…

То же самое! Отшатнувшись, я начала озираться. Нет, такой подставы просто не могло произойти… неужели магия на меня не откликнулась? Или что-то случилось и отец заблокировал тайные ходы? Скорее всего, второе… Но что случилось? Кто попытался сбежать? Во дворце случилась кража и пытаются поймать вора?

Жизнь явно любит надо мной шутить. Вот почему именно сейчас? Впрочем, вопрос риторический — бал-маскарад, все отвлечены, а дворец полон гостей. Дракс!

Я бросилась к двери и та, к счастью, поддалась быстро и без проблем. Вот только едва приоткрыв дверцу, я сразу заметила стражников.

— Девчонка слишком избалована, — услышала незнакомый мужской голос. — Сейчас главное обеспечить охрану дворца, а не заниматься поиском беглянки…

— Поговори мне тут, — а вот это голос начальника стражи, господина Бросмона, который… в курсе некоторых тайн герцога.

В общем, знает о моём существовании. И от него следовало держаться как можно дальше.

Шаги отдалялись, и вскоре я смогла выскользнуть наружу, тут же спрятавшись за тяжёлой портьерой, скрывающей нишу. Дра-а-акс! Ну что за тотальное невезение?

Обратно я бежала так быстро, как только могла — учитывая мои перебежки и постоянные отсиживания в нишах и за шторами. Уже добежала до холла. Хотела выйти через чёрный ход для слуг, но там стоял господин Бросмон.

Я спряталась под лестницей. Проблема заключалась в следующем: теперь всех гостей при выходе досматривали, хотя их и было немного — в основном все просто прогуливались, редкие парочки заглядывали в комнаты отдыха, а кто-то просто хотел освежиться.

Меня в плаще поймают быстро и не пропустят. Я прикусила губу. По идее, могу выдать себя за Эрелин. Вот только не давал мне покоя тот диалог стражников о таинственной «беглянке»... Конечно, шанс, что они говорили об Эрелин, мал, но всё же…

Хм, а ведь задача не простая — найти кого-то во дворце, где проходит бал-маскарад.

— Прошу прощения, — раздалось за моей спиной и чья-то рука легла на плечо.

Внутри всё похолодело. Я медленно развернулась к говорившему. Им оказался стражник — улыбчивый молодой парень.

— Вам, должно быть, жарко? — вежливо осведомился он, хотя и дураку понятно, что хочет увидеть меня без капюшона. — Позвольте забрать ваш плащ и проводить в бальную залу.

— А нынче этим стражники занимаются? — с усмешкой уточнила я. — Я уже ухожу, поэтому не нуждаюсь в вашей помощи.

Я попыталась развернуться, но парень преградил мне путь

— Постойте! — Он сказал это слишком громко, привлекая внимание господина Бросмона.

— Не постою, — отозвалась с тихим шипением. — Пропустите меня!

— Извините, не могу. Позвольте…

Он потянулся к капюшону. Я всёрьез заволновалась. Ещё секунда и меня банально повяжут…

Совсем рядом звучала музыка — она доносилась из бальной залы. И если где у меня и есть возможность затеряться…

Решение было принято мгновенно. Я ловко увернулась от стражника и бросилась в бальную залу, пробежав буквально перед носом главы охраны. Влетела в залу, едва не сбив официанта с шампанским, и юркнула в толпу, по пути сбросив плащ.

Калейдоскоп красок, вихрь шелков и бархата, приглушённый шёпот за масками и звенящий смех — всё это обрушилось на меня, словно волна, захлёстывая с головой. Я здесь, в самом сердце этого роскошного безумия, и пытаюсь спрятаться на виду. Распушила волосы, чтобы они по максимуму скрывали лицо, и, проскользнув незамеченной за колонну, ощутила, как сердце забилось быстрее. Каждый шорох, каждый взгляд казался угрозой. Моя маска — всего лишь лоскут ткани, а скромная одежда — жалкая попытка раствориться в этом великолепии.

В зале царила атмосфера легкомыслия. Дамы в пышных платьях кокетливо обмахивались веерами, а кавалеры обменивались с ними многозначительными взглядами.

Внезапно сквозь шум я услышала голос…

Герцог. Он близко. Опасность, которую я чувствовала интуитивно, обрела конкретные очертания.

