Глава 18

АЛЁНА – Может ещё кружок? – с надеждой в глазах и голосе, спрашивает Виктор. Мужчина крепко сжимает ручку коляски, в которой сидит Глеб, мы выбрались на прогулку в парк, который уже успели обойти по кругу дважды. – Хорошо, но это последний, Глеб может начать капризничать, да и поздно уже, – предупреждаю мужчину. – Я понял, Алён, это последний и поедем домой, – толкая коляску и делая шаг на новый круг, обещает мужчина. В нашей с Глебом жизни наконец-то настало спокойствие! Уже две недели мы не видим и не слышим Григория и его мать. Они словно испарились, чему я очень рада. Через неделю будет суд, и вот тогда я точно избавлюсь от мужа и его вранья! Удивительный человек! Обманывал меня со своей матерью, и при этом они меня выставили неверной женой! Я так и не поняла, зачем он жил со мной столько лет, если у него была любовница? Почему не ушёл к ней? Что его держало рядом со мной? Может та фифа не хотела жить с ним, как семья, и её полностью устраивала роль любовницы, а сам Григорий не желала жить один? Но это только мои предположения, а что на самом деле не давало Григорию признаться и уйти от меня, наверное, не узнаю никогда. С Виктором тоже стало легче, но, к сожалению, не совсем! Он разводится со своей женой, и хоть это его решение, я чувствую себя виноватой! Не появись мы в его жизни, не распадалась бы его семья. – Ну, ты чего куксишься, что не так, сынок? – чуть вздрагиваю от обращения Виктора к Глебу, не могу привыкнуть, к тому факту, что он отец моего ребёнка. Мужчина остановил коляску, склоняясь над ней. Глеб выгибается, хнычет. – Он устал, – сразу поняла, что с сыном, – кажется последний круг мы не осилим, – подхожу к коляске, – пойдёшь к маме? – останавливаюсь сбоку, тяну руки к малышу. – Давай я, он всё-таки не лёгкий, – говорит Виктор, и перехватывает ручки Глеба. Малыш легко идёт к отцу, наверное, в таком возрасте все дети быстро привязываются к тем, кто часто общается с ними, или же это зов крови? – Вот так дружок, – улыбается мужчина, удобно усаживая малыша на своих крепких руках. Глеб перестаёт куксится, доверчиво укладывает голову на широкое плечо отца, пальчиками схватывается за ворот белой футболки. – Домой? – поворачивается в мою сторону. – Да, – хватаюсь пальцами за ручку коляски, словно за спасательный круг. От вида этой парочки, ноги подкашиваются. Они похожи, очень! Как я раньше не замечала, что мой сын совсем не похож на Григория? Наверное потому, что глаза у сна мои, да и думала я всегда, что он похож на меня, а как оказалось, он похож на отца. Я иду чуть впереди, везя коляску, на два шага позади Виктор с Глебом. Я кожей ощущаю взгляд мужчины, словно он еле весомо, лаская, прикасается ко мне, но буквально в следующею секунду, по спине пронеслись колючие мурашки, и вызвал из далеко не взгляд Виктора. Резко повернув голову, взглядом стала выискивать того, кто мог вызвать в душе тревогу. – Алён, что такое? – чуть не врезавшись в меня, спрашивает Виктор. Пробежав взгляда по дорожкам парка и скамейкам, и не заметив того, кто бы смотрел в нашу сторону, подняла взгляд на мужчину. – Нет, ничего, просто показалось, – качнув головой, разворачиваюсь, продолжаю идти, толкая коляску на выход из парка. – Что тебе показалось, Алён? – ровняется со мной по правую руку. Вот что ему ответить? Что почувствовала чей-то взгляд, что до костей чуть не пробрал? Да он меня же за дуру посчитает! Хотя пусть думает, что хочет, врать я так и не научилась, если начну, то буду заикаться. – Взгляд, чужой, колкий, в общим не хороший, – веду плечом, отвечая мужчине. Виктор замирает, отставая на