Глава 35

Арина Злится. Чувствую кожей и каждым волоском на теле, как вибрации его эмоций тревожат их, заставляя встать дыбом. Ничего. Успокоится. Со временем и любовь эта пройдет, и злость испарится. Мы с ним не друзья и уж тем более врагами быть не должны. Повода вроде как нет. Все ведь по-честному, нет? Он уйдет. И мы вернемся к нашей прежней жизни. Я здесь. Он там, но уже с Соней. Кай за моей спиной не шевелится. Вообще. Просто стоит. Подтолкнуть хочется, но у меня в груди дыра размером с Венеру. Мне ведь тоже больно. Но ему знать об этом не стоит. Напридумает еще чего. Это лишнее. - Что, даже не попрощаешься? - Прекрати драматизировать, - отмахиваюсь и подхожу к столику. Беру косметику. Открываю баночки. Делаю вид, что слишком занята, проверяя содержимое. А руки трясутся. Мне кажется, что даже сердце дрожит. Мелко. Судорожно. Пройдет... Бывало ведь. Люди приходят в наши жизни, оставляют неизгладимый след, словно делая закладку на чистой странице, и так же быстро уходят. Закладка разравнивается со временем. Но остается заметной. Ничего. Спокойно. Глаза застилает слезами. Если сейчас подойдет, то не сдержусь. Буду реветь и выскажу то, что не стоило бы ему знать. Но шорох где-то там, у двери, раздается не потому, что он идет ко мне. Он сообщает о том, что Кай уходит. Дверь так громко ударяется о коробку, что слышно, как осыпается краска или... что-то такое. Ноги подкашиваются. Сажусь на пуф и смотрю в зеркало. Глаза красные. Слезы катятся по протоптанным дорожкам. Можно выдохнуть, но не получается. Все внутри будто колом стоит. Сжимаю пальцы в кулак и ударяю в грудь. В самый ее центр. Рыдания срываются с губ. И чего плакать, если сама все решила? Только... больно ведь. Думала, что не будет. Точнее, надеялась. Но нет... Минуты истекают, словно песчинки, застрявшие в прозрачном куполе. Сейчас упадет последняя, и я встану. Умоюсь и улыбнусь. Но не могу. Никак. Переползаю на постель и накрываюсь покрывалом. В голове всплывает разговор с бабушкой Кая. Как оказалось, она звонила, чтобы высказать не свой негатив. Ей не терпелось меня поблагодарить. За помощь, за... любовь к ее внуку и внучке. Я сказала, что с последним она погорячилась. Но бабуля и ухом не повела. Принудила поесть, сетуя на то, что я худая. И отправила восвояси. Напоследок вытянув обещание беречь семью. Сберегла. В этот же день разорвала все связи. Правда, не на бумаге. С этим сложнее. В дверь стучат. Входят. Без спроса. Но горло так саднит, что я и прогнать этого незваного гостя не могу. Хочется думать, что там Кай. Правда, не знаю, что бы сделала, будь это и правда он. Но знаю, что он устал от меня. Что гордый. Не вернется уже точно. Сбежала от него, высказала все не впервые. Еще и на признание ответила грубо, почти высмеяв. Снова до боли ребра сжимают сердце. Майя обходит кровать и садится так, чтобы видеть мое заплаканное лицо. Молчит. И на том спасибо. Не нужны мне сейчас нотации. Я их сама себе как профессор каждый день читаю. Сделав пару несмелых вдохов, ложусь на спину. Стираю влагу с лица. На всякий случай оглядываю комнату. - Они уехали уже. Соня попросила передать, чтобы ты скорее закончила с делами. Молчу. Смотрю прямо. - Плачешь почему? - Праздную развод, - выплевываю из себя. - Весело, не поспоришь. Майя переводит взгляд с меня на окно. А я все жду, когда уже скажет все, что хотела, и оставит одну. - Так и будешь молчать? - не выдерживаю. - А ты от меня что-то ждала? - Брось, ты же явно пришла