Глава 17

ВИКТОР – Витя, ну зачем ты бросился драться? Ну зачем, сынок? – с влажными глазами обрабатывает разбитую бровь. – Так надо было мам, или я должен был стоять и смотреть, как он на Алёну замахивается, оскорбляет её? – не сдерживая разложения на слова родительницы в голосе. – Нет, я не об этом, ты мог же просто вытолкать его, а своей дракой вы напугали всех, даже Глеба, он так плакал, у меня даже успокоить его не получилась. Ох, а если он теперь будет боятся громких криков? – объясняет свои слова. – Нормально всё будет, если что-то проявится, обратимся к специалисту, – отвечает маме отец. – Подонок, как только наглости хватило заявится? – не успокаивается Ирина, – мы вчера были в торговом центе и вот там встретились с этим подонком и был он не один! А как оказалось с любовницей! И эта дрянь у него давно, он обманывал Алёнку, скотина! – подскакивает с дивана, нервно расхаживая по гостиной. Сукин сын! Я знал, что эта мразь изменял ей, но думал завязал, но нет! Какого чёрта тогда обвиняет в неверности Алёну?! Падаль! На втором этаже прекратился плачь Глеба, видимо Алёне удалось его успокоить. – Как хорошо, что вы пришли, как бы с Алёной с ним справились? С кулаками, на женщину! – сокрушается хозяйка дома. – Кинулся он, узнав, что Глеб мой сын, не пришли бы мы, драки не было бы, – сообщаю женщине. – Так он, наверное, из-за этого и пришёл! Узнал и прискакал разбираться! – Нет, – перебиваю Ирину, – о том, что Глеб мой сын, он узнал от меня, в этом доме, – морщусь от боли в разбитой брови. – Всё равно, это не меняет сути дела, он хотел ударить Алёну! Каков подлец! Сам нормально зачать ребёнка не может, не разобравшись выгнал её с Глебом из дома, изменял всё время, разбираться не стал так такое получилось с ребёнком, грязью со своей мамашей обливали мою девочку поливают, что за семейка?! – Успокойтесь, Ирина, больше он к Алёне и Глебу не подойдёт, это я вам гарантирую, – произносит отец. Конечно, не подойдёт, теперь приставленный к Алёне человек будет следить и за появлением Григория. Ни моя жена, ни этот ублюдок не навредят ни моему сыну, не той, что в сердце живёт. Чёрт! Проблемы растут, что грибы по осени, вырываясь из-под земли, огромными шляпками! Марианна поставила условия, вот только выбор будет не в её пользу, для себя я уже решил, сразу, как только узнал про Глеба. От сына не откажусь, никогда! Марианна или Глеб, два выбора на чаше весов. Эгоистка! Что в её голове? Ещё и тёща, никогда не думал, что эта женщина такая змея! Да, она мать и желает своей дочери счастья, но не такой ценой! После того, как проснувшись утром в разгромленном доме и дождавшись клининговую службу, отправился в дом родителей Марианны. Встретил меня тесть, хмурый, злой. – Марианна здесь? – переступая порог дома, задал вопрос мужчине. – Проходи, – отступив в сторону, пропустил меня в дом. Жену увидел сразу, она стояла, скрестив руки на груди, с приподнятым вверх лицом, позади неё стояла теща. – Может объяснишь, зачем разгромила весь дом? – без приветствий перешёл сразу к делу. – Ты сам виноват, ты довёл меня, умчался утром к своему щенку, – дергает плечом. – За словами следи, не смей называть моего сына «щенком»! – со сталью в голосе предупреждаю поехавшею головой жену. – Ты почему так грубо разговариваешь со своей женой?! Кто тебе дал право голос на неё повышать?! – влезает тёща, выходя вперёд. – Я разговариваю со своей женой так, как она этого заслуживает! Евдокия Митрофановна, вам лучше не вмешиваться в наши семейные дела, не в том случае вы заступаетесь за дочь, я ничего плохого ей не сделал, а вот она уже успела натворить дел. В нашем доме не осталось ни одной целой вещи, но вы, наверное, и так в курсе, – смотрю на женщину, которая что кошка ощерилась. – Не тебе решать, куда мне… – Евдокия замолчи! – грохочет тесть, – мы уже разговаривали с тобой, и я как вижу, ты не поняла? – Нет, не замолчу! Как ты смеешь становится на его сторону! Против дочери идёшь! Совсем из ума выжил?! – набросилась на мужа. Стоят и слушать их семейные разборке не было никакого желания. – Марианна, – не даю ответить