Глава 6

— Вэлларс! — Ричи перехватил меня в двух шагах от ректора. — Ты куда пропала? Вернулся в беседку, а там никого нет.

— А ты бы еще дольше гулял, я бы домой уехать успела.

— Ну задержался, извини. Все-таки именинник, обязан принимать поздравления.

— К твоему сведению, пока ты строил из себя радушного хозяина, меня коварно соблазняли, — сказала я.

Ричи напрягся.

— В каком смысле?

— В самом прямом. Господин Томаш проявлял внимание и приглашал на танец. Вот, думаю, может зря отказалась? Такой видный мужчина.

— Вэлларс, надеюсь ты не наедине с ним… общалась? — голос Ричи звучал драматично и немного обиженно.

— Успокойся, именинник, — усмехнулась я. — Ректор героически спас меня из лап искусителя. Я, кстати, как раз собиралась его основательно поблагодарить.

Ричи был очень и очень привлекательным парнем, но все же чем-то неуловимо напрягал. Он мог быть любезным, внимательным, благовоспитанным, но делал это ради личной выгоды. Не уверена, что он стал бы волноваться о знакомстве с Томашем, если бы его невестой значился кто-нибудь другой. Он не ректор, за репутацию студенток не радеет.

Вот и сейчас, успокоившись, что рыжий тип ничем не навредил его полугерцогской персоне, потерял ко мне интерес.

— Дамиан в малом зале о чем-то беседует с дядей, — сказал Ричи. — Проводить или сама найдешь дорогу?

— Найду.

— Отлично. Только надолго не пропадай, мы должны во всеуслышание объявить о помолвке.

Я пообещала освободиться как можно скорее и направилась искать ректора.

Гостей на празднике было много. Они заполоняли не только залы, но и коридоры, поэтому нужное помещение искалось долго и не всегда плодотворно. В какой-то прекрасный момент, я свернула не туда и наткнулась на красивую резную дверь. А когда открыла — буквально приросла к месту. Библиотека! Так вот где она, родимая!

Обернувшись по сторонам, я быстро юркнула внутрь.

Высокие стеллажи смотрелись величаво. Почти достигая потолка, они создавали тот самый интеллигентный колорит, присущий каждому уважающему себя семейству.

Я, как истинная поклонница литературы, восхищенно любовалась книгами. Ах, если бы было чуть-чуть больше времени, чтобы их изучить, узнать больше о мире, о культуре. Но, увы, даже поиски записей Бонама придется отложить. Не дай бог, застанут. Хотя всегда можно сказать, что заблудилась, тем более это правда.

Но послушавшись голоса разума, я отложила поиски на темное время суток и вышла обратно в коридор.

Малый зал нашелся с трудом, пришлось спросить дорогу у проходящего мимо лакея. Я улыбнулась на вежливое: «Дальше по коридору, милостивая госпожа, следующая дверь направо» и поблагодарив, направилась на встречу с ректором.

Помнится, господин Дамиан ангажировал у меня пару танцев? Настоящая Викки уж точно не забыла бы о такой «маленькой» детали.

Двери зала оказались прикрыты, что делало его не таким общедоступным, как остальные помещения. Я заглянула между створок и прислушалась.

— … станет неплохой супругой, — говорил Дамиан. — Если, конечно, Ричи сможет ее обуздать. Характер взрывной, но мягкий.

Ого, кажется господа меня обсуждают! Конечно, подслушивать плохо, но вряд ли кто-то сможет уйти, отказавшись узнать что-то новое.

— Не знаю, не знаю, — голос герцога прозвучал задумчиво. — Госпожа Слоун категорически против брака.

— Раньше тебя не интересовало ее мнение.

— И, видишь, что из этого получилось?

— В любом случае, решать не нам, — сказал ректор.

— Верно. Сами разберутся. Кстати, месяц назад ты давал девушке совершенно другую характеристику. Что случилось?

— Вэлларс странным образом перевоспиталась, — ответил Дамиан. — И это меня несказанно удивляет.

— Даже так? Интересно.

— Не то слово.

Я задумчиво закусила губу. Кажется, волноваться пока не стоило, если и заметили перемены, то не особо напряглись.

