5 глава

Оставшиеся несколько дней до выходных пролетают незаметно, даже несмотря на мое заточение дома. Аня, секретарь Егора, нашла для нас ивент-агентство, менеджер которого взял на себя всю подготовку к свадьбе и теперь звонит мне каждые пятнадцать минут. Колено уже совсем перестало болеть, и я несколько раз даже съездила на встречу к организатору – выбрать ресторан, оформление зала, согласовать примерное меню, составить список гостей. А также успела посетить свадебный салон и примерить несколько платьев.

Казалось бы, такие приятные хлопоты, я должна летать на крыльях счастья. Но вместо этого душу непрерывно терзает какая-то необъяснимая тревога. Изо всех сил пытаюсь отмахнуться от нее, настроить себя на позитивный лад, радоваться предстоящему событию, но не получается.

Отношения с Егором после той ссоры из-за чаепития с Глебом стали натянутыми. То есть, вроде бы мы общаемся как прежде, но я чувствую поселившийся между нами холод и ничего не могу с этим поделать. Из-за этого приближение свадьбы не радует, а удручает.

Такое положение вещей кажется мне ненормальным.

Звонила, делилась переживаниями с Викой. Подруга меня успокаивала, уверяла, что у многих так. Перед свадьбой и жених, и невеста всегда волнуются, ведь связывают свои судьбы на всю жизнь.

Зато Глеба после той ночи будто подменили. Все эти дни он пребывает в отличном настроении. Договорился со своим знакомым по поводу двухдневного тура – сплав по горной реке с настоящими порогами!

Егор по-прежнему не в восторге от этой затеи, но ехать больше не отказывается. А я очень жалею, что вообще предложила подобное. Казалось, если бы не это, между мной и моим будущим мужем все было бы сейчас хорошо.

Неизбежно наступают выходные.

В субботу мы поднимаемся еще до рассвета, завтракаем втроем, собираемся. Загружаем все необходимое во внедорожник Глеба и отправляемся в горы.

В открытые окна автомобиля врывается свежий утренний ветер, небо чистое, день обещает быть просто чудесным. Но настроения у меня нет совершенно.

Глеб за рулём, Егор рядом с ним на переднем пассажирском сидении, я же сижу сзади одна. И снова мне кажется это ненормальным. Почему Егор не сел рядом со мной?

Всю дорогу говорит только Глеб. Рассказывает, чем мы будем заниматься ближайшие два дня, кто будет нашими инструкторами, и какая программа нас ожидает.

Мы с Егором молчим.

– Что-то вы какие-то кислые, молодожены, – в какой-то момент с усмешкой заявляет старший Орлов. – Поссорились, что ли?

– Нет, с чего ты взял, – лениво отзывается Егор, закидывая руки за голову.

– А чего тогда лица как на похоронах?

– Да у меня контракт горит, работы хренова гора, – мрачно говорит Егор. – Когда что успею, месяц остался до свадьбы…

– Так и работал бы тогда, че ты с нами поехал?

– А че, я должен был вас одних отпустить?

– Почему нет?

Егор поворачивает голову к брату и несколько секунд смотрит на него в упор.

– Может, и на Мальдивы после свадьбы без меня тогда полетите? – сухо интересуется он после паузы.

– Да легко, – усмехается Глеб.

– А ты не охренел, братец?

– Да просто бесит твоя недовольная мина, Егор, – в один миг растеряв всю веселость, строго произносит Глеб. – Не надо нам великое одолжение делать. Если тебе так не в тему эта поездка, давай вернемся обратно прямо сейчас. Я могу и один смотаться на сплав, не маленький. А вы с Настей тогда уже в другой раз съездите, когда у тебя время появится. Думаю, ей с таким настроением тоже не айс куда-то тащиться.

Егор ничего не отвечает, отворачивается, с минуту молчит, глядя перед собой. Потом протягивает руку и хлопает Глеба по плечу:

– Ладно, ты прав, брат. Я реально сейчас веду себя, как олень. – Оборачивается назад, смотрит на меня, улыбается виновато. – Прости, малыш. К черту эту работу. Давайте отдохнем как следует.

От этой улыбки у меня на сердце мгновенно трескается лед и становится очень тепло. Не могу на него злиться. Ласково улыбаюсь в ответ.

