Глава 22

Врач Сотникова целый день сияла улыбкой, сыпала шуточками и вообще находилась на подъеме сил. За чашкой чая растягивая уголки губ, кому-то писала сообщения. Коллеги смотрели на молодую девушку и понимающе переглядывались.

«Эх, молодо — зелено. Скоро выскочит замуж, а там и декрет не за горами» — судачили медсестры бывалые замужем и некоторые из них не по разу уже сходили.

— Мария Глебовна, вас главный вызывает, — прибавила Мариночка глаза. — Какой-то он не в духе, — давай приглушенно рассказывать, чуть поддавшись вперед. — Опять, наверное, кто-то нажаловался из недовольных родителей.

Маша только пожала плечами, скидывая еще одну медицинскую карточку в общую кучу «приемных» за ее дежурство.

Она шла по коридору поликлиники, даже не догадываясь о цели их разговора.

— Так. Это у нас Мария Сотникова, — строго на нее взглянул главный врач, снимая очки и обхватив двумя пальцами переносицу, словно разговор предстоит не простой. Взмахом другой руки предложил присесть.

— Случилось что-то, Марк Павлович? — девушка примостилась на стул и подогнула под себя ноги.

— Случилось. Вы выписали ребенку лекарство, на которое у него аллергия. Поступила жалоба от отца ребенка… Эм… Эдуарда Савицкого, — будто ударил под дых.

— Савицкого? — хлопала Маша глазами. — В истории у Ивана не было никаких аллергий на препараты, я проверила. Ничего не понимаю… — она не знала куда свои руки девать от волнения.

Только недавно созванивались с Фадеем. Он сказал, что привез свои вещи и ничего про плохое самочувствие племянника не говорил. «Как же так?» — цепляла кончики ногтей больших пальцев рук между собой.

— Еще отец этого мальчика лично знаком с министром здравоохранения… Знаете, Мария, мне не хочется на вас давить, но другого выхода не вижу… — заведующий встал, заложив руки в карманы белого халата и подошел к окну, рассматривая капли моросящего дождя, стекающие по стеклу.

— Я поняла, Марк Павлович, — Маша подвинула к себе чистый лист бумаги и ручку, словно «случайно» оставленные на столе.

Размашисто написала заявление об увольнении по собственному желанию с сегодняшнего числа, приписав «без отработки» и не попрощавшись, вышла из кабинета.

Горькие слезы обиды выступили в глазах. За что? Почему? Человек имея власть и деньги так просто одним своим капризом лишил ее любимой работы.

— Тетя, хотите конфету? — к Маше подбежала девочка лет пяти или шести и протянула жевательную карамель в обертке.

— Спасибо, малышка, — только тут Сотникова поняла, что сидит в коридоре у общей раздевалки. Поверх халата накинуто пальто, ноги все еще в удобных балетках. Рядом сумка со всякой мелочью с ее рабочего стола.

«Я должна с этим наглецом разобраться! Больше мне терять не чего» — Мария решительно переобулась в уличные ботинки и подхватив свои вещи, последний раз махнула девочкам в регистратуре на прощание.