Послышался скрип кресла, потом второго. Поняв, что мужчины встали, я торопливо распахнула дверь. Уж лучше сама к ним пожалую, чем они застанут меня за неприглядным занятием.

— Господин Дамиан! — с широкой улыбкой сказала я. — Вы приглашали меня на танец. И так сильно уговаривали, что я решила согласиться.

Ректор удивленно приподнял брови, а герцог хохотнул.

— Ну что ж, друг мой, — сказал он, обращаясь к Дамиану. — Коли приглашал девушку, не следует заставлять ее ждать.

Понятия не имею, с чего вдруг герцог решил встать на мою сторону, но его поддержка оказалась весьма кстати.

Ректор протянул руку.

— Идемте, Вэлларс. Вы умеете быть настойчивой.

Надеюсь, это не было сказано в упрек.

***

Госпожа Слоун недовольно поджала губы, когда мы с Дамианом появились среди танцующих.

Рядом с ней все еще сидел Томаш, но вид при этом имел угнетенный и подавленный, чего не скажешь о самой госпоже Слоун. Она, казалось, наоборот преисполнилась энергии. Что-то настойчиво объясняла Томашу и дымила во все стороны.

— Бабушка нашла козла отпущения, — шепнула я Дамиану.

Тот согласно кивнул.

— Ничего, ему только на пользу. Да и госпоже Слоун не скучно. Вам-то она перестала читать мораль, не так ли?

— Откуда знаете?

— Ну, раз не жалуетесь, значит, общение прошло мирно, — ректор подвел меня поближе к музыкантам и, положив руку на талию, сделал пробный шаг, приноравливаясь к ритму. — Раньше, помнится, вы ни разу не сказали ничего хорошего о бабушке.

— Мы просто друг друга не понимали, — пожала плечами я.

Дамиан оказался чудесным танцором. Каждое движение выходило настолько точным, что мне казалось будто парю над полом. Его руки держали крепко, не позволяя ошибаться, а темные глаза отслеживали каждый поворот головы, улавливая желания.

Кажется, я начала понимать, каким образом Дамиан вскружил голову первокурснице. Ведь в академии проводят балы? Или спортивные соревнования? Что-то такое, где скупые, но плавные жесты ректора смотрелись бы наиболее выигрышно.

— Вы опять задумались, — сказал он, улыбнувшись. — Неужели грядущий союз с Ричи заставляет витать в облаках?

— Нет, этот брак скорее необходимость.

— Почему? Разве вас принуждают?

Я, до этого разглядывающая идеально выбритый подбородок Дамиана, отвела взгляд. Интересно, как бы он прореагировал узнав об обмене телами? Смог бы помочь? Сумел бы вернуть домой? Сильный маг, заботящийся о благополучии студентов…

— Вэлларс? — он чуть приостановился. — Вы не ответили. Что вас заставило согласиться на брак с Ричи?

Я уже набрала в грудь воздуха, как вдруг заметила сидящую за окном черно-белую кошечку. Она смотрела сквозь стекло и недовольно шевелила усами. Маруся?!

У кошки был очень негодующий взгляд. Она, конечно, не слышала, что происходило в доме, но прекрасно все видела.

— Господин Дамиан, — я убрала мужские руки со своей талии. — Прошу прощенья, но мне надо ненадолго отлучиться.

— Это из-за вопроса? — в его голосе послышалось беспокойство.

— Нет, что вы! Личные проблемы. И не волнуйтесь насчет Ричи, мы с ним сами разберемся, — я отошла на несколько шагов. — Спасибо за танец!

Ректор недоуменно остался стоять посреди зала, а я побежала к выходу.

— Маруся!

— Ты чего так долго? Я окоченела, — пробубнила кошка, запрыгивая на руки. — На дворе сентябрь, холод жуткий! А я еще лапу подвернула.

— Никакого холода, не ври. Как ты здесь оказалась? Хотя подожди, пока не время.

Прижав кошечку к груди, я вернулась в зал, и осторожно, стараясь не привлекать внимания, направилась в отведенную мне спальню.

— Рассказывай, — велела я, плотно закрыв дверь.