шаг, выражение лица его изменяется, брови чуть хмурятся, взгляд задумчивый. Пересаживает Глеба на другую руку, и медленно осматривается по сторонам. Это что ещё такое? – Вить? – зову мужчину, не такой реакции я ожидала, – что-то не так? – останавливаюсь, внимательно смотрю на отца моего сына. – Пока не знаю, – продолжая смотреть по сторонам, – ты ещё чувствуешь его? – останавливает взгляд на мне. – Нет, – качаю головой. – Ну и хорошо, идём, а то Глеб сейчас уснёт, – кладёт свою ладонь на мою поясницу и чуть подталкивает меня вперёд. Только сейчас замечаю, что мой сынок практически спит на плече отца, глазки осоловелые, маленькое тельце расслабленно. Теперь главное дотерпеть до дома, но вряд ли это получится, машине его ещё больше укачает! Остаётся надежда только на то, что Глеб не проснётся по возвращению домой! Иначе ночь будет бессонной! Мы быстро доходим до парковки, где стоит машина Виктора. Мужчина подготовился к сегодняшней прогулке по парку, эта первая встреча отца и сына вне стен дома. Виктор установил в автомобиле детское автокресло, купил прогулочную коляску. Так что из дома мне не пришлось ничего брать. Полчаса езды и мы дома. Глеб уснул сразу, как только Виктор усадил его в кресло, и на мою радость не проснулся, когда его заносили домой и укладывали в кроватку. Конечно, нужно было искупать малыша, но тогда бы были капризы и ночь без сна. Виктор уходил нехотя, это было заметно по тому, как он топтался у входной двери, и чай, который предложила ему Ирина, пил слишком медленно! Я не маленькая девочка и прекрасно понимаю, на что рассчитывает и чего дожидается Виктор! Вот только в мои планы не входит заводить отношения. Сама не поняв своего порыва, пошла провожать Виктора до ворот дома, мы попрощались как обычно, пожелав друг-другу спокойной ночи. Я дождалась, когда машина отца Глеба отъедет от дома, и уже собиралась закрывать ворота, как передо мной неожиданно возник парнишка лет пятнадцати. – Боже! – вскрикнула от испуга, – нельзя же так! – рыкнула на парня. – Извините, я не хотел, просто подумал, что не успею, и вы ворота закроете, – затараторил мальчик, – вот, возьмите, просили вам передать, – суёт мне в руки какой-то конверт. Не успеваю спросить, «что это, и кто передал», как парнишка исчезает, быстро перебирая длинными ногами. – Стой! – кричу, хоть и понимаю, что не остановится. Смотря в сторону, куда убежал парень, разрываю конверт не глядя, достаю сложенный в двое лист. «– Солнечная 33, салон красоты «Аврора», завтра в 12:30. Марианна.» Скольжу взглядом по буквам единственной строчки. «Марианна»! Что нужно жене Виктора от меня? – Ирин, – заглядываю на кухню, где с чашкой чая сидит мачеха. Женщина поднимает на меня взгляд. – Ты завтра сможешь посидеть с Глебом, я хотела бы сходить в парикмахерскую, – говорю, стараясь не показать своего волнения. Говорить правду о назначенной Марианной встречи не решаюсь, потому как знаю, будет отговаривать! А я уже решила, поговорить стоит, чувство вины давит что бетонная плита. О ком будет разговор и так понятно, но что именно хочет жена Виктора, пока не знаю. – Конечно посижу, что за глупые вопросы? К тому же завтра последний входной, проведу его в очень приятной компании, – со смешком произносит мачеха. – Спасибо, – подхожу к женщине, целую в щёку, – спокойной ночи, – желаю Ирине. – Спокойной ночи, Алёнушка, – с лаской в голосе. В последнее время привыкла ложиться рано, кроме Глеба мне больше некому отдавать всю себя. Зайдя в комнату, замечаю мигающий экран телефона. Подойдя ближе и взяв его в руки, вижу непрочитанное сообщение от Виктора. «-Сладких