Глава 6

Кай Ладно, здесь крылось настоящее дерьмо, судя по крикам и топоту двух пар ног по лестнице. Не то чтобы лицо молодой женщины, которое было обезображено шрамом, не было изначальным дерьмом, просто… кажется, меня уволят даже раньше, чем я приготовлю обед. Выждав время и вымыв всю посуду, которую использовал в готовке, я услышал, как кто-то спустился. А после услышал всхлип где-то недалеко от кухни. Было необходимо расставить все точки над «i», поэтому я пошел на звук в… столовую. За накрытым мной столом сидела Майя и вытирала салфеткой слезы. – Простите, не хотел мешать. – Все в порядке. Она села ровнее и опустила руки на поверхность стола, прежде чем посмотрела на меня. Во взгляде не было ни капли уверенности, что я останусь в униформе до конца этого дня, поэтому… я решил поискать что-нибудь еще, чем заняться. – Я оставил чек в выдвижном ящике стола, туда же положу карточку, чтобы вы отследили списания. Чужого я не беру. – Вы о чем? – женщина нахмурилась, вздохнув. – О… деньгах на продукты. – На карте не хватило? – Да, то есть хватило. Я о работе. Разве все это, – я кивнул в сторону гостиной, – не означало, что я уволен? – Уволен? Конечно, нет, – она смотрела на меня почему-то с долей ужаса. – С чего вы это взяли? Я же предупредила, что она с характером, но я вас умоляю, не поддавайтесь. Арина… в общем, вы все видели сами. – Видел. Простите за вопрос, но что с ней случилось? Майя чуть ссутулилась, но принялась за завтрак и рассказ одновременно. – На нее напали. Облили кислотой. Вы не читаете новости? – теперь она звучала так, словно в мою сторону летели обвинения в подобном вопросе. – Вообще-то, я даже не знаю, в чьем доме нахожусь. – О боже, это же Арина Журавлева. У меня сейчас удар будет. Инфаркт или инсульт, – пробормотала она, путаясь в понятиях. – Я понял, что вам плохо. – Мне не плохо, я в ужасе. Но я шучу. Арина – модель. – О, ясно. Мне жаль… – Неа, не-не-не, уберите, – принялась она мотать головой, угрожая мне пальцем. – Я вас умоляю, никакой жалости. Этого с лихвой хватило. – Хм, – улыбнулся я. – Знакомые слова. – Что? – Я работал у одного парня. Он попал в аварию и сейчас в инвалидном кресле. Профессиональный гонщик… – Богдан Фетисов? – она смешно изогнула одну бровь, словно считала меня идиотом. – Вы о нем? – Вы, я вижу, новости смотрите, – тихо хохотнул я. – Это моя работа. Так вот, откуда вы к нам пришли. Долго у него работали? – Прилично. Вот он как раз тоже отрицал жалость и прочие эмоции к своему положению. – Это нормально, когда вся жизнь летит в пропасть. – Согласен. Значит, я остаюсь? – Разумеется. Просто будьте готовы к тому, что я не буду появляться здесь пару дней. Или… если взвесить ее уровень злости – неделю. Вы мне звоните и рассказывайте, что тут и как, пожалуйста. А я потом попробую приехать и остаться в живых. – Она не в восторге от постороннего? – Абсолютно. И, Кай? Я посмотрел ей прямо в глаза. – Я надеюсь, вы помните пункт о неразглашении. – Поверьте, я его помню. – Хорошо, – теперь она выдохнула и отправила в рот кусочек блинчика, обмакнув тот в джем. – Бог мой, – застонала она и почти закатила глаза. – Мне кажется, я вечность не ела нормальной еды. Я предупрежу охрану, чтобы они не вламывались сюда каждый раз, когда Арина станет вас увольнять. – Договорились. Приятного аппетита. – Спасибо. На кухне я провел все оставшееся до обеда время, снова и снова дополняя список покупок, пока говядина тушилась с овощами. Учитывая, что Арина не вышла к завтраку, а Майя уехала сразу же, как доела свои блинчики и украла пару кексов, я сомневался, что девушка выйдет к обеду, убирая остатки завтрака. Поэтому хотел приготовить то, что можно позже легко разогреть. С «высокой кухней» я планировал ее познакомить позже, хотя, если учесть, что я работаю на модель, она с ней давно знакома. И все же я против того, чтобы выбрасывать продукты. «Оставит в контейнерах, а позже, когда проголодается, обязательно все съест», – в этом я почему-то не сомневался. Почувствовав правильный аромат некоторых приправ, которые купил вчера вечером, я отвлекся от списка и вернулся к плите. Картофель был мягким, овощи