Глава 12

Аэнрика Раманская

— И что там произошло? — уточнил отец нарочито спокойно, но я видела, как в его глазах бушевало пламя.

Разве я могла полагать, что какой-то Стенфридский защитный контур его остановит? Первый раз не остановил и вот — второй. Только теперь отец явился не один.

Рядом стоял хмурый Данияр. Его раманское высочество был более импульсивен, чем отец, поэтому сейчас нервно переминался с ноги на ногу, будто готовый сорваться и… Если честно, я не знаю, на что способен старший брат. Сильнейший из огненных драконов, его дар намного выше, чем у отца, и сейчас пламя бежало по его рукам от тревоги.

— Это была ловушка, — произнесла тихо, вжав голову в плечи. — Но всё в порядке! Обошлось. Мы оба живы. Вейлан прикрыл меня собой и из-за этого его крыло…

— Крыло? — уточнил Яр и вопросительно взглянул на нашего отца. — Я чего-то не знаю?

Его Величество смотрел на меня внимательно, ожидая пояснений, а я поняла: его не удивили мои слова. Он уже знал, что Вейлан — дракон! Но откуда?..

Вспомнилась поимка Эрингского Монстра. Тогда их диалог с Вейланом показался мне странным, отец, обычно непримиримый, отступил, доверил меня Инвергарду. На тот момент я не придала этому значения, но сейчас осознала: просто он узнал о сути ледяного мага и понял, кем я прихожусь Инвергарду.

Истинной. Единственной. Той, ради кого он пожертвует собой.

И лишь я не догадывалась ни о чём, сосредоточившись на ощущениях своей драконицы…

— Мы не единственные драконы, Данияр, — откликнулся Его Величество. — Я узнал об этом недавно — две недели назад, когда навещал Рику здесь, в Стенфриде. Вот только стенфридские драконы отличаются от нас самой сутью магии — они не огненные, а ледяные.

Брат присвистнул.

— И почему я узнаю об этом только сейчас? Ты уже начал переговоры с королём?

— Пока собираю информацию. К переговорам нужно быть готовым. Я планировал рассказать тебе сегодня, когда пригласил на обед.

— Значит, — заключил брат, посмотрев на меня в упор, — этот Инвергард — ледяной дракон, наследник Стенфрида и твой истинный? Есть ещё что-то, что я должен знать?

— На королевской семье проклятье, — тихо добавил отец и вздохнул, поднявшись и пройдя к окну. — Лед поглощает всех потомков Эрленд во время первой инициации дракона. Поэтому короли и королевы Стенфрида вот уже на протяжении семи веков отдают своих детей на воспитание в другие семьи.

Данияр шумно выдохнул. Подошёл ближе и взял меня за руку.

— Сестрёнка, а ты уверена, что тебе это нужно, отдавать своих детей? Ещё не поздно разорвать эту связь? — Мои глаза наполнились слезами, и брат всё понял без слов. — Дракс! Нельзя было пускать тебя в Стенфрид!

— Как я полагаю, сейчас это не единственная проблема, — продолжил отец, всё ещё смотря за кружащими снежинками за окном. Никому было не ведомо, сколько боли сейчас кипит в груди короля. — В Рике проснулся огонь, а последняя огненная магичка, кто вышла замуж за наследника рода Эрленд и забеременела от него, умерла.

Брат застыл, да и меня мгновенно прибило металлической плитой, настолько оглушительно звучали слова отца. Яр шумно выдохнул и вновь посмотрел на меня, словно ища опровержения, но… не находя его.

— Я убью его!

Яр резко развернулся, но уходить не пришлось — Вейлан сам вошёл в палату и открыто встретил взгляд Яра. Они были примерно одного роста, даже комплекция совпадала, хотя Яр был старше на пять лет Инвергарда, но всё-таки абсолютно разные. Лёд и пламень.

Две противоположные стихии, сильнейшие драконы. Если они сойдутся, то академия не выстоит!

