Глава 10

Кай «Вот же черт!» – говорил я шепотом или про себя уже несколько минут, как ушла Арина. Точнее, сбежала после моего дерьмового выхода. Какого хрена я сотворил? Одно дело – не слушать ее просьбы уйти с работы, другое – хватать, тащить за собой и высказывать о том, чем я на самом деле не имел понятия. Я мог ошибаться со своим мнением, но… стоило услышать разговор двух женщин, сложить «1+1» не составило сложности. Да и по Журавлевой было ясно, что она отталкивает абсолютно всех, иначе бы не сидела здесь безвылазно. Черт, она даже не выходила во двор. Ни с кем не говорила. Это ведь не жизнь. Но я не мог вмешаться и что-то предпринять. В конце концов, я наемный рабочий, и это не мое дело. «Как же», – фыркнул я на самого себя. Сдержаться, когда она говорила те дерьмовые вещи, а они были действительно дерьмовыми, было нереально. Вот я и… перешел черту. Конкретно так перешел. Позабыв о баранине и говядине, лежащих на столе, я вышагивал вокруг острова и, скорее всего, навернул километр пути, пока на кухне не объявилась Майя, и я замер на месте в ожидании. – Ты пытаешься стереть подошву или испытываешь удачу, ожидая, когда она загорится? – посмотрела она с улыбкой и чуть покрасневшими глазами. – Типа того. Остановившись у разделочной доски, я снова принялся за мясо. Майя села на барный стул с той стороны, где обычно пьют кофе и едят завтрак. – Ты не мог бы приготовить мне тот чай, который я пила в прошлый визит? – попросила она, и я тут же отошел к раковине, сдернул перчатки и вымыл руки. Готовя чай, я чувствовал женский взгляд на своей спине. Он нервировал, так как я не знал, что в итоге скажет Майя, и трусливо опасался увольнения. В моем кармане лежал огромный список покупок для сестры и подачка для отца, который не забыл в долбанном СМС напомнить об угрозе сдать Соню в приют. «Ублюдок», – злюсь я и сосредотачиваюсь на чае. – Кай? – зовет Майя, и мне кажется, что я уже знаю, что она скажет дальше. Поэтому, развернувшись, улыбаюсь, смягчая то, что ей нужно сделать. – Ваш чай, – ставлю перед ней чайную пару и отхожу к раковине. – Спасибо. И не только за чай. Она обхватывает кружку ладонями, будто замерзла, и отворачивается к окну. – Арина – маленький волчонок, отбившийся от стаи. Она не знала материнской любви и потому, наверное, решила, что лучше жить без привязанностей. Это ее защитный механизм. Я слушал ее и понимал, потому что видел ее собственными глазами. Но не принимал до конца решение молодой женщины отталкивать всех таким способом. – Это не мое дело, – отвечаю без грубости, надев перчатки на руки. – Я думаю, что будет лучше, если я и правда уйду. – Ни за что, – тут же протестует Майя. – Ей только это и нужно. Правда, я пойму, если вы устали от ее нервотрепки. Она бывает очень настойчивой и зудящей, – смеется. – Но лишь потому, что боится раскрыться до конца. Если честно, я не знал, почему она со мной делится такими подробностями. Но все равно слушал, нарезая мясо. – То, что вы ей сказали, должно что-то в ней зацепить. – Это не было моей конечной целью. Просто… я перешел черту. – Тогда вам стоит извиниться, – тут же парирует Майя. – Думаю, вкусный обед подойдет. Она смеется и поднимает кружку к губам. – Простите, – обращаюсь к Майе. – Это не мое дело, но… вы знаете Арину с детства? – Я… – она мнется и опускает голову. – Это долгая история. Но для Арины я вошла в их семью, когда ей было пятнадцать лет. Я нахмурился, но не стал расспрашивать. Должно быть, тут и правда есть своя история. А у кого их нет? Оставшись один на один с едой, я заговорил на языке вкусов. Новые приправы, посуда и продукты высшего качества – я погрузился в готовку и закончил повествование, когда выключил плиту и оформил блюда. Накрыв на стол, я задумался, стоит ли мне подняться к хозяйке, но решил, что это будет лишним, и скрылся на кухне. В конце концов, она поест. Услышал я лишь Майю, которая восхищенно ела свой обед и зашла поблагодарить за него. – Она спустится, просто не бегайте перед ней, трясясь и умоляя. Я буду в кабинете. – А мне… нужно отъехать ненадолго. – Как пожелаете, Кай. Время показывало почти три часа. Поэтому я поспешил переодеться и написал сестре, что буду скоро, а значит, она должна дождаться. Затем скинул СМС отцу, что привезу Соню к вечеру. Я