— А что рассказывать? — Маруся придирчиво осмотрела комнату. — Рассказывать-то нечего. Пока вы ехали в карете, я старательно бежала. Что? У меня четыре ноги, то есть лапы, но они не приспособлены к длинным путешествиям. Еще и заблудилась пару раз, пришлось по запаху искать. Ты знала, что у кошек чудесное обоняние? В общем, сумела отличить копыта ваших лошадей от миллиона других, — Маруся бросила на меня горделивый взгляд. — Только добралась до дома, заглянула в окно… и, как думаешь, что увидела?

— Что же? — я присела в кресло.

— Ты танцевала с Дамианом! С моим Дамианом!

— С нашим Дамианом. И, кстати, он думает, что танцевал с тобой.

— Да? Хм… а ведь верно, — она забралась ко мне на колени и ткнулась лбом в подбородок. — Только больше не танцуй.

— Хорошо, постараюсь, — рассмеялась я.

Маруся хотела знать абсолютно все: что Дамиан говорил, какая музыка играла, сколько раз он улыбнулся? Как дышал, чем пах, какие на ощупь его плечи? Пробегали ли мурашки, пока держал за талию? А если не пробегали, то почему? Может корсет слишком плотный, не дал прочувствовать весь спектр ощущений?

Я старалась отвечать подробно, понимая, что для Маруси это важно. Заодно упомянула про библиотеку.

— Ты ее нашла?! Запомнила расположение? — кошка вскочила на лапы. — Расскажи, а лучше начерти! В чемодане должен быть блокнот. Если все получится, то уже завтра мы перенесем твое родное тело сюда! И будут в академии две одинаковые Викки Вэлларс, здорово, правда? Всегда хотела иметь близнеца.

***

Ричи нашел меня через пятнадцать минут.

— Ты где пропадаешь? — прошипел он, стоя на пороге. — Гости ждут, а невесты нет!

— Проклятье… совсем забыла…

Я, действительно, забыла о помолвке! Обернувшись на Марусю и шепнув одними губами «Жди, скоро вернусь», бросилась вслед за женихом.

Большой зал оказался наполнен людьми. Они чинно расположились вдоль стен, ожидая официального объявления. Господин Дамиан стоял вместе со всеми и о чем-то тихо переговаривался с герцогом. Причем, судя по выражению герцогского лица, тот был явно недоволен разговором.

Бабушка сидела на прежнем месте. Остановив, проходящего мимо лакея, она о чем-то спросила и, услышав отрицательный ответ, сдвинула седые брови.

Ричи крепко взял меня за руку и повел в самый центр. Гости оживились. Даже герцог разулыбался и, отмахнувшись от ректора, направился к нам.

— Госпожа Вэлларс, как вам празднество? — поинтересовался он. — За весь вечер у нас так и не нашлось минутки для беседы, но уверен, потом мы сможем пообщаться, так сказать, на законных основаниях. Рад, что вы выразили желание со временем войти в наш род и стать верной супругой для Ричи.

Слова герцога звучали достаточно дружелюбно, какая-нибудь мечтающая о браке дурочка могла бы в них поверить.

— Давайте поскорее закончим с помолвкой, — сказала я. — Не будем заставлять людей ждать.

— Приятно видеть такое рвение.

Герцог обернулся к гостям и начал громогласную речь.

Ричи, так и не выпустивший моей руки, придвинулся ближе.

— Вэлларс, ты же не откажешься в последний момент?

Хотела бы, да не могу. Нам еще записи искать. Вот если бы мы сначала все нашли, а потом помолвку проводили, тогда да… А пока придется потерпеть. Да и про два желания забывать не стоило. Обязательно попрошу что-нибудь эдакое, чтобы на всю жизнь запомнил, как портить жизнь девушкам.

— Не откажусь, — заверила я, прислушиваясь к герцогу.

От восхваления именинника он постепенно переходил к другому значимому событию вечера.

— … и вот, мы готовы сообщить прекрасную новость, — наконец, сказал герцог. — Мой наследник Ричи и достопочтимая госпожа Вэлларс решили объявить о помолвке! Надеюсь, они заключат брак в самое ближайшее время!

