Глава 5

— Лиз, а, Лиз? — Дашка дернула меня за руку. — А если папа сейчас выйдет? Он не будет ругаться?

— Не будет, он уехал, и дядя твой уехал. Тут только мама и Нина.

— Бабушка ещё и тёти, — напомнила мне девочка.

Родственников было предостаточно, но я не горела желанием с кем-то из них общаться. Мы вышли из дома через террасу, и нас никто не остановил. Честно, я думала, что будет труднее выбраться из этого замка, но все прошло на удивление гладко. Хотя возможно, что никто просто не думал, что я решусь практически на похищение ребенка.

— Ты знаешь, куда нам нужно идти? — спросила у Даши.

Девочка тотчас закивала и жизнерадостно повела меня в нужную сторону. Я оглянулась, посмотрела, что вокруг никого нет, и решила, что ничего плохого в том, что мы с Дашей погуляем, нет. Может быть, ей запрещали ходить в лес не потому, что там опасно, а потому, что не с кем? А что? Отцу некогда, да, хотя Константин показался мне достаточно разумным человеком… то есть, оборотнем. А вот Светлане точно было не до ребенка, она хотела просто наслаждаться жизнью.

— А почему тебя не пускали в лес? — решила подтвердить свои подозрения.

Даша развела руками.

— Мама не разрешает, папа говорит, что одной нельзя.

Значит, я была права. Просто никто не хочет возиться с ребенком, вот и всё.

Мы вышли на дорожку, прошли совсем немного и оказались у высокого забора.

— Там калитка, — Даша схватила меня за руку и потащила куда-то в сторону.

Я понятия не имела, куда мы идём, но решила довериться ребёнку, как бы ни смешно это звучало, всё-таки она здесь выросла, знала эти места лучше, чем приезжая я. Калитка, и правда, оказалась там, где говорила девочка. Она была заперта, и я едва могла достать до щеколды, а Даше для этого пришлось бы подставить стул. Даже мне, хотя я никогда не считала себя слишком уж низкорослой, пришлось чуть-чуть подпрыгнуть, чтобы скинуть тяжелый крючок.

Мы вышли и почти сразу же оказались в лесу. Никаких соседей или заборов вокруг я не видела, так что предположила, что за этим забором действительно начинался самый настоящий дикий лес. Так чего удивляться, если здесь живут оборотни?

Даша почти сразу же отпустила мою руку и, весело смеясь, побежала куда-то вперёд, так быстро, что мне пришлось её догонять. Было больно, но я старалась не обращать внимания на ноющие рёбра, чтобы не показать девочке, что мне тяжело или трудно. Надо сказать, что вот именно сейчас я осознала, что долго не продержусь, если придётся за ней бегать. Оно только кажется, что это всё легко, а на деле, наверное, закончилось действие обезболивающих, и я теперь чувствовала каждый свой шаг.

Да уж, я мазохистка, останавливаться не собираюсь. Раз уж что-то пообещала, то исполню до конца, чего бы мне это ни стоило.

Мы шли по тропинке, так что я не боялась заблудиться. Вот только Даша бежала слишком быстро, и я за ней не успевала.

— Даша постой! У нас впереди весь день, не торопись ты так, — смеясь, позвала её.

Но девочка, казалось, совершенно меня не слышала. Она вдруг резко свернула с тропинки и тут же потерялась в зарослях. Я зашипела, представив, что мне придётся её там искать, особенно в моём состоянии. Сдалась, кажется, Вадик был прав, не умею я сначала думать, а уже потом делать. А ведь и так было понятно, что ребёнок — это ответственность, и я не смогу за ней не уследить.

— Даша!

Я была почти уверена, что она не отзовется, сошла с дорожки и направилась в ту сторону, где она уже успела потеряться. Кусты раздвинулись, и из них выглянуло её недовольно личико.

— Я тут, чего кричишь? — кажется, она не понимала, почему я так беспокоюсь.

А может, всё дело в том, что Даша — оборотень? Наверное, она знает этот лес, знает, куда идти в случае чего, дорогу домой. С другой стороны, ей всего-навсего пять лет, как ребёнок в таком возрасте может тут ориентироваться?

— Не убегай, мне трудно за тобой идти. Я недавно в аварию попала, теперь у меня спина болит, — улыбнулась ей.

Но Даша отмахнулась:

— Так спина же, а не ноги, пошли!

Она так смешно выговаривала букву «с», чуть шипя, что я даже не могла на неё ругаться. Пришлось сойти с тропинки и углубиться в кусты, надеясь, что не споткнусь обо что-нибудь и не сломаю себе шею.

— Даш, а куда ты меня ведешь?

— Там, там такое! Не поверишь. Мама с папой тогда ещё нормально разговаривали, меня оттуда водили.

После этих слов желание тормозить девочку пропало напрочь. Если в лесу было какое-то место, связанное с хорошими воспоминаниями, но которое приносило боль её родителям, то понятно, почему Даша туда так стремилась, а остальные запрещали. Им самим было неприятно.

