Глава 29

Резкая хватка, меня буквально вздергивают и разворачивают с такой силой, что я буквально влетаю в мощную грудь мужчины, который нависает надо мной и всей своей мощью размазывает по двери, приподнимает, расталкивает мои ноги и вклинивается между ними, при этом сильные руки буквально подхватывают меня под ягодицы, удерживают вот так, а у меня от шока глаза распахиваются, потому что даже сквозь слои одежды, я ощущаю как то самое, огненное и большое, отвердевшее, упирается в меня.

Демид смотрит на меня со злостью и задает вопрос:

— Похоже на то, что я тебя не хочу, ммм?!

Делает движение бедрами, а я теряюсь, пугаюсь, вот теперь точно пытаюсь ускользнуть, но взрослый разогорчённый мужчина не позволяет, хватает меня за запястья и упирает мои руки в дверь, вздергивает их над моей головой, буквально вбивая в свое тело.

— У меня от тебя крышак поехал! Дурочка! Я же впервые в жизни поступился своими хотелками и решил не трогать… — рычит буквально мне в лицо, звериным запахом возбуждения обдает, а я… я в глазах Демида настоящий ад вижу.

Его крупные ладони сжимают мои запястья не сильно, но… так, что я ощущаю себя действительно бабочкой, которую вот-вот огромной булавкой пришпилят. Страх накатывает.

Именно сейчас я осознаю свою глупость, свою безалаберность…

Ну не могу я играть в игры. Строить из себя что-то и прятать чувства. Это так плохо, но…

— Ну что, птичка, боишься меня. Да?! По глазам вижу, что боишься. И правильно. Со мной не будет, как с твоими сопляками… — выдает с нажимом, при этом буквально впечатывает меня в себя. Слишком отчетливо показывает, как возбужден, а я от шока дернуться не могу. В полном шоке на мужчину смотрю, проглатываю язык и боюсь признаться, что… сравнивать мне будет не с кем. Не было у меня никого. Так, пара поцелуев, не более…

Делает движение бедрами, насаживает меня на себя, а я еще больше глаза распахиваю, сглатываю вязкую слюну и смотрю на Огнева, окончательно теряясь. Пока Демид захватывает мои запястья одной рукой, а второй проводит по моей скуле, по губам ведет большим пальцем и выдает с каким-то нажимом:

— Мне нравится твой рот, Инна, губы не накачанные, естественные и пухлые. Я с первый секунды понял, где и в какой позиции хочу тебя видеть…

Порочные фразы. Намек, который я считываю, и меня просто парализует. Потому что прямо сейчас я имею дело с завоевателем, который загоняет меня в самый настоящий капкан своей хватки. При этом действует неумолимо, уверенно, жестко. С осознанием своей власти и притягательности…

Облизываю губу по инерции и случайно прохожусь языком по пальцу Демида, которым он вжимает мою нижнюю губу в зубы. Рычит, как настоящий зверь, впечатывает меня все сильнее, и я понимаю, что у меня нет и малейшего шанса вывернуться.

Демид склоняется ко мне, проводит носом по моей скуле и по-звериному тянет воздух. Шутки кончились, и я со своими иллюзиями и облаками в голове с размаха попадаю в реальность этого жестокого взрослого мужчины.

Он держит меня так, что я отчетливо могу ощутить всю мощь мускулов Демида. Он твердый как скала, его кожа буквально пылает, как и взгляд, который сулит мне тьму.

— Будет жестко, малыш, но с кайфом… и разве похоже, что я не хочу тебя?!

— Я чувствую… — отвечаю сипло, голос дрожит и не слушается, в то время как все тело окутано каким-то маревом.

— Ты нежная и не вынесешь меня, потому что не отпущу, пока не попробую. Пожалел тебя, а сейчас вижу, что… не могу… хочу… не стоило тебе бросаться словами, тормоза слетели…

Больше ничего не позволяет мне возразить или ответить, я распахиваю рот, чтобы сказать, возразить, но в эту же секунду накрывает мои губы своими, жалит поцелуем, каким-то бешеным, диким, сминает мои губы.

С губ слетает резкий выдох, дергаюсь в мощном захвате Демида, но он уже не отпускает, словно не замечает моего сопротивления.

