Глава 38

Демид Огнев

Смотрю на Дану, и в голове не укладывается, как когда-то она могла хоть что-то вызывать во мне. Сейчас все иначе, как отшибло. И там, где привычно ощущалась пустота… сейчас бьется сердце и… я понимаю, благодаря чему, вернее кому…

Инна…

Милая, нежная, наивная и невероятно глубокая, умная… Моя противоречивая девочка.

Все у меня с ней уже не по контракту. Я не пацан и понимаю, что именно испытываю. Поэтому и не предохраняюсь. Изначально не стал… подсознательно, а потом уже осмысленно.

Потому что Инна — солнышко, к которому тянусь. В ней есть та легкость, которой так не хватает мне, есть задор и веселье, про которые я и вовсе забыл.

Жизнь подчинилась строгому регламенту. Все привычно. Все покупается и продается, но… появилась такая непутевая девочка, что в сердце защемило и… захотелось защищать от всего мира, ото всех, потому что Инна — сама доброта. Ее сердечко такое доброе и искреннее… но, разумеется, не только за душевные и моральные качества меня повело. Нет. Потянуло к ней, физически, да еще так, что насытиться ею не могу. Мне ее мало, ее вкуса, запаха. Стонов.

Мне малышка досталась невинной, и меня буквально разрывает на части от желаний, от того, что именно буду делать со своей невестой и… скоро уже женой.

Поэтому, глядя на потуги привычной шмары, которая стоит настолько дорого, что пользуют ее лишь те, у кого хватает бабла, я ощущаю раздражение.

— Дана, — произношу тихо, холодно, — еще хоть раз откроешь рот про Инну в таком тоне — и пожалеешь. Очень быстро и очень сильно.

Она улыбается. Дура.

— Дем, ну не сходи с ума, — шепчет она, наклоняясь ближе. — Ты ведь не всерьез. Она… моль. Не твой уровень.

Я выпрямляюсь и говорю четко, чтобы каждое слово дошло:

— Эта помолвка настоящая.

Бывшая подстилка бледнеет, рот открывает в шоке. Дамочка из высшего света, дочь друзей, элита, а по факту на трассе женщины почище будут. Они хоть продаются без вранья, а эта… прикрываясь авторитетом папочки и семейства.

— И еще, Дана, — продолжаю, глядя ей прямо в глаза, — я действительно влюбился в Инну. По-настоящему. Так что убери свои фантазии о том, что ты когда-то знала меня достаточно хорошо, чтобы судить. У меня есть женщина. И на этом все.

— Кто же знал, что даже на Огнева управа найдется, — отвечает шокированно, но я уже теряю интерес к разговору, который поставил все точки над i.

— Демид! Демид!

Слышу надрывающийся голос Эммы. Иду быстрым шагом назад, к гостям, автоматически ищу Инну, но в толпе вижу десятки лиц, кроме той, которая мне нужна как воздух.

Эмма перехватывает меня, она напряженная, сбивчиво дышит.

— Демид… — Она смотрит в сторону. — Инна убежала.

Сердце ударяет резко, больно.

— Как убежала? — рычу.

— Просто… она выбежала почти бегом. Я звала, она не остановилась! Огнев! Ты… что ты натворил?! Ты и Дана… вы что… там?!

— Ничего! Ни с кем! Эмма!

Холодная волна прокатывается по позвоночнику. Я бросаюсь к выходу вслед за своей беглянкой. Не дурак. Понял, что, скорее всего, Инна расценила мой уход с Даной по-своему!

Не нахожу ее, мчу к воротам. Ищу и понимаю, что бешенство зашкаливает, ярость!

— Куда же ты, девочка моя?! — спрашиваю в пустоту, и телефон взрывается звонком. Выхватываю, хочется, чтобы это Инна была. Но высвечивается Глеб. Глеб Северов.

Плохо. Слишком плохо. У нас с двоюродным братом терки, и, скорее всего, дед и его пригласил, чтобы помирить нас.

Хочу сбросить, но… Северов звонит мне раз в тысячу лет, поэтому чисто на автомате рявкаю в трубку, даже не думая поздороваться:

— Чего?!

— И тебе здрасьте, брат, — проговаривает уверенно.

Всегда такой, каменный, не двинешь, поэтому и с детства у нас терки, слишком похожи, одной масти.

— Север, не до тебя! Реально!

— Дем, я твою невесту поймал, — голос у Глеба хриплый, ехидный, но с ноткой беспокойства.

— Что?! Северов, ты что?!

— Говорю, невеста твоя… я фотографию в прессе видел, выбежала под мои колеса, если честно. Полностью в истерике. Я ее забрал, пока не убилась.

Я замираю на секунду.

— Где вы? Что с Инной?! — голос у меня жесткий, предельно собранный, но внутри начинается пожар.

— Я в пути. Твоя Инна сама попросила увезти, я и посадил в машину, везу, она уснула. Вероятно, сильный стресс словила. А ты… девочку нехило приложил, и не жалко, братец?!

— Глеб, — сдавленно выдыхаю, — я еду… пальцем ее не тронь, слышишь?!

Фыркает. Все и так понимает. Без слов. Север умеет быть проницательным. Иначе бы не выстроил свою империю.

— Локацию скину, я недалеко отъехал.