снов, Алёна». Гласит сообщение. Пальцы сами печатают ответ. «-Спокойной ночи.» – Это всего лишь жест вежливости, – бурчу себе под нос, и отправляюсь в ванную, прихватив собой пижаму. Уже выходя из комнаты, услышала тихий звук ещё одного сообщения. Решила, что посмотрю позже, ухожу в ванную. Быстро моюсь под душем, на принятия полноценной ванной меня не хватит, сонливость накатывает, даже душ не даёт бодрости. Вернувшись в комнату, подхожу к кроватке, сынок спит, раскинув ручки, пальчики слегка сжаты в кулачки, тонкое одеялко скинуто в ногах, поправляю его, поцеловать не решаюсь, боюсь разбудить. Ложась в свою постель, вспоминаю про пришедшее сообщение, дотянувшись до телефона, открываю мессенджер. Виктор. «-Пообедаем завтра втроём?» Теряюсь от прочитанного. В голове почему-то возникает мысль, что Виктор знает о том, что его жена хочет со мной встретиться! «-Завтра не получится, извини.» Отправляю ответ и замираю в ожидании следующего сообщения. Оно приходит быстро. «-Жаль, тогда заеду вечером.» Он даже не спрашивает! Он уже неделю навещает Глеба каждый день, не сдерживает своих изначальных обещаний, прихода в наш дом через день! Возвращаю телефон обратно на тумбу, ничего не ответив! Зачем? Если он уже решил! Сон несмотря на мысли быстро утягивает меня в свои объятия. Утро наступает очень быстро, кажется, я только закрыла глаза, как в следующею минуту из кроватки лепечет сынок. Глеб перестал просыпаться по ночам, Ирина говорит, что это нормально, значит малыш ночью не голодный! До одиннадцати утра вожусь с ребёнком, позже начинаю собираться на встречу с женой Виктора. От волнения внутри появляется лёгкий мандраж. В указанное в записке время, захожу в салон красоты, растерянно оглядываюсь по сторонам. Я не знаю, как выглядит жена Виктора. – Добрый день, – ко мне подходит девушка в классической чёрной юбке-карандаш, и белой блузе с бейджиком, – добро пожаловать в наш салон, – улыбается профессиональной улыбкой. – Добрый день… – Оксана, это ко мне, – раздаётся за спиной встречающей меня девушке. Марианна! Сразу понимаю, кто подошёл. Оксана, кивнув подошедшей и тут же испарится, мы же с женой Виктора стоим напротив и рассматриваем друг друга. От взгляда Марианны становится неуютно, она сканирует меня словно рентген, глаза блестят нескрываемой неприязнью. Оно и понятно! Её семья распадается из-за появления меня и Глеба жизни её мужа, вот только я на этого мужчину не претендую от слова совсем! – Честно сказать, думала ты не придёшь, – кривит губы в ухмылке, – ну раз пришла, то идём, – не говоря и слова приветствия, произносит Марианна, и развернувшись, плавной походкой шагает в глубь салона. Дернув плечом, иду вслед за женой Виктора. Во мне всколыхнулось чувство неправильности, не надо мне было сюда приходить! Ничего хорошего меня здесь не ждёт! Супруга Виктора явно настроена на выяснения отношений! И как бы я не оправдывалась, для неё и я мой сын, разрушители её семьи! Но не убегать же мне сейчас! – Проходи, – останавливается у открытой двери кабинете, пропуская меня вперёд. Она здесь хозяйка? Непроизвольно оглядываю довольно уютный кабинет, и это несмотря на то, что интерьер выполнен в двух тёмных цветах, бордовый и чёрный. Дверь позади закрывается и звук повёрнутого ключа, звоном ударяет по ушам, резко поворачиваюсь в сторону девушки. Зачем заперлась? – Это чтобы нам не помешали, – явно увидев мою реакцию, поясняет Марианна, – присаживайся, – кивает на кресло рядом, сама проходит и присаживается во главе Круглого стола и вновь сверлит меня взглядом. – Зачем вы позвали меня сюда? – не выдерживаю, задаю вопрос. – Для