Демид буквально впивается в мой рот, проталкивает язык, скользит по моему языку, больше не пробует меня, а именно берет. Вот так развязно, пошло, до мурашек…

У меня дыхание перехватывает, и хорошо, что Огнев меня держит, не то точно бы упала…

Поцелуй становится алчным, Демид скользит по моему подбородку ртом, прикусывает кожу ключиц.

— Все. Хватит игр… — выдает с нажимом, подхватывает меня и несет в свою спальню, чуть ли не с ноги открывает дверь, захлопывает ее позади нас с такой силой, что я вздрагиваю. Почти в себя прихожу, но Огнев не позволяет мне очухаться, продолжает впиваться в меня, сжимая мои бедра и запуская руку в мои волосы, фиксируя, не давая отодвинуться…

Падаем вместе на кровать. Огнев, будто огромный и тяжелый шкаф, обрушивается на меня, а я буквально замираю под его бешеным напором. Мне воздуха не хватает. Огнев именно берет мой рот, не спрашивая разрешения, он показывает, что я принадлежу ему. Теряюсь под натиском этого мужчины. Ощущаю его руки на своем теле, как быстро снимает с меня одежду, просто молниеносно отбрасывает ее в сторону, действует порывисто, избавляет меня от вещей, оставляя только в нижнем белье, а я в шоке успеваю только выговорить:

— Демид… постой…

Упираю ладошки в его литую грудь, прикрытую влажной сорочкой, но он не слушает, вновь хватает мои руки одной, прибивает к подушкам и зависает надо мной, в глаза мои смотрит, и прежде чем вновь сомкнуть мои губы в поцелуе, выдает хрипло:

— Поздно просить, Инна, у тебя был шанс, но ты от него отказалась… обратной дороги нет…

А затем Огнев вновь нападает на мои губы. Этот поцелуй становится острее, глубже, развязнее. Руки Демида скользят по моему телу, по коже, затрагивают бретели моего скромного лифчика. Я ощущаю его тело, мускулы, из которых он сотворен, его силу, жар…

Голова кружится, мне сложно дышать, мощное тело придавливает меня, а я только и могу, что цепляться за влажную сорочку, запускать в такие же пропитанные дождем прядки на затылке Демида…

Надавливает мне на челюсть, заставляет шире открыть рот, а я ощущаю, как он сильнее раздвигает мои ноги, вклиниваясь между ними, проводит пальцами по полоске моих трусиков, а я с дрожью понимаю, что, в отличие от меня полуобнаженной, Огнев одет…

Его одежда кажется лишней, она царапается, и мне отчего-то хочется добраться до его горячей кожи, пройтись по ней ноготками, оставить свои следы…

Я сама не понимаю, как начинаю неумело пытаться расстегнуть пуговицы на сорочке Огнева, меня всю потряхивает и обескураживает все то, что происходит, между нами.

Вероятно, мои неумелые движения вызывают понимание мужчины, который усмехается прямо мне в губы:

— Немного же у тебя опыта в раздевании мужиков…

Ответить не решаюсь, просто замираю, когда Демид отдаляется и выпрямляется, прямо на меня смотрит, сидя на корточках, и начинает медленно вытягивать сорочку из-за пояса брюк, снимает ее четкими движениями, в отличие от меня у него руки совсем не дрожат, медленно обнажает литую грудь, широченную, покрытую жесткими волосками…

Я замираю, когда вижу обнаженный торс мужчины. Да… сказать, что Огнев хорошо сложен, — ничего не сказать. У этого мужчины литое тело самого настоящего бойца, не того, который зависает в качалке, нарабатывая пустую массу. Нет. Здесь именно сухопарость настоящего атлета, в теле которого сосредоточена самая настоящая сила.

Медленно Огнев вытягивает ремень из шлевок и при этом рассматривает меня. В какой-то момент мне становится не по себе, я пытаюсь закрыться, дергаюсь, жар его тела исчезает и остается зябкий холод.

Я пытаюсь закрыться, но мужчина реагирует на это мое движение, отбрасывает в сторону свой ремень и слегка приспускает штаны, ловит меня и вновь обрушивается поцелуями.