Егор отворачивается, а я ловлю на себе взгляд Глеба в зеркале заднего вида. Старший брат тоже смотрит на меня с улыбкой и едва заметно подмигивает.

Грудь затопляет теплом с двойной силой. На этот раз уже по отношению к старшему брату.

* * *

Мы приезжаем в место сбора. Егор открывает дверь с моей стороны и подает руку, помогая выйти из автомобиля.

Бросаем машину на стоянке и идем к разномастной толпе людей, что собрались у одной из многочисленных беседок на берегу.

Вокруг такая красота. Горы. Высоченные сосны с идеально ровными, как стрелы, стволами, устремленными в небо. Рядом шумит бурная горная река, свежий воздух сладко пахнет дикими цветами и разнотравьем.

Двое крепких парней в спортивных шортах и майках-борцовках, завидев нашу троицу, отделяются от толпы и идут навстречу с широкими улыбками на лицах. Здороваются за руку с моими парнями, хлопают друг дружку по плечам. Глеб знакомит нас, и выясняется, что это наши инструкторы.

Все вместе мы отправляемся знакомиться с остальными участниками нашего экстремального приключения. Все они молодые, спортивные, веселые, мы очень быстро вливаемся в коллектив, начинаем общаться, шутить, смеяться. Наша троица оказывается в центре всеобщего внимания. Я не сразу понимаю почему, но потом доходит – это все Глеб с Егором. Не каждый день встретишь близнецов, да ещё и таких харизматичных.

Вскоре инструкторы предлагают всем пройти к большому черному фургону, что ожидает неподалеку. Он должен отвезти нас к месту старта сплава.

Водрузив на спины походные рюкзаки, народ тянется в указанном направлении. Всеобщий азарт, предвкушение отличного отдыха буквально витают в воздухе, и я невольно заражаюсь этим. Вижу, что мои парни тоже в отличном настроении. Улыбаются, о чем-то воодушевленно болтают между собой, а я смотрю на них украдкой и не могу налюбоваться. Особенно греет душу, что они наконец дружны.

Загрузившись в машину, мы едем вверх по ухабистой дороге. Народ смеется, не смолкает ни на минуту, и мне так безумно нравится происходящее, что невольно начинаю задумываться – почему мы с Егором никогда не устраивали подобные вылазки раньше? Это ведь так здорово!

Приезжаем на место, выгружаемся, инструкторы ведут нас на берег к лодкам, выдают спасательные жилеты, шлемы, весла. Проводят инструктаж.

Меня вдруг с ног до головы охватывает волнение. Очень внимательно слушаю. Когда один из инструкторов начинает рассказывать, что делать, если вы выпали из лодки – по коже невольно пробегает озноб. И в этот же момент чувствую на себе взгляд. Правую половину лица беспощадно жжет. Поворачиваю голову и встречаюсь глазами с Глебом.

В груди становится горячо. Он смотрит на меня, когда все вокруг смотрят только на инструктора и внимательно слушают его речь. Резко отворачиваюсь, крепче сжимаю руку Егора, что нежно обнимает мою талию, пытаюсь вновь сосредоточиться на инструктаже, но тщетно. Такое еще минуту назад шикарное настроение стремительно катится куда-то вниз.

Закончив инструктаж, парни в борцовках идут к лодке, мы все дружно топаем за ними. Сгружаем рюкзаки в центр, начинаем занимать свои места по бортам.

У меня ощутимо дрожат колени, потому что я так и не поняла, что делать, если упадешь в воду? Кажется, выставить перед собой весло, а если потеряешь его, тогда просто развернуться и плыть ногами вперед. Но чем это поможет, если напорешься на торчащий из воды острый камень, оставалось неясным.

Зато кроме меня, кажется, больше вообще никто не переживает. Народ продолжает весело и непринужденно общаться между собой. Отовсюду то и дело слышится чей-то звонкий смех. Каким-то отдаленным уголком сознания, неподверженного в эту минуту панике, я отмечаю, что мои близнецы пользуются бешеным вниманием у местных девушек. Егор чувствует себя как рыба в воде. Подает кому-то руку, помогает переместить в лодку рюкзак, что-то любезно объясняет, улыбается, шутит. И Глеб ему ничуть не уступает. Тоже помогает одной из девушек забраться в лодку. Само очарование, черт побери.

