Глава 7. Марьяна

У меня сердце екает от его слов. И от того, как серьезно он это произносит. Но затем Алексей Михалыч продолжает:

— И значит ты по умолчанию согласна со всеми моими условиями. Не так ли?

Речь явно о его последнем наказе, мол у нас с Владом больше не может быть никаких отношений. Ведь там в машине я так ничего и не ответила. В шоке была, от осознания всего произошедшего. Но он не поленился уточнить теперь.

Стискиваю пальцы в кулаки до боли. Но все же киваю.

В конце концов «кивок» вряд ли имеет юридическую силу хоть в одном суде мира. Да и если честно, я вообще не уверена, что хоть один суд мира может запретить людям любить друг друга.

Так что, папенька, зря вы на слово верить собрались. Как только заберу Софу тут же разведусь, а там и Влада спасу, если придется. И его отец ничего нам не сделает!

— Вот и славно, — Алексей Михалыч едва заметно улыбается, будто насквозь меня видит, а потом к моему разочарованию добавляет: — Завтра подпишем бумажки. Я заеду, заберу тебя, когда все будет готово.

Вот блин…

Ну конечно. Конечно он не станет верить никому на слово. Он не такой человек. А я размечталась уже, как обведу вокруг пальца прожженного бойца.

Ага.

И что теперь собираюсь делать?

Понятия не имею.

Если подпишу какие-то бумажки относительно наших с Владом отношений, то назад дороги уже не будет. И вот теперь я начинаю паниковать.

— В свою очередь, — продолжает Алексей Михалыч, — если тебе понадобится какая-то помощь с сестрой — я так же готов поучаствовать и предоставить все необходимые документы.

Я даже забываю, что еще секунду назад была в ужасе от нашей сделки и думала, как бы все отмотать обратно. Ведь я все это затеяла только ради сестренки своей крохотной. И если она будет в порядке, то и я найду силы со всем справиться.

А еще как-то удивительно, но мне будто легче на душе становится, когда он вот так одной простой фразой снимает с моих плеч хоть долю этой непосильной взрослой ответственности.

Кажется мне этого не хватало. Кого-то, кто бы сказал «я помогу»…

Так, Марьяна, ну-ка завязывай с этим! В руки себя взяла и вперед справляться самостоятельно, без посторонней помощи. Иначе это чревато!

— С-спасибо, — выдавливаю все же, не в силах игнорировать признательность, даже если этот человек и является корнем всех моих бед.

Ведь он мог просто выставить меня за ворота и забыть как звали. Но он так не поступил. Почему-то.

Выслушал меня, предложил сделку, бросил свою бабу и поехал жениться на мне посреди ночи. По пути уже и от полиции спас, и лицо зеленкой намазал…

У меня в душе какой-то раздрай. Не понимаю, как теперь к нему относиться?

Как к виновнику всех моих бед? Или как к спасителю все же?

Боюсь, чтобы получить ответ на этот вопрос мне нужно дождаться Влада. А значит необходимо потянуть время, с подписанием этих бумажек как можно дольше, чтобы мы вместе с ним решили, как теперь быть…

— Не м-могу завтра! — выпаливаю я.

— Почему? — без лишнего интереса спрашивает Алексей Михалыч.

— Сначала с Софкой разберусь, — отрезаю я. — Вот заберу ее, тогда и ваши документы подпишу. А пока сестра не окажется у меня — отказываюсь! — категорично выдаю это, а сама боюсь, что он меня сейчас попросту придушит.

И лицо у него красноречивое такое. Как всегда. Хмурится.

А что, товарищ полковник, не нравится вам, когда все не по вашему плану идет? Когда у окружающих людей тоже право голоса имеется?

Так вот привыкайте. Я вам — не ваши солдатики или шлюшки безропотные. Имею мнение — высказываю.

А уж меня пытаться обмануть, выставив собственного сына виновным во всех смертных грехах — и вовсе низко. Не ожидала от бравого боевого офицера.

— Либо так, либо разводиться давайте! — давлю я, теперь чувствуя собственное преимущество. Ведь пока нас будут разводить я, глядишь, и сестру забрать успею. — А-то знаю я таких как вы! Завтра подпишу что-то, а потом…

— Как скажешь, — вдруг перебивает меня он.

— Возражения не приним… Что? — таращу на него глаза удивленно.

— Я говорю, сделаем, как скажешь, — кивает он на удивление спокойно. — Значит завтра иди разбираться с сестрой. Как закончишь — позвонишь. Если вопрос затянется — все равно позвонишь, я разберусь. Теперь твои проблемы решаю я. Так что просто звони.

Я так и стою с открытым ртом долгие секунды и пытаюсь понять, в чем подвох. Наконец с силами собираюсь:

— Ну это уже перебор, — выдавливаю я. — У нас же… у нас… — озираюсь по сторонам и обнаруживаю, что регистраторши уже и след простыл, поэтому выдаю, но на всякий случай шепотом: — У нас все не по-настоящему ведь, — напоминаю я, потому что его подход кажется чересчур серьезным. А я не привыкла, чтобы ко мне так относились. — Женимся фиктивно: я подписываю за вас документы, как подставная владелица вашего предприятия, а вы подписываете необходимые бумажки для опеки — все. А, ну еще, я не приближаюсь к Владу. И не плачу, не извиняюсь, и что-то там еще. Но решения моих проблем в том списке точно не было. Брак ненастоящий же.

— Брак может и не настоящий, — вздыхает отец Влада. — А вот мой бизнес вполне. Так что хочешь ты того или нет, но я буду присматривать за своей подставной, чтобы с ней ничего не случилось. Твоя безопасность — безопасность моих активов.

— Но это ведь только когда подпишем документы! — торможу его, в надежде, что в итоге до этого попросту не дойдет. — Вот тогда и поговорим.

— Ладно, — он кивает, и все продолжает изучать мое лицо. — Устала? — вдруг спрашивает нечто неожиданное.

Пребывая в еще большем шоке от его непривычного поведения все же киваю. Ведь сегодняшний день и правда вымотал меня не на шутку. А уж особенно вечер.

— Тогда поехали, — он разворачивается и идет на выход из кабинета.

— Куда теперь?

— Как куда? Отвезу тебя в общагу. Или… — останавливается в дверях, поворачивается и снова вцепляется в меня своим колючим взглядом: — может хочешь ко мне?..