Я скользнула между танцующими парами, стараясь оставаться в тени, чтобы пробраться к балкону — оттуда смогу спрыгнуть в сад, а там и до часовни рукой подать…

План был идеален. Как аверосские часы. Только одного я не учла…

Одной переменной, которая сегодня весь день портит идеальное уравнение! Нет, судьба определённо меня не любит и точит не зуб, а целую пасть!

— Попалась, булочница!

Не успела сделать и шагу, как почувствовала руки на своих плечах. Можжевеловый запах окутал слишком явно, поэтому я не сомневалась, в чью клетку вновь угодила.

Он здесь, на балу, этот раманец. Значит, он и правда из свиты принца… Интересно, а его высочество тоже где-то здесь? Впрочем, это не важно. Намного важнее то, что Яр способен раскрыть меня.

— Хотя подождите-ка… ты ведь не булочница, — продолжал насмешливый голос над ухом, а сам его обладатель прижимался слишком близко — так не позволяли нормы приличия! Но ему отчего-то было плевать. — Так кто же ты на самом деле… Эрелин?

Имя резануло по натянутым нервам так сильно, что я невольно развернулась к нему. Руки Яра сместились на мою талию, но сам парень и не подумал отступать — наоборот, нагнулся к моему лицу.

Он знает имя… почти моё, хоть и принял за сестру. Значит, он узнал почти всё. О женихе в том числе.

— Сомневаюсь, что ты уже не выяснил обо мне всё, вплоть до салона, где я заказываю нижнее бельё, — ответила с улыбкой и положила руки поверх его предплечий, попытавшись оттолкнуть, но легче было сдвинуть гору. — Так что конкретно тебя интересует?

Яр слишком близко, смотрит снисходительно и даже с вызовом. Я чувствовала аромат можжевельника и… самого Яра, ведь дышала практически ему в ключицу. Так… волнительно.

Джесси, нельзя терять голову! Нельзя!

Маг наклонился и выдохнул мне в самые губы:

— Ты. Меня интересуешь исключительно ты.

Сердце забилось быстро. Он понятия не имел, насколько сильно въелся мне под кожу этим вопросом, ведь он не знает, что я — не Эрелин. Поэтому мне хотелось его фразу интерпретировать иначе.

Яр не стал дожидаться ответа, просто взял меня за руку и повёл к танцующим — всего на десять метров направо, но этого хватило, чтобы мы привлекли внимание. Это совсем не то, что мне было нужно, но маг не оставлял выбора.

— Сначала я решил, что ты — внебрачная дочь. Обучена придворным манерам, но от кого-то скрывалась. При этом ты достаточно благородна, чтобы вернуться за случайным магом с подмогой. Интересное, загадочное и интригующее сочетание.

— Я не планировала тебя интриговать, — сказала искренне, надеясь, что он почувствует ложь.

Он ведь говорил, что чувствует её.

Монахиня обучала меня многому, в том числе светским манерам, а всё, чего она не знала, я черпала из учебников. Мне было восемь, я вдруг решила, что у меня действительно есть шанс, что меня когда-нибудь примут в семью.

Наивная и зелёная.

— Планируешь ты так себе, ведь у тебя получилось обратное, булочница, — заявил он и, наклонившись ещё ниже, добавил: — Я пришёл сюда ради тебя.

Яр посмотрел прямо и… повёл меня в танце. Я вдруг поняла, что совсем упустила момент, когда заиграла эта мелодия, а ведь это аверосский вальс! Его невозможно не узнать с первых нот! Достаточно откровенный, требующий от партнёров постоянно приближаться. Я читала о нём, но… никогда сама не танцевала. Я не умела. Ни музицировать, ни вышивать, ни… чем там ещё занимаются благородные леди?

Так что Яр заблуждался по поводу меня. Знания у меня были, манеры тоже, но вот всё остальное… я — не леди. Во всяком случае, по воспитанию.

— Сегодня днём я позволил тебе сбежать… знаешь, почему? Надеялся, что ты так спешила именно из-за того, чтобы успеть на бал, но… среди гостей тебя не нашёл. Успел расстроится. А потом вышел прогуляться… и знаешь, что я там увидел, Эрелин?

— Поведайте, мой лорд, — насмешливо ответила я, бросив взгляд за его спину.

На нас смотрели. И ладно бы просто люди… на нас смотрела герцогская чета! Родители буквально прожигали меня взглядами, а подле них застыл господин Бросмон, будто цербер, готовый сорваться по приказу хозяина. Я едва не застонала. Ну что за невезение?

— Фреску, — ответил Яр с ухмылкой, и я застыла. — Догадываешься, какую?

