14.1

— Я чую твой страх, изгнанник! — надавил сильнее, выпустив струйку крови. Хотелось не ждать его объяснений, а просто прирезать на месте. Но я не был Чудовищем, даже если меня называли таковым. «Кровавым» Аркелан был только для орков, и для тех, кто нарушил законы Подземья. Ну и еще для тех, кто посмел обидеть мою Дэйдрэ. Осталось выяснить, насколько кровавым я должен сейчас быть с Ландрэ.

— Клянусь, я не знал! — просипел эльф уже не тем смелым голосом, каким встретил меня изначально.

— Что ты с ней сделал?

— Ничего! Ничего не сделал!

— По глазам вижу, очень хотел, — я внимательно вгляделся в бегающие фиолетовые радужки. Теперь в них мелькал стыд.

— Да, все так. Но я правда не знал, что Дэя — жена Повелителя, если бы я знал…

— А, значит, по-твоему, насилие над женщиной, если она не жена Повелителя — норма?

— Я не это хотел сказать!

Кинжал надавил сильнее.

— Мне кажется, именно это. Выкладывай, дроу. Все до последнего слова. И, может быть, ты сегодня не умрешь мучительной смертью.

Ландрэ снова сглотнул. Жалкий. Какой же жалкий дроу. Почему из всего Орнена Дэйдрэ попала именно сюда? Ведь найти в этом городе дроу так же сложно, как и иголку в стогу сена. А может, ей просто нравятся темнокожие? От такой мысли мне еще сильнее захотелось убить хирурга.

— Я подмешал ей одно средство. Она… Сразу дала понять, что ничего не хочет от мужчин. Но я думал, это просто страхи, тревога. Показалось, если я дам ей возможность расслабиться, то все произойдет само собой!

Я скрипнул зубами. Этот придурок не придумал ничего лучше, чем подмешать моей жене афродизиак или нечто подобное?

— И что случилось?

— Ничего! Ну почти. Был поцелуй, не скрою, приятный. Она возбудилась, но, когда я провел рукой по бедру, залезая в трусики, она простонала имя «Арк». Мне показалось, что так звали ее мужа или мужчину, и я не стал продолжать. Все же у меня есть кое-какие принципы. Я думал, что нравлюсь ей. Оказалось, я все это время обманывался своими же фантазиями, — окончание его речи получилось горьким.

— Ландрэ, ты просто идиот, — констатировал я. Его рассказ дал мне надежду, и поэтому я решил не убивать придурка. Отвел кинжал от горла дроу. — Где она сейчас?

— Не знаю! После этого случая она очень быстро собрала вещи и уехала с девочкой.

— Какой девочкой?

— Повелитель, давайте мы с вами пройдем на кухню и обсудим все. Это будет небыстрый рассказ, не очень удобно говорить об этом в коридоре лечебницы, когда нас может услышать кто угодно.

— Ладно, будь по-твоему. Веди.

В крохотном помещении, которое здесь называли кухней, за столом, где едва поместился, я узнал все подробности жизни Дэйдрэ в лечебнице. Оказывается, у нее имелся талант к врачеванию, а не только к зельям. Моя маленькая человечка вообще показала себя с новой стороны, раскрывшись так, как никогда не могла бы в Подземье.

Она встретила в лечебнице девочку. Когда Ландрэ заговорил об этом, мое сердце кольнуло. Мы с Дэйдрэ никогда не говорили о детях, но мужским чутьем я ощущал, что она бы хотела иметь ребенка.

— Безнадежный случай, инфекция в ране, кома. Я думал, Люпину невозможно вылечить. Сделал то, что никогда не должен делать доктор. Опустил руки. Потерял надежду. Я не идеален, Повелитель, далеко нет. Когда я оперировал девочку, тщеславие взяло надо мной верх, я увлекся операцией и неправильно рассчитал возможности детского организма.

— Да ты просто мастер совершать ошибки, Ландрэ! — криво улыбнулся я. — Изгнали тебя тоже из-за этого?

Хирург помрачнел. Сжал кулаки. Кажется, он был готов вот-вот броситься на меня. Но все ж разум взял верх, и он выдохнул, посмотрев фиолетовыми глазами, полными боли.

— А ты, Повелитель? Почему твоя любимая жена решила сбежать?

Что ж. Туше. Дерзкий хирург как вообще умудрялся выживать все это время, имея столь острый язык?

— Не твое дело.

— Так же как и случившееся столько лет назад не касается вас. Все мы совершаем ошибки. Возвращаясь к Дэе, она смогла исправить мой прокол. Подняла малышку на ноги мазями, бурозовый сок где-то нашла. Я думал, это пустая возня. Но оказалось, нет.

— Значит, девочка очнулась?

— Верно. Они стали близки. И я решил, с чем Ллос не шутит? Может, и я достоин семьи?..

Вопрос потерялся в воздухе. Из моего рта вышел звериный рык. Злой, взбешенный. Кто-то посмел решить, что моя женщина предпочтет его? Моя маленькая Дэйдрэ и этот… хмырь?

— Как ты правильно заметил, — прорычал я, видя истинный страх в глазах дроу напротив, — Ллос не шутит. Богиня отпустила меня из Подземья, чтоб я нашел Дэйдрэ. Никто другой не сможет…

— Простите, Повелитель, — эльф упал на колени.

— Мне все больше и больше хочется тебя убить. Назови хоть одну причину не делать этого!

— Причина есть. Эрданэль! Думаю, он тоже хочет сблизиться с Дэйдрэ!

— А это еще кто? Рассказывай.

Выдохнув и поняв, что опасность миновала, Ландрэ быстро выложил мне все, что знал про Короля преступного мира Орнена. И не только его. Эрданэль занимал особое положение, властвуя не только здесь, но и над ближайшими поселениями. Ни одна грязная сделка не обходилась без него.

— Он помог ей купить дом и продать тот кристалл.

— Кристалл? — я не мог понять, о чем шла речь.

— Да, аметист, огромный, чистый. Дэйдрэ принесла его с собой, наверное, украла где-то в Подземье.

— Моя Сейхо — не воровка! Этот камень… ну конечно, я помню. Он был подарен ей на свадьбу отцом. И лежал где-то в глубине ящиков, я вообще забыл о его существовании.

— Вы сказали «Сейхо»? — сглотнул эльф. Нервно начал перебирать пальцами. — Повелитель, неужели ваша жена и есть та самая Сейхо? Она варит мази и зелья, за которые я так щедро плачу?

— О, вижу, кое-что Дэйдрэ оставила от тебя в секрете. А ты, похоже, дальше своего носа не видишь?

Ландрэ схватился за голову.

— Я же ее отчитывал! За расход мази. Ее собственной мази!

— Плевать. Рассказывай, где сейчас этот Эрданэль. Мне надо с ним поговорить по душам.

— Не стоит, Аркелан! Он опасный противник.

— Мне все равно. И ты запомни. Дэйдрэ — моя. Всегда была моей.

— Но… Ты явно ее обидел. Раз она так шарахалась от мужчин.

— Нет! Она «шарахалась» от мужчин, потому что любит меня! Никто другой ей не интересен. Где мне найти этого Эрданэля, спрашиваю еще раз!