— Ну уж нет! Пусть потянут со свадьбой, как можно дольше, нечего торопиться, — вдруг раздался голос бабушки. Она поднялась с места и, помахивая сборником законов, двинулась в нашу сторону. — А лучше совсем отменят. Не уверена, что моя внучка жаждет стать герцогиней.

— Но, госпожа Слоун, — Ричи шагнул к старушке. — Мы с Викки любим друг друга!

— Правда? То-то я вижу, как она «любяще» вытирает руку, которую ты только что так страстно сжимал.

Ричи обернулся, а я поняла, что и в самом деле, вытирала ладонь о платье. Вот ведь, даже не заметила…

Герцог поморщился.

— Может, позволим госпоже Вэлларс самой решать? — предложил он.

— Полагаешь, я одна против? Уверен, что в твоем роду все согласны? — бабушка усмехнулась. — Господин Томаш, ну-ка идите сюда, молодой человек. Хотите, чтобы Викки была невестой вот этого смазливого хлыща?

Томаш из толпы выходить не стал, но головой покачал и даже выдавил, что-то похожее, на «нет, не хочу».

Интересно, как старушка это провернула? Зельем правды, что ли, напоила молодца? Вряд ли он пошел против герцога по своей воле.

Госпожа Слоун деловито открыла книгу и прокашлялась.

— Если кто-то из принимающей стороны не дает согласия, то помолвка откладывается до устранения препятствий, — громко прочла она. — А Томаш ваш дальний родственник, не так ли? Стало быть, тоже принимающая сторона.

Ричи побледнел и обернулся на дядюшку.

— Этим законом не пользовались больше шестисот лет! — сказал герцог.

— Но, тем не менее, его не отменили. Согласись, грех было упускать лазейку, не могла отказать себе в удовольствии, — бабушка обвела присутствующих довольный взором. — Иди за мной, Викки, — велела она. — Надеюсь, у хозяев на первом месте будет совесть, а не обида и нас не выгонят до утра. Не хотелось бы возвращаться по темноте.

— Конечно, можете остаться на ночь, — пробормотал герцог.

Госпожа Слоун стукнула его по плечу.

— Да не переживай ты так, Райвис! Ну, подумаешь, не получилось, с кем не бывает. Вот устранишь препятствия, как сказано в законе, тогда и продолжим разговор.

— Устраню, — мужчина кинул взор на рыжего родственника. — Обязательно устраню.

— Только не убей, — старушка сунула ему в руки свод законов. — Хватит с тебя дуэлей.

***

Госпожа Слоун приходилась Викке бабушкой по материнской линии, хотя об умершей дочери отзывалась весьма пренебрежительно. Впрочем, о погибшем пять лет назад зяте, тоже.

Заявив, что не намерена позволять мне разрушать жизнь, она проинспектировала спальню, пристально осмотрела ошалевшую от такого внимания Марусю и, в конце концов, удалилась.

— Что это сейчас было?! — прошептала Маруся, когда за бабушкой закрылась дверь.

— Отмена помолвки, — призналась я. — Госпожа Слоун решила, что Ричи нас не достоин.

— Что значит «она решила»? А если это любовь? Давай вернемся и скажем, что мы согласны!

— Даже не думай.

Маруся не желала делать так, как велит бабушка, а я, наоборот, была ей благодарна. Надо же, так все провернуть! Правда, про исполнение желаний можно забыть, но зато одним выстрелом мы убили двух зайцев: и на ночь в доме остались, и девичью свободу не потеряли.

— Все-таки госпожа Слоун гениальна, — восхищенно призналась я.

— Она деспот!

— Нет, она просто не боится говорить людям правду. Бабушка единственная твоя родственница, ближе никого нет. А семья — самое ценное, что может быть у человека. Цени ее!

Маруся насупилась и отвернулась. Больше к этой теме мы не возвращались.

***

Три часа ночи — идеальное время для любой затеи.

Глубокая ночь, все спят: и слуги, и хозяева. Только мы с Марусей, тихим шагом, пробираемся в сторону библиотеки.