— Догадываюсь, — ответила без особого энтузиазма. — И, разумеется, тебе сказали, что на ней изображена любимая дочь герцога?

— Ты сегодня сама проницательность… в отличие от меня.

— Ну что ты, не будь к себе так строг, — я тоже ершилась. Отчего-то бусинка во лбу заболела, и я слегка поморщилась. Яр принял это на свой счёт, судя по лёгкому оскалу. — И тебе, разумеется, сказали, что леди Эрелин помолвлена с раманским принцем?

Яр как-то хищно ухмыльнулся, что… Я вдруг задумалась: а точно ли не он принц? Ведь даже имя похоже… Яр — Данияр. Но нет, он понятия не имеет, кто я. А его высочество Данияр сделал предложение моей сестре и подарил ей родовой перстень. И у четы Раманских нет другого сына, только дочь.

Но что, если Эрелин солгала? И словно пытаясь заштопать эту нестыковку, я произнесла:

— Должно быть, ты заметил на фреске и перстень — обручальное кольцо Раманских.

Лицо Яра стало каким-то… даже не удивлённым, а несколько растерянным?

— Не заметил. Значит, твой жених — раманский принц, да, Эрелин? — спросил Яр на самое ухо и резко отстранился, как того требовала фигура танца. Странно, но эта маска, скрывающая половину лица, придавала его образу некой таинственности, будоража мою фантазию не самыми невинными картинками, особенно когда этот маг так близко. Я сглотнула. — Ты ещё большая лгунья, чем я предполагал.

— А чем ты так оскорблён? — спросила недоумённо. — Тем, что я сразу не сказала о своей помолвке? Не привыкла выставлять на всеобщее обозрение свой статус.

— В этом мы с тобой похожи… Так где перстень, Эрелин? — спросил он и прикоснулся к моим пальцам. — Тот самый, что принадлежит королевской семье Рамании и передаётся из поколения в поколение наследнику, чтобы он преподнёс его своей единственной?

На Эрелин. Вот только я — не она. Как же я крупно влипла…

— Остался в покоях.

— В покоях или ты лжёшь? — с рычащими нотками спросил Яр.

Нет, он точно оборотень. Вон даже показалось, что на мгновение его зрачки вытянулись. Лишь на мгновение! И точно показалось. Потому что я не помню, чтобы оборотням подобное было свойственно…

— Лгу в чём?

Он усмехнулся, а затем болезненно сжал мою ладонь. Жемчужина во лбу начала пульсировать, добавляя неприятных ощущений. Краем глаза я вновь заметила герцога и герцогиню, не сводящих с меня пристальных взглядов. Они ждали окончания танца. Увы, маска могла защитить меня от других, но не от собственных родителей…

— Ты совсем не танцуешь… думаешь о чём-то? — спросил Яр вместо ответа, будто внутренне пытаясь унять свою злость, перевести разговор.

Не говорить же ему, что не знаю танца, поэтому просто подстраиваюсь под его движения? Боль в висках усилилась. Я попыталась оттолкнуться, но лишь поморщилась.

— Что? Я вдруг стал тебе противен? — неверно истолковал мою реакцию маг. — Тебе ведь нужен только… раманский принц?

— По-моему, ты на нём зациклен больше, чем я. Фанат?

— Почти, — хмыкнул он.

И притянул меня так резко, буквально впечатывая в своё тело, что вышиб у меня весь воздух из лёгких. И мне бы оскорбиться, попробовать ещё раз оттолкнуть, но… такой Яр мне даже нравился. Ведь я знала, что за этим не прячется жестокости — жестокий человек не стал бы гоняться за простой девчонкой по улицам Фаргоса, а потом в шутливой манере спасать её из-под венца.

— Ты слишком… властный.

— Как верно подмечено, — хмыкнул он. — Но я хотя бы честен, в отличие от некоторых.

Я промолчала. Оправдываться? Бессмысленно. Сказать правду? Не имею права.

Музыка оборвалась. Маг склонился, и я ощутила, как голова начинает кружиться — всё из-за близости Яра.

Я вывернулась из его почти объятий и попыталась отступить, но он придержал меня за запястье.

— Отпусти, Яр, — прошептала я, заметив, как родители приближаются.

Выражения их лиц не рассмотреть затуманенным взором. Боль в виске стала невыносимой. Каждая клеточка тела пульсировала, так больно мне ещё не было никогда.