разговора, – откидывается на спинку кресла, – хочу открыть тебе глаза, мне как женщину, стало жалко тебя, – неожиданно заявляет девушка. – «Открыть глаза»? На что? – моё волнение зашкаливает, внутренний мандраж пробивается наружу, пальцы заметно подрагивают. – На Виктора и его планы, – произносит девушка и вновь замолкает, смотря на меня с прищуром. Что за глупая игра? Почему не сказать всё сразу, зачем играет на нервах?! – И что за «планы» у Виктора? – спрашиваю, так как понимаю, что именно этого она и ждёт, иначе будет долго молчать! – Он, наверное, уже сказал тебе, что разводится со мной? – наконец-то отводит от меня свой взгляд и картинно переводит его на свой идеальный маникюр, длинных ноготков. Себе я сейчас такого позволить не могу, боюсь поцарапать Глеба. – Говорил, но меня это не интересует, он только биологический отец моего сына, и ни больше, – отвечаю чистую правду. – Он вам соврал, – растягивает губы в широкой улыбке, но следом она слетает, – Виктор не собирается разводится, он планирует забрать у вас ребёнка. Я говорила ему, что не стоит вас обманывать, нужно сказать всё как есть, но он решил играть по-своему. Мне как женщине стало жалко вас, в общем я могу вам помочь избежать потери сына, если вы, конечно, хотите этого, – ледяной стрелой пронзает грудь своими словами. Боже, только не это! – Я могу помочь вам с сыном уехать, даже сменить фамилию, и Виктор никогда не сможет вас найти. Скажу честно, мной движет не только появившаяся жалость, но и не желания воспитывать чужого ребёнка, мы с Виктором и сами можем родить своего ребёночка. Если бы не ошибка этих никчёмных медиков, то я бы уже родила, – продолжает Марианна, пока я внутренне задыхаюсь от страха и боли. Виктор не получит Глеба! Я не отдам своего сына! – Спасибо вам за предупреждение, но в вашей помощи мы не нуждаемся, у нас есть кому помочь мне и моему сыну. Прятаться и уж тем более менять фамилию, я не собираюсь, можете не волноваться, моего сына вы воспитывать не будете, и ваш муж больше не приблизится к Глебу, – резко поднимаюсь с места несмотря на то, что слова мне даются с огромным трудом. – Пожалуйста, – бросает Марианна. Как можно спокойнее подхожу к двери, сама поворачиваю ключ, тяну дверь за ручку на себя. – Алёна, – окликает меня жена Зарецкого, – будьте добры, не говорите Виктору, что я вам всё рассказала, не стоит устраивать в моей семье скандалы. Не отвечаю, выхожу в коридор и практически бегу на выход. В груди колючий ком страха, Виктор может явится к нам домой в любою минуту и забрать Глеба! В дом врываюсь, что локомотив без тормозов, чем очень пугаю Ирину, мачеха выбежала на грохот двери. – Что такое? – выкрикивает женщина и не пропускает меня мимо себя, ловит за руку, мне нужно к Глебу, убедится, что он дома! – Виктор…, Виктор приходил? Глеб, он…, где мой сын Ира? – меня всю трясёт, еле доехала до дома родителей. – Глеб спит, Виктора не было, что случилось, Алён? – быстро отвечает мачеха. Громко, всхлипнув от слов женщины, хватаюсь рукой за стену, второй прикрываю глаза, мысленно уговариваю себя не рыдать, а очень хочется, от волнения и дикого страха! – Да объясни мне, что случилось, Алёна?! – повышает голос Ирина, когда не дожидается от меня ответа в течении минуты, которую я всё пытаюсь взять себя в руки! – Я не была в парикмахерской, я обманула тебя, Ир, – убираю руку с лица, смотрю на женщину, – я была на встречи с женой Виктора, – признаюсь мачехе. – Так, – хмурит брови, – а ну идём, расскажешь мне всё в мельчайших подробностях, – хватает за руку, тянет на кухню. Усадив меня за стол, мачеха налила стакан