тестю, на слова тещи, обращаюсь к жене, – ты считаешь меня виноватым в том, что ты своими руками разгромила дом? – Да, ты виноват! И знаешь, что, милый? Ты сейчас сделаешь выбор, или я, или твой щ… – Только попробуй, – рычу, не давая ей вновь обозвать Глеба. Кривит губы, глаза сузила, смотрит со вселенской обидой! – Ты хочешь, чтобы я сделал выбор? Хорошо, я выбираю сына. Всё. Точка! Дальше я не вижу нашу с ней совместную жизнь, она никогда не примет Глеба, будут всегда скандалы. Я хочу забирать Глеба к себе, когда он подрастёт, но проживая в одном доме с Марианной, этого будет невозможно сделать. Но и не только в этом причина, за пару дней все чувства к Марианне перегорели, она своим поведением сожгла тот мост, что был, между нами. – Что? – потрясённо шепчет девушка, она явно ожидала от меня другой ответ. – Я выбирая сына, я не вижу дальнейшую нашу семейную жизнь, я не тот человек, которым можно манипулировать, ты могла поступить по другому, намного разумнее. Ты могла принять Глеба, сохранить нашу семью, но ты выбрала эгоистку себя! – Вить! – дрожащими губами, – ты отказываешься от меня вот так просто?! От своей любимой женщины, жены?! – теперь в глазах Марианны нет злости, там плещется страх. – Виктор не горячись! – вскрикивает тёща, тоже растеряна, они обе не ожидали моего ответа. – Я уже погорячился, когда женился на вашей дочери. Я исполнял все её капризы, дела всё, чтобы ей жилось, что принцессе! И что я получил взамен? Разве я её предавал, ребёнок родился по иным причинам, я не виноват в ошибке клиники, но это не значит, что отвернусь от своего сына! Марианне нужно набраться мудрости, подрасти, думаю с другим мужчиной она будет вести себя, как взрослая женщина, я же подаю на развод. Покидал дом тестя под поток проклятий со стороны тёщи и слезливыми криками остановится от Марианны. Она умоляла меня не бросать её, кричала, что любит, что жить не сможет без меня, чем зародила сомнения касаемо развода. Сейчас же находясь в доме, где живёт мой сын и Алёна, я чётко осознаю, что не поменяю своего решения, разводу быть! Марианна не изменится, даже если сейчас она и примет Глеба, то это будет враньём, вынужденным действием, чтобы удержать меня, но потом, её ненависть вырвется ещё большим потоком. Зачем жить во лжи и ждать извержения вулкана, когда лучше пресечь его сейчас? В коридоре хлопнула дверь, что вывело меня из мыслей. – Ваня! – бросается из гостиной на встречу к мужу Ирина, – ты не представляешь, что здесь произошло! – эмоционально кричит женщина и выкладывает торопливо о приходе Григория и его выходки. – Убью щенка! – гремит басом мужчина, появляясь вместе с женой в гостиной, – здравствуйте гости дорогие, – это уже нам. – Добрый день, – чуть ли не хором, произносим приветствие. – Да если бы был он добрым, – оттягивает узел галстука, – спасибо тебе Виктор, что заступился за Алёнку, – поднимаюсь на встречу протянутой ладони, пожимаю её. – На моём месте любой нормальный мужчина поступил так же, – мужчина кивает, соглашаясь со мной. Присаживаюсь на месте, отец Алёны подходит к моему отцу, представляются друг другу, следом на на очереди и мама. – Алёнка где? – поворачивается к Ирине муж. – В своей комнате, Глеба успокаивает, эта сволочь и ребёнка напугал! – отвечает женщина. – Ирин, ты давай, организуй ужин, а я за Алёной схожу, – говорит хозяин дома. – Давайте я помогу, Ирина, – поднимается мама. – Пойдём, – кивает в ответ. Мне же хочется пойти за Иваном Сергеевичем, но сдерживаю себя. – Да, сын, дела, – произносит отец, – нужно этого щегла приструнить, к Алёне его конечно не подпустят, наш человек проследит за этим, но лучше перестраховаться, как говорится, ты знаешь, чем он дышит? – Знаю, – киваю отцу. – Ну тогда подпортим ему сладкую жизнь, натравить на него налоговую, уверен, гребёт он денежки мимо кассы, – откидывается на спинку дивана, весело говорит отец. – Проблемы в бизнесе его точно отвлекут от Алёны, а там и развод не за горами. И мой в том числе! В дверь дома звонят, переглядываемся с отцом. – Не уж-то вернулся? – вздёргивает вверх бровь. – Навряд ли, – отвечаю