— Извини, булочница, но я не отпущу тебя, пока кое-что не проверю.

— Что именно?

Он не ответил, лишь поджал губы. Голова начала кружиться. Теперь я уже сама вцепилась в руку Яра. Маг догадался о моём состоянии, сделал шаг ко мне и сжал в объятиях.

— Что с тобой?

— Забери меня отсюда, — попросила искренне и сама прижалась к нему.

Я была на грани раскрытия личности, на грани того, что все узнают о моей настоящей судьбе… и жемчужина пыталась это предотвратить, спасти меня, вот только она же и мешала мне сбежать. Она отнимала у меня последние силы. Поэтому не было ничего удивительного в том, что когда музыка стихла, а их светлости приблизились к нам, моё сознание начало уплывать

— Эрелин! — яростно прошипела герцогиня.

О, она-то точно знает, как меня зовут на самом деле! Я чувствую эту ненависть даже за пеленой, созданной жемчужиной.

Но ответить ей не успеваю — магия окончательно берёт своё, а я проваливаюсь в блаженный обморок.

Данияр Раманский

Она не знает, кто я.

Эта мысль пронзила стрелой. А ещё слова — забери меня отсюда…

Но почему любимая, лелеемая дочь герцога просит об этом? Я бросил взгляд на их светлостей, что устремились ко мне. Затем — на маленькую фигуру девушки в своих руках. Я глупец… Весь день бегал за ней по городу и вот — вновь потакаю её прихотям? Да что со мной не так?

Она ведь не может быть моей истинной?..

Мотнув головой, я вновь посмотрел на леди Ирису и лорда Роксвела. Я твёрдо решил, что останусь здесь и выясню всё. Если нужно — уберегу маленькую лгунью. А потом я вновь посмотрел на тело Эрелин и…

Открыл портал. Призвал магию и разрезал пространство на глазах у гостей. Не то чтобы моя магия оставалась секретом, о ней ходили слухи, но всё же… отец настоятельно просил как можно реже афишировать эту способность.

Шагнув в огненные всполохи, я вышел в своей городской квартире, а именно — в спальне. Здесь я проводил больше всего времени в последние годы — моя единственная возможность жить вне дворца. Уложил маленькую леди на кровать и наклонился, проверяя пульс — ровный, размеренный. Слегка потряс за плечо, но реакции никакой.

С ней точно всё в порядке. Я вижу по ауре… разве что вот это скопление в центре лба весьма странное. Похоже на шаманскую магию, причём весьма виртуозно выполненную. Спецов такого уровня немного.

— Нужно позвать целителя, — сказал себе под нос и, вновь разрезав пространство, перешагнул во дворец.

В целительском отделении было немноголюдно — сам придворный целитель занимался какими-то фолиантами и даже не сразу заметил меня. Ему было около шестидесяти и он всегда ходил в белой форме с отличительным знаком целительской гильдии на правом рукаве.

Наконец целитель поднял на меня светлые глаза.

— Ваше высочество, что-то случилось?

— Со мной всё в порядке, — тут же отчитался я, — но моя знакомая упала в обморок.

— Перечная соль не помогает? — спросил он достаточно скучающим тоном.

— Честно, не пробовал, но… лучше вам взглянуть.

Если мастер Айлок и хотел отказать и отправить со мной ученика, то, посмотрев мне в глаза, сдался.

— Да, конечно, идёмте, ваше высочество…

— Порталом, — добавил я, и тут мастер Айлок вскинул брови. — Она в моей квартире.

— Просто знакомая, — повторил целитель многозначительно. — Вы же понимаете, что я обязан буду доложить об этом его величеству?

— Понимаю, — покорно согласился я и открыл портал.

Мастер Айлок, предварительно оставив записку своему ученику, шагнул в портал, и мы оказались в гостиной. На самом деле квартира была маленькая, ведь она являлась моим убежищем от ответственности, которая обрушится на мои плечи, едва я окончу академию. Этот год — всё время, что я имею, перед тем как принять на себя часть общественной и политической работы.

Я проводил целителя в спальню — Эрелин по-прежнему была без сознания. Мастер Айлок безотлагательно начал осмотр, а после попросил меня выйти, чтобы раздеть девушку.

Пока я дожидался в гостиной, вновь и вновь прокручивал разговор с леди Ирисой…

— Ваше высочество, как мы рады вам! Эрелин столько о вас рассказывала.