Мне настолько не нравится увиденное, что я на время даже забываю про свой страх свалиться в воду.

Когда все участники заплыва наконец забираются на борт, Глеб и Егор садятся по обе стороны от меня. Инструкторы дают последние наставления. Меня снова начинает слегка трясти.

Егор привычным движением обнимает меня одной рукой за талию. Потом вдруг наклоняется к уху и тихо спрашивает:

– Ты чего вся дрожишь? Боишься, что ли?

– Немного волнуюсь, – шепотом признаюсь я.

Внезапно на мое колено опускается ладонь Глеба, заставляя меня вспыхнуть и шире распахнуть глаза. Старший брат поворачивает голову и смотрит на меня в упор.

– Не бойся. Будешь падать – мы тебя поймаем, – негромко заверяет он.

Я не успеваю ничего ответить. В этот самый момент инструктор отдает команду, и наше приключение начинается

Оказывается, сплав по горной реке – это обалденная вещь. Давно я не испытывала таких захватывающих эмоций! И почему раньше не додумалась попробовать?

Нас то подбрасывает вверх, то мы стремительно несемся вниз. Адреналин будоражит кровь, эмоции захлёстывают – опасность, ледяные брызги воды, преодоление препятствий.

Вся наша команда гребцов работает слаженно, как один организм. Инструкторы отдают четкие команды, все что нужно – выполнять их, и я уже не чувствую себя новичком. Напротив, ощущаю себя важной частью единого механизма. Азарт и невероятный прилив жизненных сил заставляют дышать полной грудью, это потрясающе! Это не сравнится ни с чем другим.

Когда первый участок реки позади, от негативных мыслей, что мучили меня перед стартом, не остаётся и следа.

Настроение зашкаливает. Я радостно смеюсь, мы обнимаемся и целуемся с Егором, улыбаемся друг другу с Глебом. Всей гурьбой идём на берег, устраиваем привал. Разводим костёр, жарим шашлыки, общаемся. Я уже никого не ревную, наоборот, сама оказываюсь в центре внимания. Взахлёб общаюсь с малознакомыми девушками и парнями, делюсь впечатлениями, смеюсь…

После привала мы снова собираем все в рюкзаки и отправляемся преодолевать ещё один участок реки.

От второго заплыва эмоций ничуть не меньше, чем от первого.

Егор обнимает меня и хвалит за то, что я вытащила их с Глебом, я улыбаюсь довольная, как кошка. Едва не мурчу.

Темнеет в горах рано. И становится холодно.

Мы устраиваем очередной привал, разворачиваем палатки, спальные мешки. Надеваем тёплые вещи, разводим костёр, усаживаемся вокруг него всей толпой. Кто-то включает музыку на прихваченном с собой бумбоксе. Ритмичный бит разносится по берегу, еще сильнее подогревая и без того отличное настроение.

Совершенно чужие друг другу, люди теперь все уже общаются так, словно давние друзья. Мы с Егором сидим, укрывшись одним пледом, рядом с нами молодая семейная пара, и когда мы говорим, что скоро поженимся, все начинают нас поздравлять. Кричат «горько», мы целуемся на глазах у всех. Я чувствую себя счастливой.

Но всё очарование вечера резко идет на спад, когда к Глебу подсаживается какая-то молодая симпатичная девушка. Они начинают увлечённо о чем-то болтать, а я чувствую такой сильный укол ревности, что становится не по себе. Не понимаю, что со мной происходит. Это бесит.

Сильнее льну к Егору, он обнимает меня крепче, целует в макушку, но это не спасает от жгучего ощущения ревности, что с каждой минутой нарастает в грудной клетке.

После ужина народ начинает потихоньку рассасываться по своим палаткам. Но часть толпы, кажется, даже не собирается ложиться спать. Кто-то танцует, кто-то по-прежнему общается у костра, разбившись на небольшие группки.

Глеб со своей новой знакомой отправляются прогуляться. Уходят куда-то вглубь леса. Я невольно провожаю их взглядом и испытываю такие отравляющие душу эмоции, что хочется плакать. Натянуто улыбаюсь, слушая рассказы наших с Егором собеседников, а сама все вглядываюсь в темноту. Туда, где скрылась эта сладкая парочка.

Злюсь на себя. Что это еще за новости? С чего вдруг я ревную Глеба?