распланировал каждую минуту и не мог потерять ни одной. Выйдя на улицу, я остановился у машины, которую теперь загонял во двор, а не оставлял снаружи, и зачем-то обернулся, посмотрев на окна, расположенные на углу дома. Арина стояла в одном из них. И когда я ее заметил, она не ушла. Не отвернулась. Она продолжала смотреть на меня. Даже когда я сел в машину, девушка не шелохнулась. Но я все равно запустил двигатель и уехал, все-таки позволив себе потерять одну минуту. Припарковавшись у школы, я выскочил из машины, побежал к корпусу, позвонив сестренке. – Кай, – закричала она и побежала по лестнице. – Осторожней, – предупредил ее, так как не хотел, чтобы она упала и ушиблась. Мы не виделись две недели, поэтому я был рад этой улыбке и крепким объятиям. Для девяти лет она была такой крошечной, что утопала в моих руках словно младенец. – Привет, – с трудом оторвал ее от себя и, взяв рюкзак, дождался, когда ее ладошка скользнет в мою руку, и лишь после этого двинулся в сторону ворот. Болтая о школе, Соня упомянула школьный концерт, на который была бы рада меня пригласить. Я прибегнул к заметкам в своей голове, прежде чем обещать ей что-то. – Если не будет никаких форс-мажоров, то я обязательно приду. – Хорошо. А куда мы поедем сейчас? – спросила она, когда я стал пристегивать ее к бустеру на заднем сидении. – Прогуляемся. Ты как? За? – Конечно, – захлопала она весело, и я закрыл дверь. – У нас всего пара часов, поэтому давай повеселимся. Соня была обычным ребенком, но понимала очень много. Попросила мороженое, но скромно отказалась от двойной порции. Была бы рада, если бы я купил ей дорогие тетради и ручки, но сказала, что не хочет их и выбрала самые дешевые – без рисунков и блесток. А понравившиеся сразу балетки в школу, так как старые стали сильно малы, убрала на полку и присмотрела другие. Более дешевые. Но я бы не смог спать, не купи я ей все то, что заставляло эту крошку улыбаться. – А папа с мамой не заберут у меня все это? – почти шепотом спросила она, когда мы ехали к ним домой, наигравшись в детской комнате, которую посещаем в наши встречи. – Нет. А что, уже делали так? – Однажды мама сказала, что если ей не хватит на что-то там денег, она продаст мои вещи, потому что они дорогие. Сжав руль, я почувствовал, как закипает кровь, а кожаный чехол заскрипел под пальцами. – Кай? – Не волнуйся, малышка. Они никогда так не поступят. Тебе хватает еды дома? – Ну, да, – она отвернулась. – Оплату за новый месяц питания в школу еще не присылали? – Кажется, нет. – Как всегда, пришли ее мне, ладно? – Ладно, – она опустила голову, и я проклял все на свете. – Ты как, Сонь? – Почему я не могу жить с бабушкой и с тобой? – Потому что у тебя есть родители. – Но они же плохие, – запротестовала она. – Потерпи, ладно? Помнишь, я говорил тебе, почему нужно быть сильной и умной? – Помню. – Если ты будешь сильной, то получишь в этой жизни билет в будущее. А я с бабушкой помогу. Остановившись у их дома, я вышел из машины. Помог выбраться Соне и взял пакеты. Мы вошли в квартиру, где, как обычно, воняло непойми чем и было грязно. – Эй, – крикнул, чтобы эти двое выползли из своей комнаты. Они спешно убирались и делали вид, что устали, наводя порядок. – Ой, а вот и моя доченька, – заговорила мамаша Сони и потянула к ней свои руки. – Отойди от нее. Руки бы хоть помыла сначала, – недовольно рявкнул на нее, и та быстро отошла в сторону, выпрямившись. – Ты со мной еще поговори. Я провел Соню в ее комнату – единственную комнату, где был порядок, – и прикрыл дверь, сказав, чтобы она положила все на свои места, пока я говорю с ее родителями. У Сони была красивая детская кровать, стол и шкафы. Хоть мы и купили это с рук на сайте объявлений, но они были в отличном состоянии. На кухне я положил на стол деньги и продукты для сестры. В отдельном пакете были «продукты» для этих двоих. – Чтобы не трогали ее вещи и не вздумали продавать, ясно? – Ты как с нами разговариваешь, – встал отец, но, когда я сделал к нему шаг, сел на место и отклонился назад. – Я сказал, чтобы вы следили за ребенком, ее питанием и одеждой. За это я вам плачу и терплю ваши рожи. – Я твой отец. – Ты мне никто. Поэтому даже не пытайся. Наведите порядок, пока я не разозлился и сам не позвал сюда опеку. – Тогда ты ее больше не