Глава 5

— Вы ведете себя неблагоразумно, Кристина Александровна. — Подняла взгляд на Андрея, занимающегося перебинтовкой моей раненой руки. Я так и не смогла порезать себя. Струсила? Нет. Просто поняла, что не хочу умирать. Хочу вернуть свою жизнь, пусть и не знаю, как.

— Андрей, я хочу перекрасить волосы в свой прошлый цвет. — Он взглянул на меня хмуро, недовольно. Ему не понравилось, что обратилась к нему по имени. А мне стало плевать, что он думает. Я не собираюсь подстраиваться под него. Уважать его я не обязана.

— Хорошо, — проговорил он, сжав губы.

— Я больше не могу сидеть взаперти.

— Вы пытались покончить с собой. С чего я должен…

— С того, что я подыхаю со скуки. Если бы я хотела покончить с собой, вы бы не успели. Я бы перерезала себе и вены на руках и горло за одно. — Никогда прежде я ни с кем так грубо не разговаривала, руки вспотели от волнения. Мужчина еще больше помрачнел, глядел почти зло. Но впервые я чувствовал, что мне уступят.

— И книги мне принесите.

Книги мне принесли вечером. Немного потрепанные, похоже из чьей-то личной библиотеки. Пара романов, фантастика и книга по психологии. Впервые с прибытия мне было чем себя занять. На следующий день принесли и краску. Я вновь стала брюнеткой. Мне стало легче. По крайней мере, я перестала вспоминать Стаса при взгляде в зеркало. Еще через день я проснулась оттого, что дверь открыли. Ко мне заглянул охранник.

— Завтрак через пять минут. Ознакомьтесь с расписанием. — Он бросил мне электронные часы. Я была в таком шоке, что чуть не выронила их. Надела часы на руку, совсем простые, но я была рада им. Теперь я не боялась потерять себя во времени. У меня появились ориентиры, хотя какие-то, пусть это всего лишь отсчет времени взаперти. Из комнаты выходила с опаской. Мне все казалось, что это ошибка и меня вот-вот вернут обратно. Но вот я вышла в столовую, и никто меня не остановил. Другие обитатели секции уже сидели перед своими подносами. Меня тоже дожидалась еда. Желудок взвыл и дальше я уже решительно прошла в помещение и заняла место. Это уже не тройная порция. Даже при своих прошлых габаритах я столько не ела.

— Надо было спорить, влезет в тебя или нет. — Подняла глаза от опустевших тарелок. Молодой человек, наверное, младше даже меня, смотрел с улыбкой. Он был немного худощав, но внешность приятная. Темноволосый, карие глаза, чуть смуглая кожа и добрая улыбка.

— Не в кобылу корм, — пробормотала девушка, взглянув на меня мельком. Тусклые глаза сверкнули с вызовом. На краткий миг я растерялась. Я никогда не вступаю в конфликты. Раньше бы в такой ситуации я промолчала. Но сейчас я кипела внутри. Меня забрали из родного города, лишили родственников, друзей, парень оказался подосланным агентом, надо мной проводят исследования. Я стала подопытной крысой, бесправной, жалкой. Но пресмыкаться перед какой-то незнакомой девицей я не собиралась. Эти мысли хороводом проносились в голове, а тело уже действовало. Вилка сорвалась с моей руки, ударила в плечо девушку и со звоном упала на пол. — Нарываешься, тварь?! — Девушка подскочила со скамьи и рванула на меня. В этот момент я поняла, что ею двигали те же мотивы, что и мной. Душевный протест, глупый, бессмысленный. Она повалила меня со скамьи, нависнув сверху. Каким-то образом отвела ее руку, когда она попыталась меня ударить кулаком, вцепилась в ее волосы. Мы визжали, кричали и царапались, пока нас не разняли подоспевшие охранники. Оба мужчины, что завтракали с нами вмешиваться даже не пытались. Нас разняли, но мы продолжали вырываться, кричать. В какой-то момент мне даже удалось вырваться, но меня перехватил еще один охранник.

— Что здесь происходит?! — В помещение ворвался Андрей. Только тогда я и остановилась только сейчас поняв, что меня удерживают двое мужчин.

— Женские разборки. — Девушка дунула на лицо, отбрасывая волосы с лица. Руки ее надежно фиксировал сзади один из охранников.

— Хотите посидеть пару суток взаперти? — Мы обе опустили взгляды, уже ненавидя себя за это. Этого не хотели и, само собой, подчинялись ему. — Приведите себя в порядок. Больше никаких разборок. — На этом Андрей ушел. Охранники с опаской отпустили нас. Девушка первая покинула столовую.

— Сбросили пар? — Ко мне подошел парень, что заговорил со мной. — Тимур. — Он протянул мне руку. Пожала его руку с неудовольствием оглядывая поломанные ногти. Губа и скула болели, на них я приняла удар и, кажется, она расцарапала мне щеку. Боже, я участвовала в драке. Хуже того, я сама ее спровоцировала. Что бы мама сказала, если бы узнала? Хотя, какая теперь разница? Тимур был прав, пар мы сбросили. Мне стало легче. Груз одиночества и безнадежности, висевший на сердце стал чуть легче.

