Глава 29.2

От лица Кати

Я отрицательно мотнула головой, глаз отвести не смогла, но губы прошептали:

— Да.

Виолка хохотнула, переведя взгляд с меня на Акулов и обратно. Соболев растерянно моргал.

— Оставь девочку в покое, — наконец-то вымолвил Антон, — ей хватает тебя на работе.

Акулов даже не обернулся в его сторону.

— Боишься, Волкова, — прошептали губы босса.

Вызов!

Я хмыкнула и гордо вздёрнула подбородок. Встала, следом встал и Акулов. Нашим соседям пришлось слегка потесниться. И мы почти вплотную подошли друг к другу.

— Какое орудие выбираете? — спросила я, — или это будет игра в одни ворота? — он поднял бровь, неожиданно соблазнительно улыбнувшись, а у меня ком в горле опять застрял, тут же разъяснила фразу, — имею в виду, что я конкистадор, а вы … бык.

Надо было видеть его бешено вращающиеся глаза, а на вздувшихся ноздрях можно было в стратосферу улететь.

— Всё понятно, значит, пусть нам принесут красную тряпку.

— Выдрать бы тебя хорошенечко, Волкова, — и только босс произнёс фразу, то пришла моя очередь поднять бровь, обозначив неоднозначность такого предложения, я видела, как мужской кадык слегка дёрнулся, а губы мигом стали сухими, — ремнём, — уточнил.

— Контракт, — решила добавить я отрезвляющую нотку, — я и предмет договора тесно связаны. Вы же не причините вред самому себе, — надула губки, мне нравилось дразнить его, но перебарщивать тоже не стоило: во-первых, он мой начальник, а то как уволит, во-вторых, вдруг чего, небось пошаливает сердечко, не молоденький мальчик.

Мы вдруг обнаружили, что на нас смотрят Соболь с Вилкой. Внимательно так. Вилка выглядела так как будто что-то поняла. Ну и пусть. Пусть знает, что Акулов… Что? Что, Акулов? Мной больше увлечён? Я действовала, повинуясь больше инстинктам, чем разуму. И двинулась в сторону танцпола.

— Куда? — рявкнул Акулов, но устремился за мной.

Я не ответила. Соболев начал было вставать, но его осадила Вилка.

— Сиди, — шикнула она на него.

— Чего это? — ответил тот девушке.

— Ты совсем дурак?! Да к тому же слепой, — произнесла она, осадив того.

Но её никто из нас с Акуловым уже не слышал. Я прошла вглубь танцпола и решила оторваться по полной, начав двигаться под зажигательную музыку.

— Припёрлась сюда специально? — на ухо прошипел Акулов, имея в виду клуб, — следила за мной, сталкерша чокнутая.

Я развернулась к нему, полоснув по его лицу волосами.

— Вот ещё! Мне показалось, что это вы меня преследуете — парировала я его вопрос.

— По контракту ты должна бы уже спать, — вновь разъярённо проговорил Акулов.

Его толкали с обеих сторон, и он, чтобы хоть как-то оправдать там своё присутствие, начал двигаться, притом весьма неплохо. Он отлично владел своим шикарным телом.

— По контракту я не должна иметь сексуальных отношений, — едко улыбнулась я, — гулять, общаться, тусовать мне никто не запретит.

— И у тебя их нет? — настаивал на признании Акулов.

Я загадочно улыбнулась.

— Волкова, ты видела штрафы и неустойки…

— Видела. А теперь факт докажите, — едва удержалась, чтобы не показать язык.

— Когда ты успела поумнеть? — он думал, что немного осадит меня этой ремаркой.

Но не тут-то было.

— Есть у кого поучиться, а учусь я быстро, — ответила я, намекнув на него.

Ответ боссу неожиданно понравился, и он довольно улыбнулся. На миг.

— Я знаю Соболева. Он с виду кажется пушистым, но… — начал он вновь свои нравоучения.

— А что это вы так беспокоитесь? — я сделала паузу, дав ему ответить, но он проигнорировал, — себя, что ли, предлагаете? — я злобно хихикнула.

— Пойдём-ка выйдем, поговорим, — настаивал Акулов, едва сдержав раздражение, он даже не обратил внимание на то, что одна девица буквально тёрлась об него в надежде, что босс хотя бы взглянет на неё, вместо этого он отстранился и встал вплотную со мной.

— Вы же сами позвали меня сюда. Вы сказали, пойдём, потанцуем, — проговорила я и подняла руки, ритмично хлопая в ладоши вместе с танцующей толпой.

— Сказал. Но больше для Вилки и Соболя…

— Чтобы ваша любовница не заподозрила вас в мифической связи со мной? — мой голос дрогнул, я очень надеялась, что он не заметит, как и мои глаза, с застывшей в них влагой.

Что это со мной?! Я что? Ревную?! Нет, нет, нет.

— Ты ревнуешь, что ли, Волкова? — уголки чувственных мужских губ медленно поползли вверх.

Акулов всё понял, хотя не должен был. Моя защита рассыпалась на наших глазах, грозясь погребсти меня под своими завалами.

— Чего это вдруг? Просто это было… было… — я не могла подобрать слово.

— Да? Что? — потешался Акулов, двигая шикарными узкими бёдрами в такт музыки, на которые я на миг залипла.

— Бесстыдно и очень некрасиво, — наконец-то произнесла и вновь подняла руки, так что короткое платье задралось так, что ещё чуть-чуть, и превратилось бы в длинную рубашку.

Глаза босса полезли на лоб.

— Слишком коротко, — выдал.

— Что? — вначале не поняла я, затем проследила за его взглядом, — папочкой когда мне заделаться решили? То ремень, то озаботились длиной моей юбки. Вы такой впечатлительный, несмотря на весь ваш свирепый вид, что даже страшно… За вас. А если я скажу, что трусики оставила дома, то вас инфаркт схватит? — потешалась я.

— Ты без трусов?! — глаза буквально налились кровью, мужчина рассвирепел.

Босс решительно одёрнул моё платье, так что на талии жалобно хрустнул материал, затем за руку вытащил меня с танцпола. По пути я извинялась за его медвежье поведение, но следовала за ним, пребывая слегка в шоке.

В коридоре я поняла, что он двигается в сторону выхода, и начала сопротивляться.

— Куда это мы? — я попробовала освободиться из его медвежьей хватки, но не там-то было.

— Домой, разумеется, — не оглядываясь, сквозь зубы процедил Михаил.

— Я… не хочу, не хочу, я только пришла, — упиралась, — там наши вещи…

— Не переживай за них, — ответствовал тот.

Но я упёрлась так, что дальше двигаться он не мог, обхватила руками колонну. На нас уже стал обращать внимание обслуживающий персонал.

— Живо. Пошли, — дёрнул он меня за руку.

— Ни за что. Я пришла веселиться, буду танцевать и пить. Соболь потом проводит меня, — я хохотнула заметив, что Михаил Александрович уже близок к тому, чтобы вновь достать ремень, как заправский классический папаша.

— Значит, ты добровольно не покинешь клуб? — уточнил Михаил, тяжело дыша, отпуская мою ладонь.

— Правильно, — празднуя свою победу, — я возвращаюсь в клуб.

Я развернулась, сделала шаг, но тут же поняла, что моё тело сделало какой-то невероятный кульбит, причём не по своему желанию и я оказалась у Акулова на плече.