Глава 23

Эттриан Глупо. Очень глупо… Но отступать поздно. Дэйжин мчался на меня, красуясь перед придворными дамами и Ариэль, а я поднял жезл и выпустил магический импульс, сбив принца на землю. Толпа недовольно загудела, ведь все ждали зрелищного боя, а не победы в первом заходе. Брат вскочил и возмутился: – Риан! Бой ещё не начался! – Да? – Я выгнул бровь и крутанул в руке жезл. – Значит, мне показалось, что ты направил на меня своего коня? Дэйжин поморщился, как от зубной боли, но я не стал щадить брата, громко заявив: – В правилах есть пункт на подобный случай. Если хотя бы один из противников верхом, а глашатай по каким-либо причинам не объявил бой, тот считается начавшимся, если лошадь переходит в галоп. – Книжный сухарь, – буркнул Дэйжин и, коснувшись себя сзади ниже пояса, болезненно скривился. – Выпороть бы тебя… – Его высочество Эттриан получает первое очко! – на бегу проорал глашатай. Он спешил изо всех сил, на ходу натягивая на голову парик и пытаясь удержать под мышкой яркие жёлтые флажки. Те падали, и невысокому мужчине приходилось возвращаться и подбирать их. Но в конце концов глашатай справился с этой непосильной задачей и добрался до доски, на которой были заметны круглые металлические гнёзда. Вставив в одно флажок, мужчина развернулся и, поправив съехавший с потной головы парик, объявил: – Да начнётся второй поединок! Я мгновенно развернулся, ожидая нападения откуда угодно. Котлийцы славились хитрой техникой ведения боя. Не чурались использовать зелья, распыляя их даже во время турнира. Если в Котлийе за этим следили специально обученные маги, которые могли аннулировать победу, то в Вазриане таких полезных людей не было. Я мог не заметить Зелота, даже если он был рядом, поэтому, не доверяя зрению, обратился в слух. Он меня не подводил ни на море, ни на суше. Как в воду глядел! Эр выскочил ниоткуда, замахнувшись жезлом, но я опередил его удар, сбив магическим импульсом. Упав на спину, Зелот застонал и глянул на меня с неприкрытой ненавистью. – Его высочество принц Эттриан получает второе очко! – тут же проорал глашатай и вставил второй флажок в гнездо. – Отмените своё решение, – повернувшись к закрытой трибуне, потребовал я. Кто там сидел, не было видно из-за плотной ткани. Эту материю, которая изнутри давала полный обзор, а снаружи полностью защищала от любопытных взглядов, привёз я сам, когда набрёл на необычную лавочку, торгующую разными редкостями, и позже подарил королю. Глашатай посмотрел в ту же сторону, что и я, а потом кивнул. – Обоснуйте свою просьбу, ваше высочество! – громко попросил он. – Должно быть, эру не объяснили суть поединка, когда вручили магический жезл, – сообщил я, глядя на закрытую трибуну. – Поэтому он сражался жезлом, будто мечом, и потому я не считаю победу честной. «Да кому нужна эта честность?» – прочитал я во взгляде Дэйжина. Глашатай некоторое время молчал, а потом негромко спросил, передавая слова: – Ты действительно настаиваешь на отмене? Эр использовал против тебя зелье, а это явное нарушение правил даже в его стране. – Да, – просто ответил я. – Поединок будет переигран! – заорал глашатай и вынул флажок из гнезда. Зелот покосился на меня с изумлением, явно недоумевая, как можно быть таким идиотом. Но я не жалел о своём поступке. Мне было важно не только победить, но и выглядеть честным в глазах своей спасительницы. Поймал на себе задумчивый взгляд Ариэль и поднял руку, в пальцах которой сжимал её речевой артефакт. Мысленно пообещал себе, что обязательно приобрету самый лучший, чтобы девушка могла общаться свободно… Но сделаю это после того, как она станет моей женой! Утвердившись в своей цели, повернулся к котлийцу. – Понял, как действовать этой штукой? Махнул жезлом. – Вот так? – невинно уточнил он и выпустил в меня магический разряд. Я парировал его, так как ожидал от Зелота выходки в подобном стиле. И тут же ударил в ответ, но юркий эр ушёл от импульса, и тот врезался в землю рядом с ограждением. Толпа испуганно отхлынула, а потом жадно подалась вперёд и заревела. Будто волны в шторм! Мне эта погода была знакома. Более того! Она была мне по вкусу. И раз я не мог больше выходить в море, то придётся искать себя на суше. Я отчаянно сопротивлялся этому, делая всё, что предлагал король, но без особой охоты. Теперь же, с появлением в моей жизни Ариэль, я почувствовал себя моряком, лодку которого долго-долго болтало в море, а потом внезапно показался свет далёкого маяка. Манящий, искрящийся, такой красивый… И дарующий надежду. Дом, которого у меня не было, я вдруг нашёл там, где и не предполагал. В другом человеке. И даже если Дэйжин прав и всё это лишь колдовство, я согласен. И не отступлю. – Его высочество принц Эттриан получает второе очко!