14 глава

Просыпаюсь от тревожного ощущения, что уже слишком много времени. Где-то глубоко в подсознании бьется мысль – сегодня рабочий день, и я давно уже должна быть на ногах.

Верчусь, но не могу пошевелиться в постели, что-то мешает. А еще очень жарко, чувствую на себе непривычную тяжесть. Ничего не соображая спросонья, кое-как разлепляю слипшиеся веки и вижу перед собой спящего Глеба. Его рука лежит поперек моей талии, он крепко обнимает меня во сне. Все мышцы в моем теле тут же расслабляются, а грудь затапливает теплом. Я улыбаюсь. Смотрю на него и улыбаюсь.

Значит, все это не сон – у нас была потрясающая ночь. Я даже забыла поставить будильник, а ведь рабочий день сегодня никто не отменял.

Пытаюсь осторожно выбраться из объятий и слезть с постели, но меня тут же перехватывают и силой возвращают обратно.

– Ты куда собралась, – сонно произносит Глеб, подминая меня под себя. – Я тебя не отпускал.

– Глеб, – тихонько смеюсь я, – мне же на работу надо. Я и так, похоже, опоздала…

– На какую еще работу? – строго спрашивает он, не открывая глаз. – Тебе разве можно работать в твоем положении?

– Конечно, можно, – улыбаюсь, упрямо пытаясь выбраться из его рук. – Я спрашивала у врача, не переживай.

– Хм, ну ладно, – снисходительно отвечает он (можно подумать, для продолжения работы в клубе мне требуется его персональное разрешение), но при этом выпускать меня из своих медвежьих объятий не торопится.

– Глее-еб, – предостерегающе тяну я.

– Ну подожди немного, никуда не убежит твоя работа, – бормочет он, заваливая меня на лопатки и нависая сверху.

– Глеб, я и так уже, кажется, опоздала. Пусти, – прошу я, корча жалобную мордашку. – Ты поспи еще, всю ночь ведь не спали. Я туда и обратно. Уснешь и не заметишь, как я вернусь.

Он наконец сдается, позволяя мне выскользнуть из своих рук. Но сам и не думает засыпать. Перекатывается на спину, лениво потягивается и вслед за мной поднимается с постели.

– Я тебя отвезу. И потом заберу. Скажи, во сколько заканчиваешь.

– Надеюсь, ты не из тех мужчин, которые контролируют каждый шаг своей девушки и требуют ежеминутного отчета? – усмехаюсь я, торопливо выуживая из шкафа халат. Накидываю его на себя, разворачиваюсь и снова оказываюсь лицом к лицу с Глебом. Он так незаметно подошел сзади, что от неожиданности я вздрагиваю.

– Не знаю… – медленно произносит Глеб, укладывая обе ладони мне на талию и без церемоний притягивая к себе. – У меня так давно не было девушки. Боюсь, тебе придется со мной несладко.

Я смотрю ему в глаза, и губы сами собой растягиваются в улыбку.

Не знаю, не знаю, Глеб. Сегодня ночью было очень даже сладко.

Щеки заливает румянец, я смущаюсь собственных мыслей. И не осмеливаюсь произнести их вслух.

Так необычно все, что между нами сейчас происходит. До сих пор не могу в это поверить. Мы вместе. И это вполне законно. Мне не нужно испытывать угрызения совести перед Егором, не нужно корить себя за аморальные желания.

Я с Глебом. Имею полное право касаться его. Провести пальцами по колючей от легкой щетины щеке. Вот так… И он прикрывает глаза на секунду. Бесшумно выдыхает, наслаждаясь моим прикосновением.

– Может… устроим сегодня тебе выходной? – вкрадчиво предлагает, накрывая ладонью мою руку на своей щеке.

Теперь уже я прикрываю глаза и, не переставая улыбаться, отрицательно кручу головой.

– Я бы с радостью, но сегодня у меня… важные дела, – вскидываю взгляд и слегка морщу нос, вспоминая про свои насущные проблемы.

– Ну хорошо… – соглашается Глеб с неохотой. Наклоняется ближе и влажно целует меня в шею чуть ниже уха, пуская по коже ворох горячих мурашек.

