ГЛАВА 27. Василина

Стою и смотрю, как Никита уходит от меня и на глазах наворачиваются слезы, будто прощаюсь с ним. Резко вздергиваю головой, что за глупость. Ему нужно разобраться со своей девушкой, я понимаю, но почему на душе так гадко и больно. Будто снова с ним прощаюсь, теряю. Вижу, какая у него невеста, красивая девушка, стройная, чем-то меня напоминает, одета хорошо. Только волосы короче и чуть темнее. Сестру сразу узнала, действительно лисичка, рыженькая такая. Становится грустно оттого, что меня никто не встречает, думала, половину пути получится с Никитой проехать. Но ладно, будем ждать, значит.

Подхватываю свою сумку и выхожу с аэропорта, ловлю такси. Квартира меня встречает затхлым воздухом и холодом, будто тут годами никто не жил. Открываю окна и принимаюсь убираться, хочу, чтобы к приходу Никиты у меня все сверкало. Он конкретно не обещал, что придет, но по голосу я поняла, что вряд ли Никита отпустит меня сегодня ночевать одну. Убираюсь, меняю постельное белье, вспоминаю про ужин и мчусь в магазин. Ведь мужчину полагается накормить.

В магазине выбираю бутылку хорошего вина к мясу, овощи, сыр, фрукты. Решаю запечь просто хороший кусок мяса и к нему гранатовый соус. Покупаю все, что нужно и возвращаюсь домой. Пока маринуется мясо, принимаю ванную, долго отмокаю в ароматной пене, слушая музыку в наушниках. Вспоминаю ласки Никиты, и тело снова загорается желанием. В самолете я и правда уже посматривала на туалет, но все же взяла себя в руки. Это уже ненормально так хотеть друг друга.

Вылезаю из ванной, сушу волосы, слегка душусь любимыми духами, улыбаясь, смотрю на себя в зеркало. Глаза сияют, будто любовь там плещется через край. Я так счастлива, что дыхание замирает в груди. И еще я боюсь, очень боюсь потерять Никиту. Эти три года чуть не сломали меня. Без него я не могла дышать и практически не жила. Только сейчас понимаю в какой темноте я прожила все это время, как робот. Выполняла что нужно, говорила, ела, работала – все это прошло одним днем и мимо меня.

Сажусь в гостиной на диван, включаю телевизор. Руки так и тянутся к телефону, чтобы позвонить или написать Никите, но не могу. Не хочу его отвлекать, если он сейчас разговаривает со своей девушкой, это будет неудобно. Пусть спокойно поговорят. Мне ее очень жалко, но снова потерять Никиту я просто не могу. Смотрю на часы, стрелки двигаются так медленно и само время будто остановилось.

Выглядываю в окно, смотрю на стоянку у подъезда и вздрагиваю от того, что вижу машину Никиты. Он стоит, облокотившись на капот и курит, о чем то задумался. Я почти бегу от окна и хватаю свое пальто с вешалки, хочу спуститься вниз и встретить Никиту, но, уже открыв дверь, притормаживаю. Снова возвращаюсь к окну и смотрю, как Никита стоит и курит одну сигарету за другой. Поднимает взгляд на мои окна, и я дергаюсь, чтобы спрятаться за штору, но остаюсь на месте, меня не видно, в гостиной не горит свет. Так мы и стоим с ним, думая каждый о своем, только Никита на улице, а я у себя дома.

Меня начинает накрывать холодной волной страха, которая тянется ледяными щупальцами по телу, сжимая сердце, оставляя холод. Если бы все было хорошо, то Никита сейчас сжимал бы меня в своих объятиях, уже поднялся бы в квартиру. Но он стоит там, внизу, думая и видимо эти мысли работают против меня, так как он выкидывает очередную сигарету и садится в машину.

Я жду, затаив дыхание – уедет или останется? Я почти чувствую, как теряю его снова. Прижав руку к губам, стараюсь сдержать крик, который растет в глубине груди. Всего несколько минут отделяют меня от жизни до и после. Если Никита уедет, значит все, между нами все закончилось, не успев начаться.

Никита закрывает свою дверь и отъезжает, выезжает со двора, а я сползаю на пол, закрывая руками лицо. Все, вот и закончилась наша связь. Никита сделал свой выбор, он выбрал свою девушку, даже не попытался объяснить ничего. Просто уехал, молча. А что я хотела? Что за три года, которые прошли после нашего расставания ничего не изменилось? Ну, провели три дня в гостинице, в другом городе, незабываемых три дня, теперь все. Никита вернулся в свою жизнь, свою семью, к своей невесте. Это у меня никого нет, а него есть все, что можно желать: родные, близкие, любимые.

Его выбор – это оставить меня. Да, когда-то я ушла от него и если бы не наша встреча в ресторане, то тоже сделала бы это молча, как он сейчас. Слишком больно прощаться, разрывает так, что, кажется, дышать не можешь. Вот и сейчас, мне так больно, что ложусь на пол, прижимая к груди колени и обхватывая их руками, скулю, как побитая одинокая собака. Все режет острой болью, я не выдержу, я сдохну прямо здесь на полу.

– А-а-а, – вырывается полный боли крик, который сжигает мое горло и обрывается на самой громкой ноте, так как перехватывает дыхание. Я жадно вдыхаю воздух, не могу надышаться, пытаясь вдохнуть через острую боль в груди. Слезы текут горячими ручьями, я не пытаюсь их вытереть, я их просто не замечаю, падаю в темную пропасть.

Звонок в дверь слышу не сразу, только когда в нее начинают уже громко стучать. Я не хочу никого видеть, мне все равно кто-там. Главный в моей жизни человек уехал, оставил меня, но с трудом поднимаюсь и иду, шатаясь к дверям, натыкаясь на стены, стулья. Открываю дверь, и мне кажется, что мир остановился. Земля больше не вертится, а небо рухнуло со всей своей мощью, припечатав меня к земле. Передо мной стоит Никита, смотрит на меня горящим взглядом человека, который только что решил все для себя.

– Я тебя не оставлю, – глухо говорит он и делает шаг в мою квартиру, подхватывает меня на руки и несет в комнату, крепко прижимая к себе. Я в шоке, я не могу ничего сказать, только уткнулась мокрым лицом ему в шею и плачу.