— Успокойся. Я понял, что ты не слишком опытная, но жалеть не буду. В сексе я люблю дикость и драйв… Ты привыкнешь…

Вновь закрывает мне рот поцелуями, а я… я уже понимаю, что не осмелюсь сказать Демиду, что, вообще-то, у меня и опыта нет никакого. Не то что не я «не слишком опытна», а вообще… черт его возьми, я же девственница…

Но… умелые губы затыкают мне рот, а что-то подсказывает, что, узнай Демид, что я девочка, он меня вообще и пальцем-то и не тронет!

А я… горю в его руках, изнываю…

Мне жарко от его прикосновений, от бесстыдных рук, которые трогают меня, ласкают, заставляют закусывать губы…

— Какая ты зажигалочка… чувственная… моя девочка…

Вновь поцелуй, а затем я вижу взгляд Демида, в его глазах будто бы пламя вспыхивает, разрастается… он захватывающий и в чем-то даже пугающий… заведенный до предела взрослый сильный мужчина, перед которым я сейчас чрезвычайно уязвима.

Проводит губами по моей шее, слегка прикусывает кожу, а я не удерживаюсь и издаю жаркий стон, то, что происходит между нами, это просто безумие, абсолютное…

Демид ласкает меня, не спешит, опускает бретели лифчика с груди, рассматривает меня, сжимает запястья, не дает дернуться или прикрыться, а затем обрушивается жалящими поцелуями на мою грудь, заставляет меня выгибаться и стонать.

В какой-то момент я словно попадаю в водоворот, который утягивает меня неумолимо…

Демид что-то говорит, от чего мне становится жарко, от интонаций, от тембра, этого дикого и хриплого, но слов я разобрать просто не могу, он не дает мне времени, чтобы я пришла в себя, покрывает поцелуями мою кожу, кусает, зализывает, действует решительно и пошло и до безумия приятно…

Мои губы горят, как и моя кожа, выгибаюсь в руках умелого мужчины, захлебываюсь своими стонами, впиваюсь пальцами в широченные плечи, которые закрывают от меня весь мир…

Демид становится средоточием моей вселенной, он раскрывает мою чувственность. Впервые в жизни на меня обрушиваются такие ощущения, эмоции, чувства… а я таю в его сильных пальцах. Отдаю всю себя до остатка и, подобно мотыльку, лечу на этот разгорающийся пожар, больше не боясь сгореть дотла…

— Я хочу, чтобы ты покричала для меня, не сдерживайся, малышка…

Хриплый стон в мое ушко и мурашки, которые бегут табуном, жалят, заставляют меня всю трепетать…

— Демид… я…

— Что?! — спрашивает и вновь забивает язык в мой рот, пьет меня, мои стоны, забирает мое дыхание, оставляя полностью беззащитной перед собой…

— Я… просто… я…

Пытаюсь что-то ответить, сказать, но Огнев больше не дает мне и шанса, одно движение сильной руки — и меня ошпаривает ядовитым укусом, а дальше… приходит понимание, что этот знойный и горячий мужчина просто содрал с меня трусики, оставив меня перед собой полностью беззащитной…

Демид накрывает меня своим поджарым телом, вновь целует, больше не тормозит. Я выгибаюсь в его руках, потому что опытный мужчина знает, как тронуть, как надавить, куда нажать.

Он заставляет меня рассыпаться в эмоциях, я себя просто теряю, в какой-то момент ногтями прохожусь по плечам Огнева, заставляя мужчину просто зарычать.

— А я смотрю, ты у меня мышка с огоньком… — шепчет хрипло, надрывно, затем проходится губами по коже моего плеча, слегка кусает, и я вскрикиваю, не сдерживаюсь, все тело полыхает, как в огне, а я ловлю себя на шальной мысли, что фамилия Демида ему действительно очень подходит.

— Как тебе нравится, ммм? Крошка… — задает вопрос, игриво поддевает мою грудь, играет с ней, а я только и могу, что губы кусать, пытаясь отдышаться, но воздуха мне категорически не хватает!

— Не бойся… я буду делать то, что ты хочешь, что сама попросишь…

Вновь поцелуй-укус на моей коже, языком проходится по навершиям груди, слегка прикусывает зубами, играет, заставляет меня просто задрожать.

Я не могу ответить, ничего не могу, а Огнев входит в кураж. Он играет с моим телом, со мной, изучает…

Я вижу интерес в его глазах, в которых вспыхивает пламя, неожиданно оказываюсь в сильных руках, которые разворачивают меня, будто куколку.