увидишь, – хмыкнули они оба. – Но и вам не достанется от меня ни копейки. Может, сдохнете наконец. Они скривились, но больше ни слова не сказали. Я разложил продукты по разным полкам и дал понять, чтобы не трогали еду для Сони, и прошел к ней. – Все? – она села на кровать, а я подвинул стул, чтобы сесть ближе. – Ты помнишь, что я сказал? – Буду сильной, – ответила она и обняла. – Я люблю тебя, Кай. – А я тебя. Вернувшись на работу, я был, как всегда после этих визитов, подавлен. У меня не было выбора. На самом деле ни у кого из нас его не было. Но я уже знал, что Соню мне не отдадут даже после предоставления бумаг с моей зарплатой. Я не был женат, и это ставило точку в моих бессмысленных попытках помочь сестре. И потому мирился с этим. Помогал как мог. Просто это угнетало каждый раз, и я с трудом справлялся с эмоциями. Вскоре после моего возвращения Майя вышла из кабинета и сказала, что едет домой. Еще она поделилась тем, что Арина вышла к обеду почти сразу, как я уехал из дома, и это заставило улыбнуться. «Ну хоть так», – согласился я с самим собой и принялся за приготовление ужина. Выйдя с тарелками в столовую, мне показалось, что я увидел движение сбоку. И потому, поставив на стол блюда с едой, вышел в гостиную, когда у лестницы остановилась Арина и посмотрела на меня с вызовом. – Я почти накрыл, – кивнул ей и скрылся на кухне, ухмыляясь. Даже не знаю почему, но я ощущал некую победу. Взяв корзинку с хлебом, соусом для мяса и напитки, я вышел в столовую. Арина сидела за столом и смотрела в окно. Когда я закончил сервировать стол, она наконец посмотрела на меня. Я отметил тот факт, что она села на правую сторону стола. Ведь таким образом ее правая сторона лица была скрыта от моих глаз. Ее волосы были распущены, а слой косметики был заметен мной даже на расстоянии. – Скажите, Кай, – заговорила она со мной, и я остановился. – Какова вероятность того, что, если я по-прежнему буду просить вас уйти, вы сделаете это? – Боюсь, что эта вероятность равна нулю. – Ясно. Тогда я предпочту перестать тратить на вас свои нервы. Оставайтесь, – мои брови поползли далеко наверх. Арина же теперь смотрела прямо. Она была безэмоциональной и словно истощенной. Говорила монотонно и негромко. – Не ходите по дому, оставайтесь в пределах своей зоны ответственности. – Конечно. – У вас нет чистого листа и ручки с собой? – Могу принести. – Если вас не затруднит. Быстро ускользнув на кухню, я схватил блокнот с записями и ручку и вернулся, положив их рядом с Ариной. Она взяла их и стала выводить аккуратные слова и цифры, пока я наблюдал за ней. Красивые руки, изящные пальцы. Она держала ручку и писала, но казалось, что позирует на камеру, настолько грациозно было ее тело, образ. Я встречал много богатых людей. Молодых и в возрасте. Но я бы поклялся, что такой женщины, как она, не видел в своей жизни ни разу. – Это расписание удобное для трапезы. В целом меня устраивает время подачи завтрака, обеда и ужина. Последнее можно немного сдвинуть. Допустим, к семи. – Как скажете. – Далее продукты. Аллергии у меня нет. Но я не люблю кинзу и равнодушна к орехам. Дальше она стала перечислять любимые продукты и высказалась о частоте подачи тех или иных видов мяса, попросив как можно чаще готовить рыбу. На обсуждение ушло меньше пятнадцати минут, и за все это время она ни разу не повернула ко мне голову, смотря либо в блокнот, либо на стену напротив. Я даже разозлился в какой-то момент. Хотелось высказать ей, что она не какое-то чудовище, которым себя обозвала в первую нашу встречу. Думал напомнить, что это просто кожа, но прикусил язык, слушая ее пристрастия к еде. – Если я что-то вспомню, дам знать. – Спасибо за подробное обсуждение, – улыбнулся, словно она могла видеть меня, и забрал отодвинутые на край стола письменные принадлежности. Остановившись у выхода из столовой, я вздохнул и развернулся, наткнувшись на ее взгляд, брошенный в спину. Но когда я поймал его, она отворачиваться не стала и ждала, что я хочу сказать. – Хотел еще раз извиниться перед вами. Арина расправила плечи и прищурилась. – Да, об этом я тоже хотела сказать. Подобное не должно повториться, – теперь ее голос звучал достаточно громко и эмоционально. – Обещаю, – ответил и покинул столовую, пожелав приятного аппетита.