— Кристина, очень приятно. — Решила быть вежливой. Он то меня «кобылой» не называл.

— Не обращай на Лену внимания. Она всегда такая. Огрызается, язвит. Она только недавно с иглы соскочила, нервная.

— Она — бывшая наркоманка? Но что она здесь делает? В опытах участвует?

— Опытах? — Он невесело усмехнулся. Наверняка знал причину моего нахождения на базе. — Нет. Мы сами один большой опыт. Из нас делают солдат.

— Но зачем вам это?

— Нас не спрашивали. Нас вытащили из тюрем после следствия. Мы все якобы умерли на зоне. — Он кивком головы указал на второго мужчину, он был старше лет на пять. Тот кивнул, подтверждая слова Тимура. — Я за угон машин попался. Лена на наркотиках. Ленар. — Тимур чуть замялся.

— За убийство, — пояснил вместо него Ленар. Выглядел он при этом равнодушным.

— То есть вас вытащили, чтобы обучать здесь?

— Да. Нас официально не существует. Говорят, если дело выгорит, наш проект расширят. Пока что мы первые счастливчики.

— Ты хотел сказать подопытные? — На лицо Тимура набежала тень. Он кивнул. В этот момент в столовую заглянул мужчина в серой военной форме.

— На тренировку через пять минут. Кристина с сегодняшнего дня вы тоже участвуете. — Он ушел раньше, чем я успела спросить, в чем участвую?

— Утренняя тренировка, — пояснил Тимур, заметив мое недоумение. — Бег, зарядка. Ничего особенного.

С этого дня моя жизнь стала чуточку терпимее. Электротерапию сократили. Добавились физические нагрузки. Не смотря на то, что раньше я не дружила со спортом, упражнения давались легко. Вообще с потерей веса я стала изящнее, ловчее. Да и аппетит, кажется, начинал налаживаться, возвращаясь к прежнему уровню. Меня проверяли теперь каждый день.

— Ускоряю. — Андрей нажал на тренажере следующую скорость. От груди и рук вели провода, фиксирующие сердечный ритм, давление, пульс. Специально задерживала дыхание, чтобы ускорить сердце. — Показатели лучше по сравнению с прошлой неделей. — Андрей не смотрел на меня, все еще сосредоточенный на приборах. — Ты сама ощущаешь какие-нибудь изменения? Силы прибавилось? Стала выносливее? — Эти вопросы он задает с тех пор как мне ввели физические нагрузки.

— Нет, никаких изменений, — привычно соврала. На этот раз даже взгляд не отвела. Такими темпами я научусь виртуозно врать и изворачиваться. Я не собиралась идти им на встречу, не собиралась им помогать. Пообщавшись с Тимуром, я поняла, что отсюда не сбежать. Подействовал препарат или нет, меня отсюда живой не выпустят, так зачем им помогать? А изменения есть. Я стала выносливее, думаю, могла пробежать с десяток километров, даже не сбив дыхание. Но это так себе достижение. Куда мне бежать, каким образом? Вроде и физические силы прибавились, по крайней мере недавно я случайно сломала прут у кровати. Надеюсь, в этот момент никто не смотрел в камеру, установленную в моей спальне. Андрей взглянул на меня с прищуром. Не верит?

— Кристина, вам нужно идти нам на встречу.

— Я и иду. Просто нет никаких изменений. Но если вдаваться в подробности, то я похудела на три размера.

— Это я итак вижу, — огрызнулся Андрей. Обычно он более сдержанный. — Ты пробовала прыгать, как тогда с машиной?

— Пробовала. Не получается. Наверное, с машиной случайность.

— Конечно, — процедил он, дернув браслет с моей руки. — Свободна. — Уходя, думала одержала очередную свою маленькую глупую победу. Надо же себя чем-то тешить.

*****

Стас с шипением отдернул руку от утюга, когда по неосторожности коснулся накаленного края. Раздраженно махнул рукой, возвращаясь к прерванному занятию.

— Чертовы бабы, — пробормотал он зло. Все зло из-за баб. Ведь раньше он вполне легко гладил себе одежду, вроде и готовил неплохо. Стас поморщился, вспоминая свой последний кулинарный шедевр. Они прожили с Кристиной всего несколько месяцев, но за это время он, кажется, растерял все холостяцкие навыки. Так бабы и приручают хороших мужиков, размышлял он, разглядывая свежевыглаженную рубашку. У Кристина не оставались складки на рукавах. Если посудить, домашние дела она выполняла идеально. За время с ней он привык не задумываться о чистоте и виде одежды, о еде или о чистоте в доме. Забота об этих проблемах лежала на хрупких плечах Кристины. За последний месяц он часто вспоминал девушку, по привычке искал ее ночью в постели. Иногда, забывшись, звал ее. Вроде все время бесился на обстоятельства, вынудившие его начать ухаживать за толстушкой. Теперь не мог выбросить эту толстушку из головы. — Чертовы бабы, — вновь проговорил он, отключая утюг и накидывая на себя еще теплую рубашку. Домработницу, что ли завести? Звонок заставил отвлечься.