— Чшш… я пока просто играю… пробую на вкус, и мне до одури нравится… — будто бы мысли мои читает и произносит хрипло, пока сильные руки переворачивают меня. Я глина в руках Демида, податливая, принимающая ему нужную позу, как форму. Он ставит меня на четвереньки, а сам покрывает сверху. Слегка мозолистые крепкие руки будто бы на вес мою грудь проверяют.

— Идеально ложишься в руку, куколка…

Вновь этот шепот в ухо и укус в основании шеи, а я… я ягодицами ощущаю, как мужчина приникает ко мне своим мощным возбуждением. Этот страх и желание, боязнь и вожделение смешиваются во мне, принося какую-то ядреную смесь эмоций, что сбивают с ног просто.

— Как тебе нравится, Инна? Помягче? Погрубее?! — спрашивает, и каждое слово сопровождается определенным движением, слегка ласкает, а затем дергает мою грудь, заставляет меня скулить и просто падать в водоворот каких-то оглушительных эмоций.

Сглатываю. Мне кажется, что я теряю способность внятно говорить, а еще… еще я ощущаю Демида слишком близко. Кожа к коже. Ощущаю мускусный аромат его кожи, тяжелый флер его парфюма будоражит рецепторы, а еще… его какой-то звериный запах просто заставляет меня закатывать глаза от наслаждения и отдаваться этой секунде, этому моменту…

Я уже сейчас знаю, что никогда и ни с кем не будет так, как сейчас, но, что самое ужасное, я неожиданно для себя понимаю, что не хочу ничего другого, иного, я не просто здесь и сейчас хочу этого конкретного мужчину, нет… я хочу Демида навсегда себе, чтобы вот так было всегда…

Глупая… Даже сейчас в голове пульсирует мысль, что не может быть у нас с Демидом этого самого «навсегда». Есть только здесь и сейчас, и я действительно готова взять все от этого момента…

Неожиданно ощущаю обжигающий шлепок по ягодицам, который заставляет вскрикнуть и прикусить губу, чтобы не застонать.

— Ты так и не ответила, маленькая моя…

Вновь сила этого голоса заставляет трепетать, и я отвечаю с запинкой:

— Я… я не знаю… не знаю… как мне… нравится…

Короткий смешок, и опять мужчина начинает ласкать меня, трогать, изучать мое тело. Касаться самых потаенных и интимных мест, я ощущаю, как вся горю, как начинает тянуть внизу живота, а еще… жар не покидает тело, он словно нарастает, заставляя меня все больше и больше плавиться…

— Сладкая кожа, на вкус как ваниль… сахарная девочка… мне нравится твоя неискушенность… Инна… и это странно…

— Странно?! — удается уцепиться воспалившимся сознанием за это слово, которое я произношу с хрипотцой и даже не жду ответа от Демида, но он отвечает.

— Да… Чертовски странно, что мне крышу рвет от твоей неискушенности… в сексе у меня иные предпочтения…

Не успеваю возмутиться или хотя бы сообразить, что именно сейчас сказал Демид, как мужчина ловит меня за подбородок и поворачивает голову, накрывает мои губы в пошлом поцелуе, проталкивая язык мне в рот.

Меня начинает лихорадить, испарина покрывает кожу, я буквально ощущаю возбуждение горячего самца, готового покрыть свою самку. Все на зверином, ничего нет цивильного, только голые инстинкты и страсть и… это все возбуждает до предела, до натянутых нервов и сухожилий…

Я вся будто струна, готовая вот-вот лопнуть.

— Вот… так… горячая моя девочка… — выдает с жаром.

В этом мужчине скрыт самый настоящий вулкан, и я горю, пылаю, задыхаюсь, извиваюсь, пока не чувствую, как Демид ловко переворачивает меня, ловит мои ноги, пошире разводит их в сторону, ложится на меня, и я ощущаю всю мощь мужчины, готового взять мой первый раз.

— Демид…

Шепот едва различимый слетает с губ, горло начинает першить, но у меня получается только прошептать, а не прокричать, когда одним сильным движением мужчина врывается в меня…

Я просто теряю дар речи, замираю, ощущая, как из глаз моментально катятся слезы…