Я споткнулась о небольшое поваленное дерево, чуть не упала, успел вовремя схватиться рукой за ветку. Но всё равно, боль пришла почти мгновенно и такая резкая, что я вскрикнула. Даша оглянулась и недовольно посмотрела на меня, словно не понимая, чего это я раскричалась. На глазах уже показались слёзы, я нашла в себе силы улыбнуться и выкрикнуть ей, чтобы она шла дальше. Сама же вытерла слёзы, выпрямилась, запихивая боль подальше, двинулась следом.

Она привела меня к лесному озеру с чистой зелёной водой, которое казалось идеальным кругом, будто специально созданным кем-то в этой глуши. Округлая галька обрамляла его берег, создавая подобие пляжа. Чуть в стороне стоял стол и лавка, покосившиеся и

заросшие травой. Видимо, ими давным-давно никто не пользовался, но когда-то они были востребованными.

Хватило сил как раз доползти до них и со стоном усесться, наблюдая, как Даша бегает по берегу озера. Счастливый ребёнок — это прекрасно, несмотря на боль, я наблюдала за ней и улыбалась, думая, что возможно, и меня когда-нибудь будет дочка.

— Лиза смотри! А я умею пускать лягушек!

— Какая ты умница, — похвалила её.

Даша набрала много плоских камешков и с радостными воплями начала пускать их по воде, чтобы они отскакивали и прыгали, словно живые. А я уже не помню, когда последний раз так развлекалась. Наверное, это было в далеком детстве, когда ещё были живы родители. На мгновение мне даже захотелось встать и присоединиться к ней, но я решила, что не следует этого делать. Боль утихла, я уже не чувствовала себя такой беспомощной, но это ощущение мне не понравилось, и я не хотела его повторения.

— Раз, два, ух ты, пять раз прыгнула! Ты видела? Ты ведь это видела!

Я улыбнулась девочке и согласно кивнула.

— Конечно, я видела, да, что у тебя получилось. Молодчинка, так держать.

У меня неожиданно закружилась голова, так что мне пришлось закрыть глаза, чтобы остановить эту невообразимую круговерть перед глазами. Да, зря я всё-таки решила, что такая самостоятельная. Стоило иначе подойти к делу завоевания доверия Дашки. Но теперь уже ничего не поделаешь, придётся продолжать в том же духе.

Я открыла глаза и резко подскочила с места, потому что там, где видела девочку в последний раз, её уже не было. Берег был пустынный, будто я была здесь совершенно одна.

— Даша! Даша, ты где? — я оглядывала берег, ища её, но не находила. Куда могла деться эта несносная девчонка буквально за одно мгновение?

Сделала несколько шагов вперед, тяжело дыша, паникуя, что теперь мне точно не жить. Константин сам лично прибьёт за то, что я потеряла его дочь.

— Лиза!

Обернулась на детский крик и увидела Дашу. Она появилась на берегу, спиной пятясь в мою сторону. Сперва я не поняла, почему она так делает, а потом увидела большого серого волка, который медленно наступал на неё, оттесняя к озеру.

Понятия не имею, откуда у меня взялись силы, но я бросилась к ней, не чувствуя боли. Я была в ужасе, потому что первый раз видела вблизи дикое животное. И мне очень хотелось, чтобы это оказалось неправдой, но я понимала, что прямо сейчас вижу даже если не волка, то оборотня, у которого совсем не добрые намерения.

Я оказалось рядом с девочкой, положила руки ей на плечи, словно защищая. Хотя, почему это «словно»? Я действительно защищала девочку, я очень боялась за неё. А вот за себя ни капельки.

— Уходи, — непонятно зачем произнесла, хотя понимала, что зверь не должен понимать моих слов.

Волк тряхнул головой, и мне показалось, что в этом движении была неприкрытая насмешка, словно он спрашивал, на что я сама способна.

Но он неразумный, ведь так? Я отступила на шаг, утягивая за собой Дашу, и волку это не понравилось. Он зарычал, и мне пришлось замереть, чтобы не сделать еще хуже.

— Всё будет хорошо, — едва слышно прошептала я, надеясь, что смогу этим успокоить девочку.

— Я знаю, — ответила она мне, — но нам придется вернуться домой.

В её голосе было нечто странное, я не сразу поняла, что именно, а когда поняла, то очень удивилась. Там было страха, но была обиды и недовольство, словно ей не дали сделать то, чего она очень хотела, и теперь она злилась на весь мир.

— Ты его знаешь? — спросила я у Даши.

— Знаю, — буркнула девочка. — Это один из папиных охранников.

Я замерла. Так этот волк на самом деле оборотень? Что ж, тогда понятно, почему он не нападает, а ждет чего-то.