Я ведь желаю ему счастья. Сама не так давно предлагала познакомить его с девушкой, а теперь какая муха меня укусила?

Снова льну к Егору. Обнимаю его, шепчу на ухо, как сильно люблю. Предлагаю пойти уже спать в палатку. Он нежно гладит по спине рукой и трется носом о мою щеку:

– Устала, зайка?

– Да, очень, – корчу жалобную мордашку.

– Ты иди ложись. Я еще немного посижу.

– Не хочу без тебя, – капризно отвечаю я.

– Я скоро приду, – с теплой улыбкой заверяет он и чмокает в губы.

Я ухожу с тяжестью в груди. Безумно хочется его объятий. Кажется, будто они сейчас способны избавить меня от любых переживаний и проблем. Но уговаривать – не мой конёк. Да и лишать его удовольствия общения с приятными людьми, сидя у костра, было бы слишком эгоистично с моей стороны. Он действительно много работает последнее время. Пусть отдохнет.

Забираюсь в палатку, разворачиваю наш двухместный спальник. Снимаю с себя теплые вещи и, оставшись в одних шортах и футболке, залезаю в мешок. В нем на удивление очень уютно и совсем не жестко.

Устраиваюсь поудобнее, закрываю глаза, и меня тут же начинает клонить в сон. Кажется, я и правда очень устала. Насыщенный день дает о себе знать разноцветными искрами перед глазами, сознание немного плывет. Я стремительно проваливаюсь в сон, и навязчивая мысль о том, чем в эту минуту занимаются Глеб с той девушкой, так и не успевает до конца оформиться в моей голове.

* * *

Просыпаюсь от того, что мне очень тесно и жарко. Егор спит рядом. Даже не слышала, как он пришел и как забрался в спальник.

Осторожно, чтобы не разбудить его, выбираюсь наружу. Разыскиваю свой телефон, посмотреть, сколько время. Оказывается, еще очень рано. Но судя по светящемуся куполу палатки, уже рассвело.

Натягиваю кроссовки, накидываю на плечи толстовку и выбираюсь наружу.

Палаточный городок мирно спит. Вокруг очаровывающая своим величием нетронутая человеческой рукой природа. И тишина, нарушаемая лишь шумом реки.

Свежо. Я немного ежусь, плотнее кутаясь в толстовку, и иду к реке. Хочется умыть лицо студеной водой.

Усаживаюсь на большой валун, выступающий над бурлящей водной стихией, наклоняюсь, зачерпываю двумя ладонями ледяную воду и умываюсь. По телу проносится бодрящая волна озноба.

– У-у-х! – срывается с губ.

– Не спится?

Вздрагиваю. Поворачиваю голову – у меня за спиной стоит в спортивных брюках и легкой футболке Глеб.

Первое, что вспоминаю, глядя на него, это как вчера он ушел в лес с блондинкой.

– Доброе утро, – бурчу себе под нос и отворачиваюсь.

Он подходит ближе. Я буквально спиной чувствую тепло, исходящее от его тела.

– Ты зачем на камень залезла? В воду сорваться хочешь?

Ощущения не подвели – он совсем рядом. Его строгий голос звучит очень близко.

– Я уже не маленькая девочка, Глеб. Не нужно разговаривать со мной, как с ребенком.

– Валун скользкий от воды. Думаешь, только ребенок может поскользнуться?

– Я хотела побыть одна, Глеб! – в сердцах выпаливаю я, резко поднимаясь с места.

И как по заказу – поскальзываюсь.

Сердце пронзает острым паническим спазмом, я неуклюже взмахиваю руками в воздухе, инстинктивно пытаясь за что-то схватиться. Но схватиться не за что, и я неизбежно лечу вниз.

Наверняка угодила бы в ледяную воду. Возможно, разбила бы голову об один из многочисленных торчащих из неё вдоль берега камней. Но дьявольская реакция Глеба вновь меня выручает.

В последний момент он успевает схватить меня за локоть и резко дернуть на себя. Теперь я лечу в противоположную сторону, заваливаюсь назад, спиной на старшего брата. Он ловит меня, я перебираю ногами по валуну и вновь срываюсь с него вниз, но теперь уже с другой, безопасной стороны.

– Что и требовалось доказать, – недовольно рычит Глеб.

Не успев как следует восстановить равновесие, я пытаюсь вырваться из его рук и как результат – больно ударяюсь коленом о злосчастный валун.