воды, достала успокоительные капли, накапала их в стакан, а после заставила выпить всё до последней капли. Ждать, когда подействует лекарство, женщина не стала, потребовала всё выкладывать! Рассказывала быстро, старалась не упустить и слова из разговора, что состоялся у меня с Марианной. – И ты ей поверила? Алёна! – возмущённый крик мачехи разносится по всей кухни, а то и дому, стоит мне завершить рассказ. – Что значит «поверила», она мне раскрыла…. – Да обманула она тебя! Как девчонку малолетнюю вокруг пальца обвела! Ей мужа вернуть нужно, а для этого, нужно избавится от Глеба и тебя! – перебивает Ирина, – вот она и придумала всю эту хрень, ей лишь бы от вас избавится! Ты сама подумай, если бы Виктор хотел забрать сына, то сразу бы сообщил об этом! Не тот он человек, чтобы в грязную играть! Это видно, Алёна! Всё, что тебе сказала его жена, враньё! И я думаю Виктор должен об этом знать, и об этом ему сообщишь ты, прямо сейчас! Бери телефон и звони ему, выясни всё, иначе изведёшь себя и его возненавидишь, а потом локти кусать будешь! – уперев рук в бока, командует женщина Почему локти кусать? Проносится в голове. Встаю из-за стола и иду в прихожую за телефоном, в словах Ирины есть здравый смысл! Почему я даже не подумала, что Марианна могла наврать? Наверное, мой мозг отключился от страха потерять Глеба, другого объяснения я не вижу! Вот только страх никуда ещё не ушёл, так как есть вероятность, что Ирина ошиблась! Достаю телефон из сумочки, снимаю блокировку дисплея, захожу в журнал звонков. Искать номер Виктора не приходится, он есть во вчерашних звонках, но вызов не нажимаю. Страшно! – Звони, – настаивает Ирина, стоя в дверном проёме кухни. Бросив на женщину взгляд, молчаливо прошу не давить. – Звони, – не уступает мачеха. Палец дрогнув, касается контакта, делая вызов. Перед глазами помутнело на короткий миг. Длинный гудок эхом разносится по прихожей, скручивая все внутренности в морской узел. Второй гудок уже не такой громкий, но по нервам бьёт электрическим разрядом. – Алёна? – раздаётся удивлённый голос Виктора, конечно, ведь я впервые сама ему звоню! – Привет, – выдавливаю из себя, во рту всё пересохло, меня слегка потряхивает. – Привет, ты позвонила сама, у вас что-то случилось? – теперь в голосе волнение. – Нет…, да, – путаюсь с ответом. – Что? Что-то с Глебом? – у мужчины раздаётся громкий грохот, что-то упало. – Нет, с ним всё хорошо, – спешу успокоить отца моего сыночка, – Вить…, – замолкаю. Как у него спросить, правда ли то, что рассказала его жена? С чего начать разговор? – Я слушаю тебя, Алёна, – раздаётся в динамике. – Скажи…, – сглатываю, делаю глубокий вдох, – ты правда собираешься отобрать у меня Глеба? Зажмуриваюсь, жду ответа от мужчины, но его нет, Виктор молчит и это молчание тяжёлым камнем придавливает сверху. – С чего ты так решила? – звучит осторожный вопрос. Открыв глаза, сталкиваюсь со взглядом Ирины, она всё слышит, мы разговариваем на громкой связи. Мачеха кивает, подталкивая меня всё рассказать мужчине. – Это не я решила, так сказала твоя жена, – стоять на месте трудно, начинаю измерять коридор маленькими шагами. – Марианна? Она тебе звонила? – полетели вопросы и голос Виктора стал грубее. – Она не звонила, мы с ней встречались, она сама назначила мне встречу, вчера с подростком передала записку, в которой было, где и во сколько она меня ждёт. Как ты понимаешь, сегодня мы встретились, в общим она сказала, что ты меня обманываешь, что никакого развода у вас не будет, что ты специально такое придумал, играешь с нами, чтобы в итоге забрать Глеба себе. Это правда, ты