держали форму, а говядину можно было рвать на волокна без труда. – Идеально, – кивнул я самому себе и выключил газ. Сбрызнув заранее нарезанный салат, черри и авокадо приготовленной заправкой, я подхватил тарелки и отправился в столовую. Решив не экспериментировать с вином на случай, если девушка его не употребляет или банально ей сейчас нельзя, я приготовил лимонад, но поставил так же и воду. Следующий шаг я не продумывал. Поэтому стал размышлять над тем, как мне поступить. Еда остынет быстро, а позвать хозяйку стоило. Она не завтракала, и время уже приближалось к двум часам. Замерев на выходе из кухни, я решил спросить совет у Майи, когда заметил движение на лестнице. Повернув голову, я наткнулся на те же ноги, но уже в брюках. И когда показалась и голова Арины, она снова замерла на ступенях, заметив наблюдающего за ней меня. – Вы все еще здесь? На ней были в тон белым брюкам белая кофта с длинным рукавом. А волосы свисали так, словно она была готова к постороннему в ее доме. – Я приготовил обед, – ответил я, и она сузила глаза. – Мне наплевать. Я вышла, чтобы поесть, и дала вам достаточно времени, чтобы вы забрали свои вещи и покинули мой дом. Говоря мне все это, она двигалась вперед – на меня. Должен признать, в ней было чертовски много силы, так как был уверен, она спустится через месяц, не раньше. – Надеюсь, вы не против говядины? – Так, послушайте, я в шаге от вызова полиции. Это мой дом, и я вас сюда не приглашала. Арина остановилась напротив, но в полуразвороте, демонстрируя непострадавшую часть лица. Ее прямой, но вздернутый на кончике нос был милым, а губы имели четкий контур. Что уж говорить о красивых и волнистых волосах и высоких скулах, которые хотела бы иметь, пожалуй, большая часть женщин на планете. Она была так зациклена на «приобретенных» недостатках, что забыла о своих достоинствах. – Почему вы так на меня смотрите? Ее голос был все еще громким и твердым, но он дрожал в некоторых моментах, и я заглянул в ее голубые глаза, когда она это позволила. Это столкновение продлилось меньше пары секунд. Две жалкие секунды, во время которых я был опустошен, как и она сама, словно поймал все те сигналы, что она отчаянно раздавала вокруг. А потом Арина вздрогнула. Отшатнулась. И тут же прошла мимо меня, накрывая своим ароматом будто волной. Мы стояли у столовой, туда она и вошла. А я за ней, остановившись совсем близко, потому что она была фактически на пороге. – Я не просила вас это готовить, – заявила она, но ее живот очень громко заурчал, и я усмехнулся. Девушка развернулась ко мне и, не ожидая, что я стою близко, почти отпрыгнула в сторону. – Что вы себе позволяете? – Я позволил себе малость – приготовил для вас обед. Приятного аппетита. И я все еще жду ваши пожелания, любимые продукты… – Мой любимый продукт – тишина и уединение. – Я не стану вам мешать, – сказав это, я тут же вышел и услышал в спину настойчивое: – Я, так и быть, заплачу вам за этот обед и потраченное время, но, когда моя тарелка опустеет, буду надеяться, что вы уже покинули мой дом. Войдя на кухню, я остановился у раковины и… тихо рассмеялся. Я просто хохотал, зажав рот, и скрылся в кладовой, закрыв за собой дверь. Она была такой забавной, что я не мог поверить, как кто-то вообще решил поступить с ней настолько жестоко. Эта мысль заставила меня надолго зависнуть в моменте, и, когда я наконец решил выйти из кладовой, то застал Арину с ложкой, тарелкой и лопаткой у плиты. – Я… – она смотрела на меня и не знала, что сказать. – Хотите добавки? – Нет. Пыталась понять, сколько вы приготовили, чтобы заплатить достойную сумму и не таскаться по судам, оправдываясь, что я вас низко оценила и была скупа. – Моя заработная плата вполне устраивает мои пожелания. – У вас нет заработной платы в этом доме, и точка. Я сейчас вернусь с чековой книжкой, и на этом вопрос будет улажен. Она развернулась и быстро вышла из кухни, а я сделал вид, что не заметил, как она сжимает в одной руке мой кекс. – Ну и ну, – вздохнул я, улыбаясь, уже размышляя над тем, что приготовлю ей на ужин. Потому я ни за что отсюда не уйду, пока она так отчаянно меня об этом просит.