Не смогла отпустить ее одну. Хотела, но совесть не позволила. Во-первых, что она будет делать, когда понадобятся человеческие руки, чтобы взять книгу, например, или перевернуть страницы? Во-вторых, если разделиться, то нужные документы в два раза быстрее искать. В-третьих — это же Маруся! Не то, чтобы я не верила в ее способности, но… лучше буду рядом, просто так, на всякий случай.

Резная дверь библиотеки отыскалась почти сразу.

— Здесь? — уточнила Маруся.

— Здесь.

Я оглянулась по сторонам и осторожно приоткрыла створку. Внутри было темно и тихо. Где-то тикали часы и едва слышно стрекотал сверчок.

— Ничего не видно, — Маруся первой вошла в помещение. — Надо посветить.

— Чем?

— Сейчас сообразим.

Решив, что пользоваться магией нельзя («Ты что! Магический след останется!» — заявила Маруся), мы зажгли самую обыкновенную свечу. Света она давала немного, но пока хватало.

— Как хоть записи выглядят? — поинтересовалась я.

— Понятия не имею. Как книга, наверное. Или как стопка отдельных листочков. А может блокнот или тетрадь. Или свиток.

— Полезная информация, — фронт работ впечатлял, даже стало немного боязно, что не успеем. — А конкретнее?

— Ищи что-нибудь древнее, — Маруся запрыгнула на стоявший возле стеллажа столик и принялась водить лапкой по книжным корешкам.

Я же решила, что лучше начать с самого низа, поэтому поставила подсвечник на пол и, опустившись на колени, осмотрела полку. Даже вытащила два потрепанных томика, оказавшихся сборниками стихов местных поэтов.

— Нет, ищи выше, — прошептала Маруся. — Снизу всякая дурь обычно лежит, для всеобщего пользования. Возьми лестницу и посмотри на верхних полках, а я пока на комоде погляжу. Вроде там что-то валяется.

Библиотечная лесенка представляла собой сооружение из пяти ступенек. Невысокая, примерно мне по грудь, она скорбно стояла в углу и ждала звездного часа.

Передвинув лестницу, я аккуратно полезла вверх. Забравшись на последнюю ступень, рассмотрела фолианты. Откровенно старых было всего два — в красной и в синей обложках. На краснобокой значилась надпись «Ведение домашнего хозяйства в эпоху упадка аристократии», а синяя сверкала чуть стертыми буквами, гласящими что это «Дневник госпожи Вальбурги Борк, любимой куртизанки короля Анриха Восьмого».

— Ну? Нашла что-нибудь? — Маруся задрала голову.

— Нет, — ответила я. — А сейчас какой король правит?

— Анрих Четырнадцатый, а что?

— Тут дневник некой госпожи Борк.

— О! — Маруська чем-то зашуршала. — Бери! Там такие картинки!

— Какие?

— Специально для одиноких молодых девушек! Со всякими магами симпатичными, которые без одежды нарисованы. Будем изучать!

— Тебе-то зачем? Ты ведь на своего Дамиана пялишься.

— Для сравнения, — беззлобно ответила Маруся. — Тем более, Дамиана без одежды я еще не видела…

— Непорядок, — усмехнулась я.

— … так хоть представлять подробнее буду. А то, знаешь ли, одно дело мужчина в брюках и совсем другое без них. Мало ли что он там скрывает? Кстати! Записи Бонама тоже могли скрыть. На всякий случай, проверь получше, вдруг под обложку другой книги засунули.

Свеча осталась внизу, света катастрофически не хватало, но я все же смогла пролистать четыре фолианта, прежде чем дверь скрипнула.

Первой застыла кошка, но это не удивительно, с ее окраской затеряться в темноте проще простого, чего не скажешь обо мне.

— Викки Вэлларс? — послышался изумленный голос Дамиана.

Я обернулась. Мужчина застыл в дверях, внимательно рассматривая лестницу и книгу в моих руках. Как назло, это были как раз воспоминания Вальбурги Борк.

— Я мог предположить все, что угодно, но только не вас, втихаря зачитывающуюся эротическими романами, — признался он.

