22

— Может, всё-таки зря я согласилась? — нервно вздыхаю я и морщусь, потому что Василина особенно больно дёргает прядь волос, намотанных на плойку.

— Извини, — без сожаления произносит она. — И нет, не зря. Сама же сказала, что парень приятный и симпатичный. Ты не состоишь в отношениях, он, по-видимому, тоже, если, конечно, не конченый козел, так что от одного ужина вместе ничего страшного не случится.

Отстранившись, она с подозрением смотрит мне в глаза:

— Он ведь тебя не в Макдональдс пригласил?

— Нет. Какое-то новое место с европейской кухней. По крайней мере, Стас так сказал.

— Ну вот видишь. Пока ни одного «против».

Я вздыхаю снова и, опустив глаза, машинально начинаю разминать пальцы.

— Не хрусти, пожалуйста! — взвывает Вася. — У меня мороз по коже от этого звука. Поняла я, поняла. Всёдело в Дане.

Собираюсь возмутиться, однако она не даёт мне и слова вставить.

— Но пойти всё равно нужно, и сейчас объясню почему. Ты, доченька, несмотря на гениальный ум, в отношениях с противоположным полом самая настоящая первоклашка. Любому старшекласснику, у которого более-менее язык подвешен, не составит труда тебя впечатлить. Так вот, не исключено, что и Дану-Балану особо напрягаться не приходилось. А вдруг и Стасик не промах? Сама сказала, что разговаривать с ним было легко. Вот и проверишь: по-настоящему тебе Дан нравится либо же просто потому, что он стал твоим первым.

Мне хочется возразить, что Дан — человек незаурядного ума и восхищение им отнюдь не связано с тем, что он стал моим первым мужчиной. Всё ведь было наоборот. Сначала восхищение, и только потом интим…. Но решаю с Васей не спорить. Какой смысл? На мне уже надето красивое платье, на лицо нанесён искусный макияж, а Стас подъедет в течение часа. К тому же с момента отъезда Дана прошло уже шесть дней, а он по-прежнему не написал.

***

— Привет. — Стас быстро оглядывает меня с ног до головы и обаятельно улыбается: — Выглядишь на пять баллов.

— Спасибо, — улыбаюсь я в ответ, с удовлетворением ловя себя на мысли, что почти не покраснела от комплимента. Может быть, Василина права и ко всему можно привыкнуть?

Потянув водительскую дверь ярко-синего автомобиля, Стас вопросительно смотрит на меня:

— Ты про «Тоннель»-то слышала, кстати? Давно хотел там побывать, а тут такая компания прекрасная появилась.

— От тебя в первый раз, — признаюсь я, семеня к пассажирской двери. Отчего-то в голову приходит воспоминание о Дане, вернее, о том, что он всегда помогал мне с посадкой.

Вспоминаю и моментально злюсь за себя. Ну вот откуда взялась такая требовательность? Всё же не в девятнадцатом веке живём, а на мне не бальное платье. И вообще, некрасиво идти на свидание с парнем и попутно сравнивать его с другим. Если уж на то пошло, то Стас пригласил меня на свидание, а Дан нет.

Ну вот. Теперь становится стыдно за свою невесть откуда взявшуюся язвительность по отношению к Дану. Он мне ничего не обещал, и ни в коем случае нельзя об этом забывать.

— Чем занималась сегодня? — спрашивает Стас, когда мы трогаемся с места.

Я не соврала Василине. Он и при повторном рассмотрении кажется симпатичным. Сегодня на моём спутнике серая рубашка и брюки, и в таком строгом образе он, пожалуй, нравится мне даже больше. Вот так к двадцати четырём годам выясняется, что я неравнодушна к мужским костюмам. Даже усмехаюсь про себя: «А губа у вас, Татьяна Викторовна, не дура». И почему-то эта фраза звучит в голове голосом Дана.

У ресторана или кафе — затрудняюсь дать точное определение месту, в которое мы приехали, — начинаю волноваться, чего, кстати, почти не происходило в машине. За пятнадцать минут, проведённых наедине со Стасом, я убедилась, что с ним действительно очень легко общаться.

Он много говорит сам — о совсем, казалось бы, незначительных вещах: об очереди на заправке или о знакомом, позвонившем пару часов назад с просьбой отбуксировать с парковки. Благодаря этому не повисают неловкие паузы. Сама того не замечая, я включаюсь в диалог без страха сморозить какую-то глупость. Со Стасом я чувствую себя на равных — как с одногруппником, которого знаю давно. Возможно, понимание, что выгляжу хорошо, помогает расслабиться.

— Вина? — Мой спутник вопросительно смотрит на меня из-за страниц меню. — Я за рулём, но тебе можно.