Я улыбаюсь еще шире, втягиваю голову в плечи и настойчиво выскальзываю из его рук.

Очутившись на кухне, первым делом разыскиваю свой телефон и прихожу в ужас – оказывается, уже почти полдень! И я пропустила тренировку!

Это серьезный косяк. И если Ринат каким-то чудом передумал выполнять свое вчерашнее обещание уволить меня по статье, то теперь у него уж точно есть для этого все основания. Какое счастье, что я беременна, и наше законодательство надежно защищает меня от такого исхода событий!

Мы с Глебом садимся за стол, быстро пьем чай с бутербродами, после чего я несусь обратно в спальню, со скоростью света одеваюсь и, практически на ходу запрыгивая в туфли, выбегаю из квартиры. Глеб не разделяет моей панической спешки. Неторопливо выходит вслед за мной, впрочем, тоже уже полностью одетым.

– Ну пожалуйста, быстрее, – жалобно прошу я, хватаю его за руку и тяну за собой к лифтам.

– Насть, успокойся? Ты все равно уже опоздала. Пять минут разницы теперь погоды не сыграют.

– Я просто переживаю, что меня уволят, пока я буду до работы добираться! Конечно, беременных вроде как нельзя увольнять, но мало ли…

– Не переживай. Если вдруг даже уволят, я выкуплю этот твой клуб и верну тебя обратно. Если тебе так нравится там работать.

Я оборачиваюсь на ходу и смотрю на него с упреком.

– Глеб, когда ты шутишь, как Егор, мне становится не по себе.

Его лицо заметно мрачнеет при упоминании о младшем брате, а я закусываю губу, понимая, что сморозила лишнее.

– А кто сказал, что я шучу, – хмуро произносит он.

* * *

Глеб подвозит меня прямо к центральному входу в клуб, перегородив своим огромным джипом все движение на парковке. Я наклоняюсь к любимому, чтобы быстро поцеловать и как можно скорее покинуть машину, но у старшего Орлова совершенно иные планы. Он обхватывает ладонью мой затылок и безапелляционно углубляет поцелуй.

Я тут же плавлюсь и мгновенно завожусь. Обнимаю его за шею двумя руками, тесно прижимаюсь всем телом, с удовольствием отвечаю на поцелуй. И плевать, если кто-то из моих коллег это увидит. Плевать, что они там могут подумать.

Мне так нравится это безумие…

Сзади кто-то начинает нетерпеливо сигналить, и я вспоминаю, где мы находимся и зачем сюда приехали. После жарких поцелуев с Глебом меня уже не так пугают последствия моего опоздания на работу. Но поторопиться все же стоит.

– Глеб, Глеб, мне надо идти… – шепчу ему в губы со сбившимся дыханием.

– Да, да… – вторит он мне, а сам даже и не думает отпускать.

– Глеб… – выдыхаю полустоном.

– Мне так мало тебя…

Я улыбаюсь во весь рот, пока он продолжает покрывать моё лицо и шею поцелуями.

– Эй, я заканчиваю в пять. Потерпишь до пяти? – спрашиваю игриво, запуская пальцы в его короткие волосы.

Глеб с неохотой отпускает меня, смотрит в глаза и ухмыляется одним уголком губ.

– Номер свой введи, – протягивает мне свой смартфон.

Я торопливо забираю гаджет из его рук и очень быстро набиваю цифры на гладком экране, потому что сзади снова начинают сигналить.

– Ну все, я побежала…

С губ снова рвется признание. Я закусываю щеку изнутри, чтобы не произнести вслух – «люблю тебя».

Вместо этого просто смотрю на Глеба широко распахнутыми глазами, оглушенная собственным порывом. Сама себе не верю – разве можно так быстро?

– Беги, – снисходительно произносит старший Орлов, ни на секунду не разрывая нашего зрительного контакта. Будто тоже хочет сказать мне значительно больше. Но упрямо молчит.

С неловким чувством в груди от этой недосказанности я выпархиваю из салона автомобиля.

Пока лечу к входу в клуб, в пульсе часто-часто бьется – «люблю».