Я тут же попробовала встать, чтобы прервать их спор, но руки отца легли мне на плечи, удерживая в постели. Король не собирался защищать моего истинного, а Данияр быстро преодолел разделяющее его и Вейлана расстояние и пригвоздил того к стене. Так легко, словно Инвергард ничего не весил. Но я понимала, что Вейлан поддался. Расслабился, опустил руки и лишь смотрел на Яра глазами, в которых вихрилась сама вьюга.

— Ты знал, что её ждёт, когда прибыл в Раманию?!

Надо же, у Данияра работают мозги даже в этот момент. В первую очередь уточняет. Настоящий политик. Вот только мне от этого не легче. Мне не нравилось, как Яр прижимает Вейлана, и я вновь попыталась встать, но опять не позволил отец.

— Яр, отпусти его! — потребовала я. — Мы ведь можем поговорить спокойно!

— Спокойно я мог разговаривать в Рамании, до того как на тебя покушались, — рыкнул Данияр и надавил на плечо Вейлана, требуя ответа. — Я жду!

— Знал, — спокойно откликнулся Вейлан. — Но понятия не имел, что моя истинная — огненная драконица, поэтому пытался держаться от неё подальше.

— Пытался? — уточнил Яр и приложил Вейлана о стену, а я всё-таки вскочила на ноги и бросилась к ним. — Как ты пытался, если не уехал сразу же?! Договор между академиями?! Уверен, для наследника королевства не составило бы труда избежать договора! Ты сам не захотел уезжать!

Я схватила брата за руку и попыталась его оттащить, но легче гору было сдвинуть. Вейлан бы сам мог освободиться, вот только даже не пытался. Смотрел исключительно на Яра, а у меня сердце заходилось от беспокойства.

И до меня слишком поздно дошли слова брата. Вейлан… действительно знал о нашей истинности и всё равно доставал меня в академии, не давал прохода… он понимал, к чему это может привести. Я изумлённо посмотрела на ледяного мага.

— Ты ведь связан с истинной? — уточнил Вейлан, хотя уже знал ответ на этот вопрос. — Так каково тебе было бы отказаться от неё? Держаться подальше, на расстоянии? Получилось бы? — На лице брата заходили желваки, а ледяной маг продолжил: — И это при том, что твоя истинная — не драконица. Я знал, что её также тянет ко мне с первой минуты нашего знакомства, и от этого сопротивляться притяжению становилось ещё сложнее.

— Ты должен был попытаться, — рыкнул брат, но хватка ослабла. — Должен был!

— Должен, но не смог. Я дал слабину. Убьёшь? — невесело усмехнулся истинный. — Твоя сестра последует за мной — и ты это знаешь. Потому что я бы тоже не смог жить без неё. Мы связаны даже сильнее, чем ты со своей…

— Заткнись, — не выдержал Яр и ещё раз приложил Вейлана, но на этот раз я смогла протиснуться под его руку и закрыть собой Инвергарда, встав между мужчинами. — Аэнрика, отойди!

— Яр, прости, но я люблю его, — признание вылетело так легко, а руки Вейлана тут же обвили мою талию, притягивая меня ближе к нему. — И он прав. Не сможем друг без друга жить. Ритуал привязки лишь дело времени. Мы здесь, в этой точке, и двигаться нужно отсюда, а не искать решения в прошлом.

Яр отпустил и отошёл от нас, но всё ещё злился и бросал на Вейлана раздражённые взгляды. А вот сам истинный стоял позади, прижавшись ко мне и положив подбородок на мою макушку. Кажется, даже поцеловал волосы — но последнее мне могло показаться.

— А если она умрёт? — уточнил Яр с ненавистью.

— Боюсь, даже тогда ты не успеешь меня убить, — откликнулся Вейлан, и раманский принц выругался, уперев руки в бока. — Ты обвиняешь меня в эгоистичности, будто меня не волнует судьба Рики, но я сам себя ненавижу за принятые решения, просто по-другому не смог. К тому же, — Вейлан сглотнул, — у нас может быть шанс.

— Шанс был до того, как в Рике проснулся огонь, — подал голос отец. Он старался не смотреть на Вейлана, судя по всему, чтобы не потерять контроль. — Вы уже выяснили, кто устроил покушение?