— Мы сейчас же пойдем домой, — произнесла громко, больше обращаясь к волку, чем к девочке. Зверь фыркнул, но вас места не сдвинулся. Я удивилась, но Даша мне всё объяснила:

— Он не уйдет, пока не поймёт, что мы идём домой.

И вот только теперь я всё поняла, осознала, насколько была глупой и доверчивой.

— Скажи мне, ты так уже делала? Заставляла нянь отвести тебя в лес?

— Мне нравится в лесу, а меня сюда никто не хочет выводить гулять. Так почему я должна страдать?

Я не нашлась, что ей ответить. Это было настолько глупо и в тоже время по-детски, что мне стало дурно от мысли, что ещё мы могли натворить, если бы я просто её слушала. С какой-то стороны даже хорошо, что наше знакомство началось именно с леса, места, где девочка любила бывать, но об этом все знали, и значит, в случае чего, её искали бы именно здесь. Конечно, было бы замечательно, если бы кто-нибудь предупредил меня о том, какая она фантазерка, тогда бы у нас этого не произошло, то теперь мне самой придется расхлебывать последствия.

— Вы не проводите нас домой? — обратилась я к волку. Кажется, он удивился такой просьбе, но лишь мотнул головой и пошел в ту сторону, откуда мы пришли.

Я крепко держала Дашу за руку, чтобы она не вздумала убежать от меня, и мы шли вперёд, следуя за оборотнем. Девочка вела себя тихо как мышка, кажется, она понимала, что впереди ее ждут крупные неприятности, и даже не от меня, от отца, который непременно об этом узнает. Я тоже боялась, даже чувствовала, как всё сильнее стучит сердце, с каждым шагом, пока мы подходим к дому. Если Константин вдруг решит, что я не справлюсь с его дочерью, он может просто отдать меня брату, и тогда вся моя дальнейшая жизнь будет решена.

Мы успели миновать калитку и только.

— Елизавета, — холодный голос Константина подействовал на меня так, словно это было ведро ледяной воды. И я замерла на месте, выпустила Дашину руку, когда девочка побежала к отцу.

— Пап, папа, папочка, а мы в лес ходили гулять, на озеро! Там так красиво! Ты же помнишь?

Я смотрела на эту маленькую актрису и удивлялась, как не поняла этого раньше. Да, возможно, родители совершенно запустили её, не уделяли должного внимания, в чём я очень сильно сомневаюсь, но это никак не отразилось на её характере. Боевая волчица, которой ничего в жизни не будет страшно.

— А вы уже вернулись? Ой, ты, ты, конечно же, ты… ты уже вернулся? — глупо улыбаясь, я смотрела на Константина, как он поднимает дочь на руки, целует в щеку и опускает обратно на землю.

Я всё ждала, что же будет дальше, что он скажет, но оборотень молчал.

— Дашенька, иди домой, хорошо? Тебя бабушка искала, хотела что-то показать, — с дочерью он говорил ласково, почти нежно, и теперь мне казалось, что за этим последует что-то очень неприятное, почти отвратительное, то, чего я точно не хочу слышать.

— Бабушка? Конечно, я пойду к бабушке! Пока, Лиза, — она помахала мне ладошкой и весело помчалась к дому.

— Денис, проследи за ней, чтобы с дороги опять не сбилась, — обратился Константин к волку. Тот утвердительно рыкнул и потрусил вслед за девочкой. И вот теперь всё внимание досталось мне. — Почему ты отправилась с Дашей в лес? Кажется, я говорил, что мне нужна няня для дочери, а не наемный убийца, — его голос был спокойным, но я чувствовала, что где-то за этим крылась самая настоящая ярость. — Ну, что, Лиза, тебе есть что сказать?

Я отвела взгляд. Так неприятно чувствовать себя виноватой, знать, что это оправданно, что ругаются не просто так. Да, я должна была подумать своей собственной головой, а не довериться маленькому ребёнку! Но ведь оно всегда так, хорошая мысль приходит потом, а пока что я могу только стыдиться самой себя и своих действий.

— Я хотела с ней подружиться…

— Я это уже понял, у тебя получилось. Но давай ты больше так делать не будешь, — я сглотнула, это всё больше напоминало разговор с ребенком, непутевым ребёнком, которому нужно разъяснять элементарные вещи.

— Я буду делать всё, что вы скажете…

— Вот и хорошо, — Константин протянул мне руку и даже улыбнулся, довольный решением, которое я приняла. — Идём, нам нужно с тобой поговорить.

Я вложила свою ладонь в его, почувствовала, как он до боли стиснул мои пальцы, и оборотень почти потащил меня в сторону дома. Надо же, Константин не стал кричать, как сделал бы Вадик, а просто. пожурил.

— А как вы… как ты здесь так быстро оказался? Ты же уехал?

— Мне сказали, что две юные особы исчезли, и их никто не может найти, — хмыкнул он. — А еще звонил твой брат. Он принял решение и хочет с нами встретиться.