Улыбаюсь, как сумасшедшая. Народ в холле странно косится на меня, и я изо всех сил стараюсь принять обычный вид. А то и правда решат, что у меня с головой не все в порядке.

Старательно пряча улыбку на губах, шагаю наверх. По мере приближения к залу, где проходят мои занятия, мне становится все тревожнее.

Теперь, когда Глеба рядом нет, моя совесть, наконец, пробуждается и начинает качественно поедать меня изнутри. Как долго мои подопечные ждали меня сегодня утром? Нажаловались ли администратору? И что предприняли коллеги? Извинились и отправили всех по домам или нашли, кем меня заменить?

И вдруг меня осеняет – на моем телефоне ведь не было ни одного пропущенного вызова! Никто мне даже не позвонил! Не поинтересовался, где я и почему не предупредила, что не приеду на работу? Это плохой, очень плохой знак.

Захожу в свой зал и обнаруживаю там Регину. Судя по всему, она готовится провести и следующую тренировку вместо меня.

– Привет, Регин! – громко здороваюсь, стараясь скрыть волнение и придать своему голосу непринужденный тон. – Тебя, наверное, попросили меня подменить? Ты не представляешь, какая история со мной сегодня приключилась! Но к счастью, я уже здесь, так что ты можешь вернуться к своим делам.

– Привет. – Коллега смотрит на меня так удивленно-растерянно, что моё нехорошее предчувствие многократно усиливается. – Насть, а мне сказали, что ты больше не будешь у нас работать. Совсем.

Хоть я и предвидела такое развитие событий, все равно, услышать подобное, мягко говоря, неприятно. Делаю глубокий вдох через нос, стараясь держать лицо, и как можно более ровным голосом спрашиваю:

– Кто сказал?

– София, – бестолково хлопая глазами, отвечает Регина.

– Ясно, – с неестественной улыбкой на губах произношу я. – Я тогда пойду. Поинтересуюсь. Чего это вдруг.

– Сходи, конечно…

Негодуя всеми фибрами души, разворачиваюсь на пятках и марширую на третий этаж, в офис администрации нашего спортивного клуба.

Конечно, для меня новость об увольнении не стала сюрпризом, но чтобы так быстро? Интересно, что этот придурок Ринат наплел Софии?

Нахожу кабинет эйчара, стучусь для приличия пару раз и, не дожидаясь приглашения, толкаю дверь.

– А, Настя. Проходи, – прохладным тоном предлагает мне София, оторвав взгляд от бумаг на своем столе. – Присаживайся. Я как раз собиралась тебе звонить, ты вовремя пришла. Вот держи, – протягивает мне несколько листов А4.

– Здравствуйте, София, – в тон ей прохладно здороваюсь я. – Что это? – киваю на бумаги в ее руке, не торопясь их забирать.

– Это приказ на увольнение. Ознакомься и подпиши.

Я делаю несколько шагов в сторону, медленно опускаюсь на стул возле ее стола, по-прежнему игнорируя протягиваемые мне бумаги.

– И откуда взялся такой приказ? Что-то я не припомню, чтобы писала заявление на уход.

– Хм, мне казалось, Ринат поставил тебя в известность. Ты вроде даже на работу сегодня уже не вышла?

– Я просто опоздала. По уважительной причине. И хотелось бы понять, с чего вдруг меня хотят уволить?

София поднимается со своего кресла, обходит стол и кладет бумаги на стол передо мной.

– Сверху уже давно распорядились, чтобы мы сократили слишком раздутый штат. Ринат вчера отправил мне список на сокращение. Сказал, что всем сообщил. Ты в том числе должна быть в курсе.

Я изумленно усмехаюсь и накрываю рукой лицо.

– Не переживай, Насть, ты получишь компенсацию, – разглядывая меня сверху, смягчается эйчар. – В размере двойного оклада. Этого хватит на время, чтобы подыскать новую работу.

– Мне нравится эта работа! – возмущенно выпаливаю я, убрав от лица ладонь и вперивая недовольный взгляд в женщину.

– Я все понимаю, но, к сожалению, ничем помочь не могу, – снова становится холодной София.