— Не совсем, — откликнулся Вейлан и немного отстранился от меня, но при этом приобнял одной рукой за талию. — Полагаю, здесь идёт двойная игра.

— О чём ты? — недоумённо уточнила я.

— Йостен признался, что он устроил ловушку, — откликнулся ледяной дракон и прежде, чем мой импульсивный брат отправится искать Йостена, добавил: — Хотел, чтобы в Рике пробудился огонь — для этого договорился со Стихией, вьюга в её прямом воплощении была катализатором пробуждения огня. Но я не верю в это.

— Йостен солгал? — прищурилась я.

— И это тоже маловероятно, — покачал головой Вейлан.

— Не понимаю, — отец всё-таки поднял взор с бушующим пламенем в нём на Вейлана. — Зачем кому-то пробуждать в Рике огонь? И почему этот мерзавец ещё не на виселице?

— Во-первых, это мой названый брат, поэтому я ему доверяю. А во-вторых… он руководствовался своими знаниями о проклятье семьи Эрленд. Раньше в нашей семье умирали от ледяной магии каждый второй ребёнок, тогда мой предок взмолился. Стихия помогла, но взамен попросила об услуге — соединить лёд с огнём.

— Найти истинную — огненную драконицу?

— Полагаю, что да, хотя просьба звучала как найти самую сильную огненную магичку.

— Самый сильный огонь в драконах, — подтвердил брат задумчиво. — Мы — сама суть огня, а не просто его отражение.

— Да, но семьсот лет назад мои предки были уверены, что все огненные драконы покинули Райвим. Хотя все это вскоре потеряло смысл: мой предок, так же как и я, не смог противиться зову к другой. Он женился не на огненной магичке, а на той, кого любил, — Вейлан проникновенно посмотрел на меня и погладил пальцами моё предплечье. — В итоге Стихия отомстила. Начала сковывать льдом жилые территории.

— Или она сама не могла справиться со льдом внутри, когда забирала проклятье с вашей семьи, — задумчиво исправил Яр. — А вы не захотели ей помочь.

— Не получилось, — подчеркнул Вейлан. — Ты бы смог отказаться от своей истинной в угоду другой?

— Если бы не встретил Джесселин, — пояснил Яр. — А вы могли заранее всё предугадать.

— Дела давно минувших дней. Не стану опровергать, как и поддерживать. Но с тех пор Стенфрид уменьшился почти вдвое, а сбежать от стихии не успели многие тысячи, умерев от её льда.

— И ты решил, что Рика сможет помочь снять проклятье? — уточнил отец. — Но ведь однажды это не сработало, на втором поколении.

— Именно поэтому я не собирался рисковать Рикой, — пояснил Вейлан. — Сколько раз мне ещё стоит сказать, что я не справился с притяжением своего дракона? Или с самим собой. Выбирайте любой вариант, мне без разницы. Но вы оба должны понимать, что Рику я не отдам. Ни вам, ни самой смерти.

Мои щёки вспыхнули румянцем. Я с нежностью посмотрела на истинного и прижалась к нему сильнее. Яру и отцу оставалось лишь отступить.

— Я хочу тебе верить, — откликнулся Данияр, — но как я могу, когда ты доверяешь своему названому брату, который покушался на твою истинную? У тебя явно проблемы с кругом доверия.

— А у тебя — с самим доверием, — не остался в долгу Вейлан. — Я почти уверен, что его используют. Я и раньше догадывался, что его отец примкнул к тем, кто хочет свергнуть нынешнюю власть путём убийства всех членов семьи Эрленд, но сейчас почти уверен в этом. Единственное, что останавливает этих безумцев, — это неосведомлённость по поводу других детей королевской семьи и их места расположения. Йостен думает, что спасает меня и мою семью, пробудив в Рике огонь, ведь его заставили поверить, что именно мы снимем проклятие. Для этого он даже пробудил Камаю — я вновь ощутил его магию тогда, в подземельях, — вот только искра в Рике осталась спящей, хотя источник зашевелился, — сделал выводы Инвергард и посмотрел на меня. — Ты ведь сама жаловалась, что твой источник был нестабилен. Тебя подтолкнули к пробуждению огня.