Я помнил, что так зовут дочь герцога, а ещё Дейн Эверус, мой наставник, упоминал, что она учится в РАМе. Возможно, мы когда-то виделись? Или она наблюдала за мной со стороны.

В любом случае, проявил учтивость.

— Приятно слышать. А где сама Эрелин?

— Ох, она не смогла выйти сегодня… мне так жаль. Вы, должно быть, скучаете.

Я не ответил, лишь улыбнулся. Понятия не имел, зачем мне скучать по фактически незнакомой девушке. Всё выглядело странным и каким-то неправильным.

— Надеюсь, вы задержитесь в Фаргосе, — произнёс герцог. — Тогда, быть может, удастся увидеться с Эрелин.

Я слегка нахмурился. Что-то очень странное…

— Что же Эрелин рассказывала обо мне? — полюбопытствовал осторожно.

— Многое, — загадочно отозвалась её светлость. — О вашем знакомстве в Раманской академии магии, о том, как вы проводите время в столице, какие спектакли посещаете… мы так благодарны вам… за её счастье.

А вот это уже ложь. Теперь понятно, почему загадочная Эрелин не выходит из покоев — боится, что её обман раскроется. Усмехнулся. Что ж, не буду сегодня устраивать разборки, а вот завтра… придётся задержаться в Фаргосе, чтобы выяснить отношения с этой Эрелин. Не хотелось бы неуместных слухов о моей персоне.

Тем более у меня не может быть простой невесты. В моей жизни возможна только та девушка, на кого не подействует моё истинное дыхание. Та, что предназначена мне судьбой. Она станет моей единственной на всю жизнь, моя вторая ипостась свяжет нас навеки.

— Думаю, вы несколько торопите события, а ваша дочь — немного преувеличивает, — ответил дипломатично. — Предлагаю обсудить всё завтра.

Лин — Эрелин. Ненавидел чувствовать себя глупцом. И сейчас я ощущал ярость… не из-за того, что маленькая лгунья очернила мою репутацию, а просто потому, что оказалась такой легкомысленной. Я был очарован ореолом тайны вокруг этой девушки, её умными искрящимися глазами, её искренностью — она вспыхивала каждый раз, когда я прикасался к ней, она не говорила мне ничего о себе, словно от этого зависела её жизнь…

А что в итоге?

Она — избалованная дочь богатых родителей. Привыкла играть. Сразу поняла, что я — раманец. Интересно, а почему решила, что я не могу быть принцем?

Этот вопрос не давал мне покоя. А что, если поняла? Просто до сих пор прикидывалась дурочкой? И попросила унести с бала, чтобы я скомпрометировал её? А ведь забрав её, я подкрепил уверенность её родителей в нашей помолвке.

Разумеется. Она боялась, что ложь раскроется. А я — просто глупец. Но ведь обморок она не могла подстроить? Или могла?

Злость кипела. Я злился в первую очередь на себя, что поддался её очарованию. Что почти испробовал на ней истинное дыхание дракона…

— Ваше высочество, — ко мне вышел магистр Айлок и закрыл дверь за собой. — У меня для вас важные новости…

— С ней всё в порядке?

— В полном! Вот только… на ней маячок — его возможно убрать весьма сложным в изготовлении зельем — в его составе слеза хандербугского кролика…

— Неужели? — изумился я.

Родители поставили на неё маячок? Она уже пыталась сбежать? Но отчего? Её родители показались весьма любящими, а ещё — восторженными от самой мысли породниться с принцем. Нет, всё-таки моя теория правильная: она боялась, что её ложь о нашей помолвке раскроется.

— Я его приготовлю уже к завтрашнему утру… может, даже раньше, не волнуйтесь об этом. Интересное в другом. На ней — шаманская магия неизвестного мне назначения. Но того, кто ставил её, я узнал. Его отпечаток весьма характерный и когда-то аналогичный был оставлен на вашем отце — я тогда был лишь учеником, но не запомнить не мог.

Я нахмурился. Учеником… лет тридцать пять-сорок назад? Отец только один раз прибегал к шаманской магии, когда его жизнь после сражения на Орколейских островах висела на волоске…

— Кейн Эверус? — изумился я. — Отец моего наставника?

Айлок кивнул. Я нахмурился. И зачем девчонке понадобилась шаманская магия? Почему она решила попросить меня перенести её? Манипуляция из-за страха перед родителями?

Я был слишком поспешен в выводах, решив, что у меня не осталось к ней вопросов. Вопросы только множились.