– Так, ладно, – устало вздыхаю я, отодвигая от себя бумаги. – Вы не можете уволить меня. Потому что я беременна. По закону вы не имеете права теперь меня уволить или сократить.

София склоняет голову на бок и удивленно выгибает идеальную по размерам и форме бровь.

– И почему же я об этом ничего не знала?

– Потому что я сама только недавно узнала, – пожимаю плечом.

– Или только что придумала? – еще выразительнее выгибает бровь София.

Я невесело усмехаюсь:

– Неужели я произвожу впечатление лгуньи?

– Прекрати, Настя, – с пренебрежением морщится эйчар. – Я знаю, что у вас с Ринатом из-за этой ситуации произошел конфликт. Он все мне рассказал.

– Да неужели? Все-все?

– Все, Настя.

– И даже то, что он предлагал мне спать с ним, чтобы меня не сократили?

– Настя, хватит разыгрывать тут спектакль. Это тебе ничем не поможет. Ринат предупредил меня, что ты очень агрессивно отреагировала на новость об увольнении. И угрожала его оговорить.

– Вот же сволочь…

– Настя, – строго смотрит на меня эйчар. – Ты молодая, здоровая девушка. Это всего лишь работа. Найдешь себе другую. Зачем опускаться до такой низкой лжи и клеветы?

У меня буквально дар речи пропадает от её слов. Внутри все клокочет уже не просто от возмущения, а от самой настоящей злости. Да как она смеет так со мной разговаривать!

Я медленно поднимаюсь со стула, собираясь популярно объяснить ей, насколько она сейчас не права. А также предъявить доказательства. Но в последний момент осекаюсь – эйчар сложила руки на груди и смотрит на меня с таким презрением, что мне невольно хочется поскорее уйти из ее кабинета и вообще ни о чем больше с ней никогда не говорить.

Она так категорично настроена против меня, что и записи с диктофона вряд ли поверит. Решит, что я ее тоже подделала, специально чтобы оговорить Рината.

Оправдываться, доказывать что-то – кажется мне унизительным.

Мгновение я в нерешительности смотрю на Софию, не зная, как лучше поступить. Мне настолько неприятна вся эта ситуация, что я уже сама не хочу работать в этом клубе. Чувствую себя так, будто очень сильно испачкалась в чем-то липком, грязном. Хочется поехать домой, помыться. И никогда больше не касаться этой мерзости.

Сажусь обратно на стул, придвигаю к себе бумаги, подписываю их, встаю и ухожу вон из этого места. Бросив на Софию едкий взгляд напоследок. На лице же эйчара играет легкая самодовольная улыбка. И я еще раз убеждаюсь, что работать рядом с такими людьми мне не хочется. Даже если она не виновата, а это Ринат её так накрутил.

Но как бы там ни было, София не имела никакого права разговаривать со мной в подобном тоне. Это крайне непрофессионально с ее стороны.

Спускаюсь в раздевалку, открываю свой шкафчик, начинаю собирать вещи. Меня всю трясет от злости. Все, что случилось, ужасно несправедливо. И очень бесит тот факт, что я уйду, смирившись с этим.

Хочется возмездия. До зубовного скрежета. Поставить на место этого гада, как-то проучить. Потому что нельзя оставлять подобные вещи безнаказанными.

И вдруг мне в голову приходит безумная идея. Настолько безумная, что в первые мгновения я даже мысли не допускаю, чтобы претворить эту задумку в жизнь. Просто стою и недобро ухмыляюсь сама себе.

Но еще через минуту думаю – а почему бы и нет? В сущности ведь он это заслужил. Да и Софии нос утру.

Сажусь на скамейку, достаю свой телефон, открываю мессенджер. Нахожу общий чат со всеми сотрудниками «Банзая» и начинаю быстро строчить:

«Дорогие коллеги! Хочу попрощаться с вами, к сожалению, меня сегодня уволили. Рада была работать в таком замечательном коллективе! Хочу пожелать всем удачи, а также предупредить женскую половину нашего клуба о возможной опасности. Что за опасность, вы поймете, прослушав эту аудиозапись».

Прикрепляю файл с записью диктофона и сразу же жму кнопку «отправить», пока не передумала.