— Что тогда делать? — спросила, сглотнув. — Если Йостен желает добра, а на самом деле…

— Я думаю, есть один человек, точнее, дракон, который может помочь, — откликнулся Вейлан и в упор посмотрел на короля. — Эринг Камая. Он старше всех нас. Он жил в то время, когда драконы ещё населяли этот мир. Возможно, он знает, как соединить нашу с Рикой магию?

— Он ничего не помнит, — признался отец.

— Вы уверены? — уточнил Вейлан. — Или он лишь скрывает это?

— Мы проверяли его ментально. Заклятье заблокировало его воспоминания.

— Но ведь возможно разблокировать? — спросил брат. — Ментальные маги должны справиться с откатом.

— Вы ведь оба понимаете, что едва Камая всё вспомнит, то поймёт, почему он полторы тысячи лет пробыл в качестве монстра, запертого в подземельях академии? — Отец подошёл ближе, встав рядом со мной. — Он будет мстить. Потомки Уле Торина ещё живы?

Вейлан кивнул.

— Я разберусь с этим. Предупрежу Найлса обо всём, как и Йостена, — но после встречи с королем.

Я не сразу вспомнила фамилию одного из семёрки, но быстро сопоставила — Уле Торин и Найлс Торин. Сердце тронула тревога. Найлс мне казался спокойным и приятным парнем, он один из тех, кто спасал меня от Эрингского Монстра.

— Мы попробуем пробудить его воспоминания, но даже тогда я не уверен, что он что-то знает. Риск может быть неоправдан.

— Я понимаю. Поэтому предлагаю поиски среди архивных записей огненных драконов. К сожалению, наши архивы и знания нам не помогли в снятии проклятья или в задержке Стихии.

— Знания нужно объединить, — согласился отец, — поэтому предлагаю встретиться с его величеством Торнбёргом. И, как я понимаю, медлить в отношении отца твоего названого брата тоже нельзя — как, говоришь, его зовут?

— Ястен Эбб, — откликнулся Вейлан. — Я уже сообщил все Его Величеству Торнбёргу по ментальной связи. Он ждёт нас.

Вейлан развернулся и начал открывать портал. Я заворожённо следила за снежинками льда, морозившими воздух, — до этого так детально мне удавалось увидеть лишь огненные порталы. Я заметила интерес и в глазах папы и брата, которые подались вперёд.

— Прошу, — отошёл в сторону Вейлан, при этом крепко держа меня за руку.

Это был своего рода акт доверия. То, как уверенно его высочество и его величество шагнули в портал, говорило о многом — они готовы сотрудничать ради меня.

— Ничего не бойся, — шепнул Вейлан.

— Как твоё крыло? — обеспокоенно спросила я.

— Во дворце мне нужно будет заглянуть к королевскому целителю, думаю, он быстро поправит моё здоровье, — сказал Вейлан и утянул меня в портал.

Поместье Эбб, Стенфрид

— Лорд Ястен Эбб, вы задержаны по обвинению в покушении на её высочество принцессу Аэнрику Раманскую, — в дом вошел сам глава внутренней разведки, чему высокий светловолосый мужчина немало удивился.

Он отставил чашку чая и поднялся. В этот же миг рядом открылся портал, из которого вышагнул его сын. Йостен мгновенно оценил ситуацию и нахмурился.

— Ты рассказал Вейлану? — уточнил отец у сына. — Я ведь просил тебя держать язык за зубами…

— Он почувствовал мою магию, — растерянно откликнулся сын и вновь перевел взгляд на главу внутренней разведки. — Мне нужно поговорить с его величеством. Лично. Проведите меня к нему.

— Разумеется, — легко согласился служащий. — Вы свободны и по-прежнему вхожи в ближний круг его величества, но ваш отец — задержан. Прошу вас, лорд Ястен, давайте обойдемся без громких заверений в невиновности и пройдемте в моё министерство. Обещаю выделить вам комфортную комнату для разговора.

— Вернее, допроса? — уточнил Эбб-старший с усмешкой и посмотрел на сына. — Вот чего стоит твоё доверие, сын. Ты меня не слушал. Вейлану… Эрленду нельзя доверять.