— А я еще не читала, — пробормотала я, глядя в грозные очи ректора. — Просто не спалось, решила взять что-нибудь….

— И выбрали воспоминания куртизанки? Уверены, что это хорошая замена снотворному?

— Не попробуешь, не узнаешь.

Я неловко повернулась и вдруг почувствовала, как нога соскользнула со ступеньки. Мужчина тут же подхватил на руки, не позволяя упасть кверху панталонами, и покачал головой:

— Умеете же вы удивлять, Викки.

— И не вас одного, — пробурчал старческий голос из темноты.

Послышался щелчок, зажегся магический светильник и озарил сидящую в плетеном кресле бабушку.

— Госпожа Слоун? — Дамиан опустил меня на пол и склонил голову в приветствии. — Я вас не заметил.

— Меня многие не заметили, — мрачно ответила она.

Я судорожно сглотнула. Кажется, мы с Марусей спалились.

Но бабушка рассматривала Дамиана.

— Я-то понятно, что тут делаю, все-таки старость, бессонница. Викки тоже ясно чем занималась. А вот вы, уважаемый ректор, чего по ночам бродите да молодых девушек обнимаете? Считаете, не заметила, как ласково ее за талию придерживали?

— Госпожа Вэлларс оступилась, — сказал Дамиан. — Поверьте, в моих помыслах не было ничего плохого.

— Правда? Жаль. Вы нравитесь мне больше, чем белобрысый Ричи, — бабушка сунула трубку в рот. — Надумаете жениться, дайте знать. Викки, отпусти ректора, не стоит на нем виснуть, а то отобьешь последнюю охоту. И вообще, пойдем-ка, пообщаемся. Раз уж бессонница у нас в роду, чего зря время терять? И книгу с собой прихвати, давненько я не любовалась на мужчин без кальсон.

Дамиан спрятал напрашивающуюся улыбку и, взяв со столика рунический словарь, удалился.

А мы с бабушкой остались наедине.

— Интересные дела творятся, — она сдвинула брови и глянула на Марусю. — Быстро за мной! И без разговоров!

***

Дамиан появился не вовремя, но я была ему благодарна. Неизвестно сколько еще мы бы наговорили, если б не помешал. Я до последнего лелеяла надежду, что бабушка слышала лишь некоторые фразы. А может, вообще, задремала, пока сидела в кресле и посчитала говорящую кошку сном?

Конечно, госпожа Слоун представлялась адекватным человеком, но чувство самосохранения требовало рассмотреть все варианты событий. Вдруг обвинит в насильственном захвате тела, оправдывайся потом, что не по своей воле.

Бабушка распахнула дверь спальни и грозно скомандовала:

— Заходите!

Мы с Марусей переглянулись и вошли. Кошка тут же запрыгнула на ближайший стул, а я осталась стоять.

— Присядь, — госпожа Слоун указала на кресло. — Нечего глаза мозолить, разговор предстоит долгий.

Я села. Она довольно усмехнулась.

— Внученька, значит… И фамильяр… Занятно.

Бабушка опустилась напротив и привычно задымила трубкой. Ее цепкий взор прошелся по моей макушке, скользнул по лицу, опустился на платье и едва дотянув до туфелек, вернулся обратно.

— Занятно, — повторила она. — А ну-ка, дай руку.

Я послушно протянула ладонь. Между большим и указательном пальцами у Викки был шрамик. Именно его старушка сейчас и разглядывала.

Она нутром чувствовала подмену, но не могла определить в чем именно. Рассматривала родинки, шрамы, вслушивалась в голос и все сильнее хмурилась.

— И все-таки ты не Викки. Нет, на первый взгляд никаких отличий! Но я же чую, что характер поменялся, привычки… Ты даже сидишь иначе, — задумчиво резюмировала бабушка.

Я покосилась на Марусю. Та усердно пыталась рассмотреть свою пятку.

Госпожа Слоун встала и подхватив трость, ткнула ею меня в грудь.

— В этом теле другая сущность! Признавайся, кто ты такая и где моя Викки?

Я не успела ничего ответить, голос подала Маруся. Она нехотя опустила лапу и попыталась улыбнуться.

— Сюрприз, бабуля.