уговаривать, мозги на место вправлять. - Да ну, - отмахивается. - Кай не уговорил, а мне-то откуда слова правильные взять и убедить тебя, что у вас семья получилась не на шутку красивая и настоящая. «Семья», - так и цепляется за это слово мозг. Да не были мы семьей. Майя с папой были. А мы с Каем? Ну трахались, ссорились. И? Бред. - Смотрю на вас и... - мачеха затихает с мечтательной улыбкой на губах. - Если б молодость знала... - Что? - Слова такие есть, Арина. О том, как мы глупы и недальновидны. Не отвечаю ей. У каждого масса своих сожалений. - Со зданием под ресторан все готово. Но я так понимаю, что все отменяется? - неожиданно она меняет тему, и мне сложно перестроиться. Но все же я заостряю внимание на последнем. - Стоп, а почему отменяется? Ты с Каем говорила? - Не говорила. Но разве вы сейчас не поставили точку? - И при чем здесь я и он? Она вопросительно выгибает брови. - Ты правда думаешь, что он станет хотя бы думать о ресторане в этой ситуации? Арина... приди уже в чувства. Ты обидела мужчину. Хорошего мужчину с принципами и гордостью, - она неожиданно начинает повышать голос. - Не обижала я... - Нет. Обидела. И подачка с рестораном будет выглядеть очень некрасиво. Оскорбительно даже. - Нужно уметь принимать помощь. - Да? - она сужает глаза. - А сама научилась этому? - При чем здесь я? - закатываю глаза. - Как удобно. Другие делают - осуждаешь. Переношу на тебя - ты ни при чем. Но, милая моя, как бы я тебя ни любила, сейчас ты ой как неправа в отношении этого парня. - Я ссориться не хочу, - произношу вместо ответной провокации и попытки оправдаться. Сегодня мне нет дела ни до отстаивания границ, ни до чего-либо еще. - Тогда скажи, почему ты здесь, а он едет домой с Соней? - Я согласилась на операции. - Похвально. И? - И? - от возмущения слетаю с кровати и начинаю ходить по комнате. - Господи, Майя, он только что добился опеки. Им с Соней нужно двигаться дальше. А у меня уйдут, возможно, годы на постоянные операции. Нервы, истерики, никакой стабильности. Я постоянно в бинтах. Это... не то, что должны видеть молодой мужчина и маленькая девочка. - Боже, через что только семьи не проходят. - Да... - соглашаюсь. - Да, проходят. Но не через месяц после свадьбы, которая была фиктивной. Не когда должно все гореть от романтики и флирта. Здесь все неправильно. Мы с ним... Ощущение, что прошло десять лет. Но не прошло. И происходящее будет угнетать. Пока не останется лишь усталость. Майя качает головой. Но не спорит. Или просто слова ищет покрепче. Но таковы мои мысли на этот счет. Соня должна радоваться новой жизни, а не видеть перед собой «мумию», у которой даже не будет повода улыбнуться или желания быть вежливой с ребенком и мужем. Все еще молча мачеха встает и подходит ко мне, наблюдающей за ней. - Ему ты об этом не сказала, ведь так? - И ты не скажешь, - сразу строго заявляю. - Не скажу, - она поджимает губы. Странно, обычно Майя красноречива, особенно если нужно меня переубедить в чем-то. Но не сегодня. - Я передам ему твое предложение насчет ресторана. Пока что поеду домой. - Ты же хотела остаться, - напоминаю, обернувшись. Она замирает в дверях и смотрит на меня. - Не останусь. Тебе тоже есть над чем подумать. Или просто отдохни. Пока. Через пятнадцать минут я наблюдаю за тем, как машина Майи выезжает со двора. И прежнее чувство одиночества, которое теперь ощущается не как выход, а как клетка, наваливается на плечи и размазывает по собственным убеждениям.