– Ай, колено! – вскрикиваю, зажмуриваюсь и закусываю губу.

– Черт, Настя… Да что же ты все время падаешь, – бурчит Глеб. Разворачивает меня к себе лицом, аккуратно усаживает на берег. – Дай посмотрю.

Убирает мои руки, по инерции обхватившие многострадальное колено. Накрывает его своими ладонями. Бережно оглаживает, очерчивает пальцами сустав.

Меня бросает в жар от прикосновений Глеба, несмотря на утреннюю прохладу. Я мгновенно забываю про боль.

Подушечки его пальцев нежно скользят вниз по чашечке, задевают икру, не спеша возвращаются вверх, оставляя на коже ворох горячих мурашек.

В голове начинает плыть. Я сглатываю слюну.

Его пальцы движутся дальше, от колена по внутренней стороне бедра вверх. Минуют линию шорт, забираются под ткань. Низ живота наливается тянущим теплом. Я не могу дышать.

То, что происходит сейчас, очень неправильно. Я понимаю это. Как понимаю и то, что должна остановить его. Сейчас же. Немедленно. Но я не могу. Словно впала в какое-то оцепенение. Со мной никогда такого не было прежде. Ни от прикосновений Егора, ни от кого-либо другого.

Встряхиваю головой, чтобы отогнать морок, резко хватаю его за запястье:

– Что ты делаешь? – спрашиваю севшим голосом.

Он поднимает на меня свой взгляд. Смотрит в глаза.

По телу вновь проносится волна жара.

Я узнаю этот взгляд. Я точно его знаю. Не перепутаю никогда и ни с чем. Нет в нем никакой братской любви и заботы. В нем голод. Неистовый. Дикий. Откровенное желание. Я ощущаю его каждой клеточкой своего тела. Это для меня ясно как день. Как и простой очевидный факт, что нам с Глебом никогда не быть друг другу братом и сестрой.

– Что ты делаешь? – повторяю я, изо всех сил сжимая рукой его железное запястье.

Его пальцы все еще скрыты от взгляда под нижним краем моих шорт.

– Разминаю мышцы, – слегка охрипшим голосом произносит он. – Тебе станет легче.

Будто в подтверждение своих слов, ладонью сжимает моё бедро, посылая по телу очередную жаркую волну возбуждения.

У него такие сильные руки…

– Перестань, – шепчу я, чувствуя, как все тело начинает мелко дрожать.

Но Глеб словно не слышит меня. Снова опускает взгляд на мое колено, заводит руку под бедро и снова медленно сжимает.

– Перестань, – отчаянно прошу я.

Шум реки заглушает мой жалкий голос. Пальцы Глеба скользят ниже, перебираясь на внутреннюю сторону бедра.

– Хватит! – выкрикиваю я и дергаюсь назад, пытаясь отстраниться.

Он наконец отпускает.

Я подскакиваю на ноги, не чувствуя никакой боли в суставе. Но меня всю буквально трясет изнутри.

Глеб медленно поднимается на ноги вслед за мной. Стоит напротив, снова смотрит в глаза своим тяжелым взглядом.

– Никогда больше так не делай, – требовательно смотрю на него в ответ.

– Почему? – глухо интересуется он.

– Потому что! – Меня колотит, кажется, теперь уже от злости.

– Я не сделал ничего плохого, Настя, – бесстрастно произносит он, засовывая руки в карманы брюк.

Я смотрю на него, недоумевая. Уже совсем не понимаю ничего.

– Что происходит, Глеб? – ошарашено спрашиваю.

– А ты сама разве не понимаешь? – тихо интересуется он.

– Нет, – отрицательно кручу головой. – Не понимаю.

– Я ошибся, Настя. Два года назад.

– Нет, – еще яростнее кручу головой. – Я не хочу ничего слышать!

Огибаю его и пытаюсь уйти, но он хватает за руку, останавливает, резко дергает назад.

– Ты действительно так хочешь замуж за Егора?

– Отпусти! – шиплю, пытаясь освободиться. – Не трогай меня!

– Ответь на вопрос.

– Да, хочу! Хочу! – вырываю руку. – Дай пройти!

Двумя ладонями толкаю его в грудь и быстрым шагом, едва не переходя на бег, иду к нашей с Егором палатке.