собирался отобрать у меня Глеба? – сердце грохочет, лицо пылает, всё тело дрожит. – Её слова грязная ложь! Я никогда не заберу у тебя Глеба, никогда не лишу его родной матери! Я развожусь с Марианной, она развода не хочет, вот и пытается сохранить семью, которой никогда по сути и не было, да, брак был, но не семья, – отвечает Зарецкий, от его ответа дышать становится легче, он не врёт! Дура! Но я испугалась, вот и поверила Марианне, хорошо, что у меня есть очень умная мачеха! – Алёна, ты меня слышишь? Ало! – Да, слышу, – откликаюсь. – Ты что-нибудь сказал на её слова, что-то обещала? Говорила, что поговоришь со мной? что ещё она говорила? – было слышно, как Виктор злится. – Она предложила мне свою помощь, сказала, что может сменить нам имена и фамилии, спрятать нас так далеко, что ты никогда не найдёшь. Так как не желает воспитывать чужого ребёнка из-за этого и решила рассказать мне правду. Я отказалась, сказала, что у меня есть кому помогать, а также, чтобы она не беспокоилась, потому что больше не подпущу тебя к Глебу, – пересказываю наш разговор с его женой. – Алён, я никогда не заберу у тебя Глеба, ты веришь мне? – с огромной надеждой в голосе, – я приеду через пару часов, ты откроешь мне дверь, позволишь увидеть вас, поговорить? – Поклянись, что никогда не предпримешь попыток забрать моего сына, – слова сами срываются с губ. – Алёна, я клянусь тебе всем, что у меня есть, я никогда даже не подумаю, не то, чтобы предприму попыток забрать у тебя Глеба, он всегда будет с тобой, ты его мама. Марианна просто выбрала удачную тактику, как отлучить меня от вас. Сыграла на твоём страхе потерять ребёнка, каждая мать боится этого! Но она ошиблась, просчиталась, ты у меня умничка, взяла и позвонила мне, чтобы всё выяснить, а не закрылась на тысячу дверей, спрятавшись от меня, – легко выполняет мою просьбу. А вот от последних слов, становится стыдно, но говорить Виктору, что позвонила под напором Ирины, совсем не хочется. – Мы будем тебя ждать, – говорю, и быстро сбрасываю вызов, даже не попрощавшись. – Как видишь, я оказалась права! – произносит Ирина, – эта Марианна, так ещё штучка, нужно держаться от неё подальше и быть начеку, ох, что-то мне подсказывает, это только начало её войны! – Когда же это всё закончится? Сначала Григорий, теперь Марианна, ну за что мне всё это? Где я так согрешила, Ир? – слёзы навернулись на глазах. – Ну-ну, девочка моя, не надо, не плачь, – подойдя ко мне, обняла, прижала к своё груди, – всё, успокойся, скоро всё наладится, – шепчет мачеха, поглаживая по голове, что девочку маленькую. Успокоится мне не удалось, слёзы прошли, но внутри было так паршиво, что хотелось кричать в голос. Глеб проснулся через час, его смех и лепет, что понятен только ему, отвлекал от грустных мыслей. Следующий час прошёл ещё быстрее и вскоре раздался звонок в ворота дома. Открывать дверь пошла Ирина, я же была в комнате с сыном. Глеб играл в манеже, усердно ковырял маленькими пальчиками глаза нарисованные на машинке. Я слышала шаги по лестнице, легко определила, кому они принадлежат. Виктор приехал! Дверь в комнату открылась, на пороге появился отец моего сыночка. Встретившись с глазами мужчины, непроизвольно вздрогнула. На дне его глаз клубилась тьма и было ещё что-то, что я не смогла, да и не успела прочесть. Виктор слишком быстро оказался рядом, выдернул меня из кресло-качалки, сильными руками обхватил за талию и резко склонившись, впился в мои губы. – Я так испугался, что ты мне не поверишь, – прохрипел, оторвавшись на пару секунд, и снова завладел моими губами, да так, что я даже не успела и пискнуть.