мужчине и поднимаюсь, чтобы самому открыть дверь. В коридоре сталкиваюсь с Ириной, что спешит открыть дверь пришедшему гостю. – Давайте я сам? Женщина кивает, видно она нервничает, и как оказывается не зря! Открыв дверь, лицом к лицу сталкиваюсь с двумя сотрудниками правоохранительных органов. Да ладно! Этот гадёныш вызвал наряд? – Ох! – раздаётся от Ирины, – вот подонок! Я сейчас Ивана позову, – понимает, что к чему, отправляется за мужем. – Добрый день! Капитан полиции Снегирев Вячеслав Эдуардович, – представляется один из сотрудников, что стоит чуть впереди второго, показывает раскрытое удостоверения, – нам поступил вызов о нападении на гражданина… Договорить капитан не успевает, рядом появляется Иван Сергеевич. – Знаем мы на какого гражданина, – перебивает его хозяин дома. – Иван Сергеевич? – удивлённо произносит капитан. – Здравствуй Вячеслав, – протягивает капитану руку, – вы давайте, заходите, раз уж вас вызвали к нам, зятёк у меня паскудой оказался, хоть бы головой подумал, на кого полицию вызывать, – усмехается отец Алёнки. – Так пострадавший получается ваш зять? – переступая порог дома, капитан и второй сотрудник полиции. – Он самый, – кивает Иван Сергеевич, – на дочку мою вздумал руку поднять, за что и получил от нашего защитника, – кивает в мою сторону. – Сань, – оборачивается капитан к своему коллеге, – давай вниз, там наш «потерпевший» дожидается, давай ка его в отдел, – командует знакомый Ивана Сергеевича, – а я пока новое заявления приму. В течении часа капитан записывает все показания, Алёна сразу согласилась написать ответное заявление, когда узнала, что Григорий побежал в полицию. Капитан уходил довольный, перед уходом они с отцом Алёны переговорили с глазу на глаз. Отец с мамой уехали вслед за капитаном, они не дождались пробуждения внука, но уходя, спросили у Алёны разрешения навещать Глеба. Я видел, как Алёне не просто, мы для неё чужие люди. – Алён, можно с тобой поговорить? – я не мог уйти, хотел провести с сыном хоть немного времени после того, как он проснётся, а также побыть и поговорить с Алёной. – О чём? – заметил, как она напряглась. Мы вдвоём сидим в гостиной, Ирина и Иван удалились, мне показалось, что они специально оставили нас наедине. Очень понятливые люди. – Я развожусь с женой, – слова произносятся так легко, будто о погоде говорю, во мне нет ни капли сожаления, о распаде семьи. – Это из-за Глеба? – пугается мать моего сына. – Появления Глеба показало мне истинное лицо Марианны, от сына я никогда не откажусь, мы не виноваты, что всё так получилось. Она выставила условие, я сделал выбор, – говорю правду, не хочу чтобы между нами были какие-либо недосказанности. Чёрт! Я просто мечтаю, что в будущим, мы сможем быть вместе, Глеб наш ребёнок, ребёнок что послан нам судьбой. Ответить Алёна не успевает, в дверь звонят. – Это, наверное, за вещами, – подскакивает с места. Точно! Должна же была прийти ещё одна девушка. Не успевает Алёна и шага сделать в сторону двери, как со второго этажа доносится плачь Глеба. – Можно я? – спрашиваю девушку. – Хорошо, – кивает в ответ. Алёна торопится открыть дверь, я же бегу на второй этаж. Захожу в комнату, Глеб стоит в кроватке, оглашая дом своим плачем. – Эй, ну ты чего? – несколько шагов оказываюсь рядом, плачь тут же стихает, – привет…, сынок, – медленно протягиваю руки, от чего-то боюсь, что он не пойдёт ко мне. Но Глеб радует, тянет в ответ маленькие ручки. Подхватываю малыша на руки, слегка прижимаю к себе. – Ты выспался? – пальцами утираю дорожки слёз с пухлых щёк, задаю глупый вопрос, потому как ответа я точно не получу. Глеб вскидывает голову вверх, смотрит на меня пару секунд, причмокивает губами, следом издаёт «аг», пальчиками цепляется за галстук. Сердце заходится в бешеном ритме, держать в руках частичку себя, не передаваемое ощущение. Прижимаюсь губами к его макушке, замираю, хочется простоять так вечность, держать и не отпускать Глеба из рук. Как же не хочется уезжать, не буду я воскресным папой, всё сделаю, но добьюсь Алёну, как только разведусь, сразу приступлю к выполнению созданию нашей семьи.