Глава 27

Встреча матери и дочери была такой какой она не была еще никогда. Это Наталья всегда радовалась Алисе, а вот Алиса могла изобразить радушие только в том случае, если ей нужно было что-то от матери. Деньги, услугу, помощь да все, что было ей на пользу. О матери она думала в последнюю очередь, хотя сомнительно, что вообще думала(без надобности).

Наталья все это понимала, но ничего с собой не могла поделать. Она до безумия любила свое непутевое дитя и прощала ей все выходки. И в то же время про Алину не вспоминала. Парадокс, выверты судьбы или извилин мозга. Валентин лишь вздыхал, смотря на такое безобразие. Когда-то давно он пытался вразумить свою жену, призывал к ее материнскому чувству.

- А что не так, что тебе не нравится? Одета, обута не хуже других, накормлена. Что еще надо?

Валентин тогда аж взревел то ли от тупости, то ли от упертости своей жены:

- Любить ее надо. Девочка она, понимаешь, наша с тобой дочь. Ей ласка материнская нужна, обнимашки, поцелуи, разговоры. Чтобы уроки проверила и похвалила или поругала, если что не так.

- Вот еще, телячьи нежности. А ты на что. Ты же с ней разговариваешь, раньше все к бабушкам-дедушкам таскал. Там поди и наобнимают, и нацелуют, и похвалят, да и пирогами напичкают, игрушки подарят. А она, жадина, пожалела куклу для Алисы. А ведь старшая сестра, должна бы уступить была. Да и потом все жадничала, не давала ей ни платья, ни кофты одеть.

Валентин схватился за голову:

- Да ничего она вам не должна обеим. Ты ей даже трусов ни разу не купила. - Аааа… - он махнул рукой, отказываясь говорить со своей глупой женой.

Вот такие страсти разгорались в приличном, на первый взгляд, семействе. Да и на второй тоже. Никого же глубоко в семейные дела заглядывать не пускали. Не было у них крепких надежных друзей семьи. Да и семьи-то, по большому счету, не было.

Тут жили Наталья с Алисой, а там Валентин с Алиной. Правда, Алина чаще у бабушек жила. Валентин все время в мастерской работал, ибо семью надо было кормить-поить, за квартиру платить.

Наталья же то работала, то нет. То Алиса болеет, то заниматься надо с ней. Правда, в последнее время нашла работу в художественной галерее и с тех пор не бросала ее, говоря, что работа приносит ей неплохой заработок. Но кроме самой Натальи и Алисы, никто этого заработка не видел.

Наталья опасалась, что ее после психбольницы не примут обратно. Но когда она принесла больничный, с ней очень даже хорошо разговаривали и даже никакого намека на увольнение не было. Так что ей не пришлось обращаться к мужу за помощью, жить ей было не на что. Все свои накопления она отдала любимой дочке, когда та уезжала.

Вот и радовалась, что сумеет встретить свою ненаглядную и угостить как следует. Об остальном она подумает потом.

Наталья не могла наглядеться на Алису, ходила за ней хвостиком по всей квартире, пока Алиса устраивалась в своей комнате. Нужно отдать ей должное, она тоже была рада видеть мать, чего от себя не ожидала. И даже всплакнула за кампанию с ней. Наверное гормоны шалить начали, не иначе.

Когда Алиса разложила свой небольшой багаж и умылась с дороги, мать позвала ее в кухню, к накрытому столу.

- Мы с тобой, дочка, теперь вдвоем будем жить в квартире. Отец уехал к Алине и, похоже, возвращаться не собирается. Только вот что-то говорил насчет продажи квартиры. Мол,продадим и всем по доле будет. А что я на ту долю куплю себе? И зачем Алине ее доля, у нее большая квартира в области. Там все у нее уместились. И сестрица моя немощная, и Гера с ними живет. Видишь, и Валентина приютили, не прогнали. Меня вот никто не пригласил, даже не позвали ни на новоселье, ни на рождение внучки.

Алиса захохотала:

- Мам, ты говорила, что тебя вылечили, да что-то я сомневаюсь. Ты все меня дурой называла, а тут дурой себя выставила. Ты с какой стороны им усралась на новой квартире, да и на старой никто не ждал. Можно подумать, любящая мамаша и бабушка. Ты их крыла чуть не матом почем зря, не считая за родню, и вдруг родниться надумала. Нет, тебя обманули, тебя не вылечили.

А за квартиру не переживай. Отец не станет ее продавать, пока я тут. А если уж надумает, то у меня тоже есть квартира, могу ее продать и что-нибудь придумаем. Может куда подальше махнем, пока я в состоянии.

- Ешь, давай, потом поговорим, теперь все время наше.

Наталья счастливо улыбнулась, подошла к дочке и обняла ее.