Качаю головой. Пить в одиночку, да ещё зная, как алкоголь на меня действует? Не-ет, пожалуй, не стоит демонстрировать Стасу своё развязное альтер-эго.

— Я буду сок. — И добавляю: — Свежевыжатый.

Это часть инструкции от Васи: не пытаться экономить деньги Стаса и не заказывать всё самое дешёвое. Дескать, пусть с первого свидания знает, что я не бюджетный вариант. Я тогда головой покивала, а сейчас смотрю в меню и так не по себе становится. Цены здесь не демократичные, а мы со Стасом видимся второй раз в жизни и, вполне возможно, что последний. Будет ужасно, если он потратит много денег, а свидание в итоге провалится.

Решив, что в случае чего предложу разделить счёт, я всё-таки заказываю то, что по вкусу: зелёный салат и стейк из индейки. Краем глаза внимательно слежу за реакцией Стаса — не отразится ли на его лице смятение? Ну мало ли. Я ведь не в курсе его материальной ситуации.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— А ты, кстати, сама любишь путешествовать? — спрашивает он, когда официант, забрав меню, уходит.

— Сложный вопрос. Я мало где была. Пару раз на юге и один раз в Испании.

— Путешествия — это вещь, — уверенно заявляет Стас. — Я этой зимой снова собираюсь на Бали. Надоел холод.

— Расскажи мне про Индонезию. Чем она тебе так нравится?

— Слушай, ну там круто. Релакс полный. Жить дешёво. Днём на сёрфе катаешься, вечером тусишь по барам. Утром с раскалывающейся головой садишься за работу. — Он издаёт озорной смешок. — И так каждый день поновой. Там свой вайб, на наш не похожий. Мне подходит.

Я киваю, мол, понимаю, хотя на деле понимаю не до конца. Например, что означает слово «вайб» и как можно каждый день с раскалывающейся головой садиться за работу.

— А ещё где ты был?

— Да много где. В этом прелесть работы во фрилансе. Мобильность. В Германии на Октоберфесте, в Праге на выступлении одного диджея, в Тае, Танзании, в Вене… Короче, всего не перечислишь.

— Здорово, — улыбаюсь я, радуясь, что если собеседнику есть что рассказать, значит, со мной не так уж и скучно. — А где понравилось больше всего?

Стас широко улыбается, кажется, от воспоминаний.

— В Амстердаме, однозначно. Мы компанией ездили. Обошли все местные кофешопы. Угарный трип вышел.

Снова киваю и тянусь к стакану с соком. Та лёгкость, которая ощущалась в машине, немного меркнет от осознания того, насколько мы со Стасом разные. Я слышала о кофешопах, но уж если бы посчастливилось попасть в Амстердам, предпочла бы сходить в музей Ван Гога и в Дом Анны Франк. Поехав туда вместе, мы со Стасом, скорее всего, встретились бы лишь в аэропорту в день вылета.

— Расскажи лучше, чем ты занимаешься? — Взгляд Стаса меряет меня от глаз до кисти, сжимающей стакан. — Я много могу болтать, так что предпочитаю вовремя остановиться.

— Я работаю помощником юриста в одной компании. С твоей разнообразной жизнью это наверняка кажется скучным.

— Само по себе слово «юрист» звучит очень круто. Тебе идёт.

Я розовею от удовольствия.

— Правда? Почему?

— Ты выглядела такой серьёзной, когда сидела за столом. Сразу было понятно, что не видео в Тик-токе пилишь. — Блуждающая на лице Стаса улыбка становится шире: — Ты мне очень понравилась.

На этом признании я краснею ещё сильнее, но не так, как могла бы. Может быть, действительно привыкаю к комплиментам, а может быть, дело в том, что их говорит Стас. Не знаю, как объяснить… Он привлекательный, явно неглупый парень и вызывает искреннюю симпатию. Но симпатию другую. До него мне не нужно тянуться. В жизни Стас, как и Дан, явно видел больше меня, но при этом я не чувствую неутолимой жажды соприкоснуться с его миром. Он не будоражит, не вызывает желания копать глубже. Когда Дан упомянул про посещение картодрома в Англии, я провела целый час, изучая фотографии с трассы в Тренте. Хотелось понять, что его так сильно впечатлило, потому что была уверенность: если впечатлён Дан, то оно того действительно стоит.

— Я чувствовала, что ты смотришь, и не знала, куда себя деть, — признаюсь со смущённым смешком. — Тяжело продолжать спокойно пить кофе, когда тебя разглядывают.

— Ну извини! — смеётся Стас. — Я парень прямой. Окольными путями заходить не умею.