— Добрый день, Станислав, не отвлекаю? — Стас прочистил голос, удивленный звонком.

— Добрый, Андрей, нет, не отвлекаешь.

— Ты мне нужен на базе.

— Для чего?

— Кристина не идет на контакт. Я надеялся, знакомый человек сможет ее убедить.

— Сомневаюсь, что она захочет со мной разговаривать. — Стас задумчиво почесал подбородок. Хотел ли он вновь увидеть девушку? Скорее да, чем нет.

— Ты все же попробуй.

— Я вообще-то занят.

— Завершающую часть выполнят за тебя. Заодно, отвлечешься. — Андрей прекратил вызов. Стас отложил телефон, подняв задумчивый взгляд к потолку. Андрей хоть и общался с ним по-простому, но занимал высокое положение, курировал многие проекты. Он, конечно, облек слова в просьбу, но отказа не примет. Придется отложить дела. Помимо основного задания он пытался найти Веста, ведь почти удалось выйти на одного из помощников Веста. Теперь придется все оставить.

На базу он прибыл через сутки. Сразу направился к Андрею, чтобы прояснить поведение Кристины и понять, чего ждут от их с Кристиной разговора. Сам он ожидал выяснения отношений и обвинений. Женщины всегда так поступают, когда их бросаешь.

— Спасибо, что быстро прибыл. — Андрей поднялся из-за стола, отложив бумаги, которые изучал до этого. Стас прошел к нему и пожал протянутую ладонь.

— Я торопился. — Стас присел в стул напротив стола Андрея. — Так в чем дело? Удивлен, что с ней возникли проблемы.

— Я тоже. — Андрей придвинул к себе ноутбук, набрал что-то на клавиатуре. — Сначала мы решили, что она склонна к суициду. С психологом она отказалась общаться, вела себя отрешенно. — Андрей развернул ноутбук. Стас поморщился. Запись из душевой. Они даже там камеры установили, не предоставив девушке никакой свободы. Кристина стоит у раковины и рассматривает себя в зеркале. Стас невольно придвинулся ближе. Кристина похудела, даже не так, исхудала. Футболка и брюки сидели на ней мешковато, больше подчеркивая худобу. Лицо осунулось, под глазами темные круги. Она стоит долго, оглядывает себя. Потом вдруг ударяет рукой по зеркалу. Осколки летят в стороны, рука проламывает зеркальный шкаф. Кристина отдергивает руку, изумленно глядя на свою окровавленную руку. Потом вдруг резко садится на пол, подбирает осколок. Подносит его к запястью, но останавливается. Даже через камеру видно, как у нее дрожат руки. Она так и сидит среди осколков, пока в душевую не вбегает охрана.

— Зачем оставили там зеркало? — возмутился Стас, на мгновение забыв с кем разговаривает.

— Зеркало не простое, укрепленное. Тот факт, что она смогла разбить его о многом говорит.

— Она могла погибнуть.

— Нет. Она не решилась. После этого инцидента мы прекратили ее изоляцию. Думал с ровесниками ей будет лучше, но там она осмелела, это и все. Я уверен, что она скрывает изменения в теле, об этом говорят анализы.

— Пригрози ей, всего-то. Она же затюканная. Боится слова лишнего сказать.

— Вот именно, она не говорит ничего лишнего. Отмалчивается, либо врет. Чем я могу ей пригрозить? Она, как это не странно, ни боится. Мне нужна демонстрация результатов. Поговори с ней, убеди пойти нам на встречу. Не знаю, пообещай, что тогда она получит шанс выйти отсюда.

— А она получит?

— Возможно, со временем. Если опыты покажут хороший результат, мы сможем ее использовать.

— Собираешься выпустить ее только в качестве агента?

— Как вариант. Если вообще выпущу. Препарат не синтезирован, может понадобится не меньше года, за это время многое может поменяться.

— Почему сам ей не предложишь?

— Она мне не верит.

— Будто мне она верит. Я поговорю с ней. Где она сейчас? — Андрей прощелкал комбинацию клавиш на клавиатуре, после чего на экран вышли записи камер в реальном времени. Они все находились на обеде.

Первое, что услышал Стас, прежде чем войти, это голос Кристины.

— Заткнись, Лена, без тебя тошно. — Стас чуть опешил, Кристина всегда была такой деликатной, мягкой, как снаружи, так и внутри.

— Не затыкай мне рот, — ответила девушка. Кристина собиралась продолжить перепалку, но замолкла, когда заметила его. Она изменилась в лучшую сторону со времен записи и попытки суицида. Волосы снова перекрасила. Сейчас черные пряди были собраны в высокий хвост. Лицо округлилось, вернулся румянец. Правда, взгляд зеленых глаз потухший. Тело подтянулось, он невольно залюбовался ей. Она резко поднялась со скамьи. Выбралась, не отрывая взгляда от него. Глаза загорелись эмоциями. Как он раньше не замечал ее красоты? Был сосредоточен только на недостатках?

— Кристина, — он улыбнулся ей, наблюдая за ее стремительным приближением.

— Стас, — она улыбнулась в ответ. Не тепло, как раньше, а холодно и даже дерзко.