Дорогие мои читатели! Когда я начала эту историю, я в аннотации писала, что название не мое и, возможно, я его сменю. Но потом, видимо, удалила, а зря.

Я его решила не сменить, а изменить и будет это выглядеть так: (Не) Горячий развод. Надеюсь для вас ничего не изменится и вы продолжите читать.

С любовью, Розалия.

————

Наступили выходные дни, но таковыми они были только у Германа. Остальное население квартиры выходных не ощущало. Аня с Валентином были пенсионерами и на данный момент не работали. Хотя Валентин не оставил желание найти себе какой-нибудь закуток, чтобы заняться любимым делом.

У Ани как бы была работа - заниматься с малышкой Верой, но она не считала это за труд. Она считала это счастьем. Своих внуков не довелось растить, их растили другие бабушки, в других городах. Вот Верочка и стала отрадой в ее тоскливой одинокой жизни.

Ну, а Алина работала, как и прежде, учителем пения на дому. Ей тоже без разницы выходной день или нет.

Герман же решил провести эти выходные с пользой для себя. Он взял и укатил в Москву на свидание с Евой. Он обещал матери, что если вдруг задержится, то в ночь не поедет назад, а заночует у отца.

Валентин довольно улыбался в усы и подмигивал Алине.

- Ты, внучек, смотри там. Раз твоя Ева дева еще малолетка, то если что, загремишь под фанфары.

И захохотал, поглаживая спинку Верочке, которая пристроилась рядом с ним на диване и усердно пыталась выдрать волосенки у куклы.

Гера аж побагровел и от возмущения зарокотал отцовским басом:

- Ты, деда, говори, да не заговаривайся. Это что за намеки “если что”, а?

- Это, если ты вдруг руки надумаешь распускать, дело-то молодое, да и тело тоже. - Озорно подмигнул теперь Гере.

Тут не выдержала Алина и борясь со смехом, проговорила:

- Папа, ты и, правда, околесицу несешь. Гера очень порядочный юноша.

А вот Анна серьезно за Геру обиделась:

- Ты, старый пень, помалкивал бы в тряпочку. Тебе ли учить нашего красавчика, забыл, как сам руки распускал в молодости. Девчатам с фабрики проходу не давал.

Гера решил, что с него довольно этого аттракциона, быстренько смотался в комнату, взял приготовленную сумку, ключи от машины и был таков. Уже в дверях послал всем воздушный поцелуй. А усевшись в машину, послал каждому, кроме Верочки, по телефону сообщение: “И все равно вы лучшие и я вас люблю. “

И не удержался, отправил сообщение и Еве: “Люблю тебя, мой ангел, и уже мчусь на встречу с тобой. “ Ответ от Евы пришел, когда он уже покинул пределы города и, действительно, мчался по трассе.

“ Эй-эй, потише, пожалуйста. Не надо мчаться. Я хочу обнять тебя живого. Немедленно сбавь скорость, я за тобой наблюдаю. “

Гера засмеялся и решил послушать совета девушки, он сбавил скорость.

Кирилл положил телефон на стол, на его губах блуждала улыбка, глаза загадочно мерцали. Он только что закончил разговор с Алиной и был весь в предвкушении предстоящей встречи.

Наконец-то звезды совпали и вскоре увидит женщину своей мечты. Об этом не знала ни одна живая душа и даже от себя Кирилл прятал эти мечты. Так было проще жить. И только иногда прорывалась глухая тоска,изводящая сердце ноющей болью. Чужая жена. Недоступная женщина.

Когда он узнал, что они разводятся он не поверил. Ему никогда и в голову не приходил такой расклад, настолько идеальной виделась ему жизнь друзей.

Антон променял свою чудесную женщину на не пойми кого.

Огонек надежды забрезжил в его душе. Еще несмелый, робкий. Даже не называющий все своими именами из-за боязни спугнуть удачу.

Он не торопился, не навязывался в гости, хотя ее переезд в область вывел его из равновесия. Он испугался, что вновь потеряет ее. И только поэтому стал звонить чаще, чем принято правилами приличия. И облегченно выдохнул, когда понял, что Алина рада его звонкам, что ждет их. И что даже насмелилась пригласить в гости.

Но он не торопился, прислушиваясь к свой интуиции и к интонациям голоса Алины. А тут и повод подоспел, приближался первый день рождения Верочки.

Вот только надо разузнать, приедет ли Антон и когда, чтобы не столкнуться с ним. Антон хоть и умудрился сменить Алису на красавицу-москвичку, за Алиной присматривал, как за своей собственностью. И Кирилл считал необходимым лишить Антона этой возможности.

Он настолько погрузился в свои размышления, что вздрогнул от звонка телефона. Звонила Наталья Николаевна, мать Алины и Алисы. Кирилл очень удивился, но ответил.