— Он не мог так поступить, — тихо произнес Йостен. — Мы ссоримся, но всегда оставались братьями. К тому же я и слова не говорил о тебе.

— Видимо, ему и не нужно было говорить — он и так все понял, но тебя тронуть не посмел: ты ведь все-таки его брат.

— Йостен, — обратился достаточно фривольно глава внутренней разведки, — прошу тебя, отправляйся к его величеству. Тебе все объяснят.

— Я и так уже все понял, — тихо произнес мальчишка и… выпустил ледяную стену.

Разумеется, стражи смогли поставить щиты, но, пока Йостен держал оборону, его отец создал портал, куда прыгнул сам и увлек сына. Они вышли в обледенелом коридоре. Вокруг властвовала стихия, только неприятная, колющая. Йостен поежился, вопросительно взглянув на отца.

— Где мы?

— Под последними Ледниками. На некогда жилых территориях, но сейчас… мертвых, безжизненных. Мы примкнем к движению сопротивления, Йостен.

— Послушай, я поговорю с Вейланом…

— Время разговоров прошло, мой дорогой сын. Пойдем, я покажу тебе кое-что.

Он подвел его дальше, к краю коридора, где Йостен сразу почувствовал приближение стихии и тяжело задышал.

— Она беснуется, Йостен. И рано или поздно вырвется еще — мы очистили ближайшие территории, но что, если она шагнет дальше? Обычные земледельцы не хотят покидать свои угодья и уговорить их не так просто. Они и их семьи погибнут. На одной чаше жизнь королевской семьи, включая твоего названого брата, а на другой — люди, обычные, живые. Кого ты выберешь?

Йостен тяжело задышал. Этот выбор всегда его пугал, но отец уже не первый раз заводил разговор об этом. Он всегда сопротивлялся и уговаривал, что есть другой путь. Он же и разработал этот план с истинной, подговорил даже его величество — смог убедить, что Аэнрика Раманская именно та, кто нужна им, что она снимет проклятье. Тогда его величество согласился и отправил брачное предложение в Раманию.

А сейчас? К чему привела его доброта? Он хотел помочь Вейлану, спасти его от гибели, а тот предал его. Злится из-за сломанного крыла? Крыло пустяки по сравнению с жизнью, которую Йостен был готов ему подарить.

— Видимо, выбора нет, — тихо произнес парень. — Когда вы планируете… — он сглотнул, — покушение?

— В день объявления наследника. Тогда во дворце соберутся все… кто против нас и не согласен с нашей политикой.

— С нашей? — уточнил Йостен. — Так ты давно примкнул к сопротивлению?

— Я лишь забочусь о своей земле, о своем Стенфриде, — уверенно произнес отец и протянул руку сыну. — Я ради тебя готов был изменить план, но… не сработало. Йостен, что ты думаешь теперь?

Обида, горькая обида толкала его на неверный путь.

— Ты собираешься убить слишком многих. На том балу наверняка будут и огненные драконы — они не оставят свою дочь без защиты до тех пор, пока… — Он не договорил, осекся.

До каких пор? Пока она не умрет?

— Их мы выманим — сможем устроить представление в Рамании, чтобы огненные драконы были там. Проблемы с таким сильным королевством, как Рамания, нам совсем не нужны.

— Но Аэнрика…

— Она почти связана с Вейланом. Её драконица все равно не переживет потери.

Йостен прикрыл глаза. Все, к чему он стремился, в итоге потеряло смысл.

— Обещай, что дашь им время до бала. Если у них получится снять проклятье…

— Обещаю, Йостен, — улыбнулся отец и заключил сына в крепких объятиях.

Наконец-то он вновь вернулся под крыло родителей. Как Ястена раздражало то, что он больше предан Вейлану, чем ему, своему родному отцу! Этот мальчишка попортил много крови. Но теперь все наладится.

Ястен не мог действовать открыто без поддержки сына. Он его плоть и кровь, продолжение его рода. Он никогда бы не смог отказаться от сына.

_____________

Всем огромное спасибо за комментарии!)))

Напоминю, история Данияра Раманского тут:

https://litnet.com/shrt/khq0