Нам приносят салаты, которые оказываются очень вкусными, и беседа, на удивление, не смолкает. Я рассказываю Стасу про поездку в Барселону с мамой, про то, как мы оставили в кафе сумку и, испугавшись, что её украли, поставили на уши местную полицию. И про походы в музей Пикассо тоже говорю. В любой другой раз засомневалась бы, — а стоит ли? вдруг собеседнику станет скучно? — но тут слова льются свободно и легко.

— Может быть, разделим счёт? — робко предлагаю я, когда официант застывает перед нашим столом с терминалом. Кажется неправильным сидеть и делать вид, что Стас обязан за меня платить.

— Не шути так, — отмахивается он, прикладывая телефон к считывателю. — Даже обидно стало.

— Извини, — с жаром выпаливаю я. — Не хотела тебя обидеть и ни на что не намекала.

Из кафе или ресторана выхожу с улыбкой на лице. Хороший получился вечер: без неловкости и напряжения. Хотя, возможно, я зря так радуюсь. Нужно ведь ещё добраться до дома.

— Отлично посидели, — подтверждает мои мысли Стас. — Что скажешь насчёт повторения?

И тут я впадаю в ступор. Потому что снова не уверена, что хочу этого повторения. Вернее, я бы с удовольствием посидела со Стасом за чашкой кофе и слушала рассказы о его многочисленных поездках, если бы знала, что подобная встреча ни к чему не обязывает и мой спутник не питает ложных надежд. Главный инсайт этого вечера заключается в том, что теория Василины не подтвердилась. Мои мысли заняты Даном вовсе не потому, что он стал первым, кто уделил мне внимание. Этим вечером Стас с меня глаз не сводил, но я даже отдалённо не испытала того, что испытываю всякий раз в присутствии Дана.

Стас смотрит мне в глаза и улыбается. Как же хорошо, что он не способен проникнуть в мою голову и не догадывается, что я вероломно сравниваю его с другим мужчиной.

— Да, можно. Давай созвонимся.

Стас довольно мне подмигивает и, коснувшись локтя, подталкивает в сторону своего припаркованного автомобиля. Видимо, я слабачка, но сложно даже представить, что я говорю ему «нет». Если бы в этой ситуации мне такое ответили, я бы мечтала провалиться сквозь землю и потом сутками гадала, что сделала не так. Отказ — это всегда неприятно, а я не хочу делать неприятно человеку, который симпатичен. Правда, как быть дальше, в случае если Стас начнёт рассчитывать на большее, пока не придумала.

Разве я когда-нибудь полагала, что начну задаваться подобным вопросом? Как не обидеть отказом симпатичного парня, пригласившего меня на свидание? Узнай об этом Таня трёхмесячной давности, она бы глаза вытаращила от неверия.

— Ты любишь клубную музыку, да? — интересуюсь, когда салон оглашается второй по счёту композицией с монотонными битом. И чтобы Стас не подумал, что я пытаюсь критиковать его вкус, поясняю: — Спрашиваю из любопытства.

— Да, люблю техно. А ты какую музыку слушаешь?

— Разную, — уклончиво отвечаю я.

Стас несколько раз тычет пальцем в панель магнитолы, после чего музыка неожиданно смолкает.

— Подключай свой телефон, — весело командует он. — Поедем на твоём вайбе.

Хочу сказать, что нет нужды ехать на моём вайбе, но потом решаю не занудничать и синхронизирую устройство по блютус.

На первых же аккордах зазвучавшей песни Стас поднимает брови:

— «Оазис»? Любишь брит-поп?

— У меня очень скудный плейлист, — смущённо улыбаюсь я. — Не обновлялся ещё со школы.

— Ретро, — удовлетворённо хмыкает он, прибавляя звук. — Но мне нравится.

Я даже умудряюсь немного подпевать, пока мы несёмся по проспекту. Правда шёпотом. Мне хорошо. Без вибрирующего ощущения в животе, без желания украдкой посматривать на Стаса. В его машине я едва ли готова ехать вечность, но пару кругов до дома — в самый раз.

А потом вдруг случается непредсказумое. Вокал Лиама Галлахера прерывается стандартной мелодией звонка, и на экране магнитолы вспыхивает имя, которое я мечтала увидеть все шесть дней. Д.А.Н. Дан.

По рукам разбегается электричество, сбивается дыхание. Вжавшись в обшивку кресла, смотрю, как ритмично пульсируют заветные буквы, и понятия не имею, что делать. Сердце колотится так, будто меня застали за чем-то глубоко интимным.

— Ответишь? — долетает до меня голос Стаса.

— Да-да, конечно, — бормочу я и неловко смахиваю пальцем зелёную трубку.

Моя огромная ошибка, потому что в ту же секунду салон автомобиля наполняет знакомый глубокий голос:

— Привет, красавица. Скучала по мне?