Глава 18. Любовь приходит, не спрашивая и уходит, не предупреждая.

Возвращение в реальность было неприятным. Тратт качало и тошнило, а в ушах звенело от чьих-то резких, визгливых криков.

С трудом разлепив глаза, она долго всматривалась в окружающую обстановку. Браслетов, сковывающих руки, больше не было. Вместо них были другие, широкие металлические, с витым узором.

Она лежала на узкой твердой койке, прикрепленной к стене небольшой квадратной комнаты. Над головой светилось солнечными лучиками маленькое, круглое окошко с легкой голубой занавеской. На противоположной стене висело зеркало, а под ним стоял небольшой стол с парой стульев. Большой сундук у стены под зеркалом завершал аскетичную обстановку помещения.

«Я на корабле. Эта комната — корабельная каюта. А противные звуки — это вопли чаек». — осенило девушку. Она села на койке, продолжая осматриваться и прислушиваться.

Дверь каюты бесшумно открылась и на пороге замерла молоденькая девушка в простом платье.

— О, госпожа, вы пришли в себя. Как хорошо. Я, Лила, ваша горничная. Давайте я помогу вам привести себя в порядок и переодеться. А потом вы встретитесь с лордами и другими девушками, кто уже не спит.

Лила подошла к сундуку, открыла крышку и достала какую-то одежду. Затем споро притащила небольшую лохань и натаскала в нее воды. Опустила в воду нагревательный артефакт и повернулась к Тратт с намерением помочь ей встать.

C трудом, опираясь на руку Лилы, Тратти доковыляла до стула и тяжело плюхнулась на него. Тошнота, слабость и головокружение были ей мало знакомы. Она редко болела в детстве и, несмотря на худобу, отличалась отменным здоровьем. Да и драконья ускоренная регенерация никогда не подводила. Так что, непонятно откуда взявшееся состояние беспомощности выводило Тратт из себя.

— Что это за корабль и куда мы плывем? — хрипло спросила у горничной.

— Госпожа, мне запрещено вам что-либо рассказывать. — испугалась девушка. — Я только должна помочь вам помыться и переодеться. Потом я принесу поесть. Я ничего не могу вам рассказать, простите.

— Ладно, я найду кому задать вопросы. — мстительно процедила Тратти. — И пусть только попробует не ответить.

Служанка стянула с Тратт платье и нижнее белье, капнула в подогревшуюся воду ароматной эссенции и усадила госпожу в лохань. Помогая Тратти мыться, девушка весело болтала, рассказывая, что некоторые другие леди тоже пришли в себя, и уже даже гуляют по палубе.

Ополоснув волосы и тело юной госпожи теплой водой, Лила закутала ее в теплый халат и побежала за едой.

Оставшись одна, Тратти погрузилась в размышления.

У нее возникали всевозможные предположения на тему, кто и зачем их украл и куда везут. То, что их не собираются убивать, уже было понятно. Но какова цель похищения и кто за этим стоит, могла только гадать.

Когда служанка вернулась с полным подносом еды, Тратти мгновенно забыла обо всем. Ароматы тушеного мяса, печеных пирожков и кофе затмили ей разум.

— Когда же я ела последний раз? — попыталась вспомнить девушка, уплетая пирожки.

После еды горничная надела на Тратт чистую одежду, состоявшую из широких белых брюк и голубого цвета приталенной туники с широкими рукавами. На ноги натянула мягкие кожаные тапочки с золотым узором.

— Госпожа, вы хотите выйти на палубу? Погода прекрасная, а вам не помешает свежий воздух. Давайте я вас провожу.

— Я сам провожу госпожу, Лила. Можешь идти. — раздался от двери низкий голос.

У входа, прислонившись плечом к косяку двери, стоял грахх Трой. Он сменил свою пустынную одежду. Белая шелковая рубашка со свободным воротом прилегала к массивному торсу, подчеркивая ширину плеч и обрисовывая бугры мышц на руках и груди. Черные узкие брюки с высокими, до блеска начищенными черными сапогами, неумолимо притягивали взгляд ко всему, что ниже рубашки. Так что, только скользнув туда взглядом, Тратт твердо решила смотреть грахху в глаза, и ни в коем случае не ниже.

Сложив руки на груди, Трой бесстрастно разглядывал девушку. Горничная тихой мышкой выскользнула из каюты, аккуратно прикрыв за собой дверь.

— Вас не учили стучать, прежде чем войти? — спросила Тратт. Она смущенно прикидывала, как давно он здесь, и что мог увидеть из ее неглиже.

Грахх как будто прочитал ее мысли и насмешливо ответил:

— Если ты боишься, что я подглядывал за твоим переодеванием, то напрасно. Я хоть и не обладаю хорошими манерами, но подглядывать за интимными делами дам не приучен. Тем более, мне неинтересно подглядывать за переодеваниями девочек.

— У вас что, других слов, кроме, «девочка» в словаре нет? — мгновенно вскипела Тратти. — Через пару месяцев я стану совершеннолетней. Так что прошу обращаться ко мне «леди».

— Вот когда станешь совершеннолетней, тогда и обращусь. А пока мне удобнее говорить «девочка». — невозмутимо ответил мужчина.

— Тогда я буду называть тебя Трой. Просто Трой. Или Трой из пустыни. — прошипела Тратти.

— Наедине можешь называть. Но когда мы не одни, то только «лорд Трой» и на «вы».

— А если нет?

— Отшлепаю. Как маленькую девочку. — равнодушно сообщил Трой.

В каюте повисла тишина — девушка просто лопалась от злости и пыталась хоть как-то усмирить свои эмоции. Она понимала, что не в том положении, чтобы конфликтовать и пыталась взять себя в руки.

А Трой в недоумении размышлял, почему опять с таким удовольствием он злит и дразнит эту девчонку. «Как будто заняться больше нечем». — выругался про себя.

— Тратти, давай отложим на время нашу войну и поговорим. Часть твоих подруг уже пришла в себя. Скоро и остальные очнутся. Тогда я соберу всех вас и сообщу информацию, которую считаю необходимой вам знать.

А пока веди себя тихо, меня не зли, команду корабля от работы не отвлекай. И главное, все мои приказы, как и распоряжения капитана корабля, выполняются беспрекословно. Эти правила действуют на все время плавания. Все ясно?

— Ясно. — процедила сквозь зубы Тратти, сердито отворачиваясь.

Грахх опять заставлял ее нервничать. Хотелось, одновременно, и смотреть на него, и убежать как можно дальше.

Низкий голос завораживал, притягивал, но его насмешки раздражали и вызывали обиду.

И сейчас, находясь с ним наедине, в маленькой тесной каюте, девушка чувствовала, что это абсолютно неприлично и интимно, и она обязана указать ему на дверь.

Но ее невинная душа, раньше не знавшая интереса к противоположному полу, сейчас тянулась рассмотреть, изучить и потрогать! этого невыносимого и такого притягательного мужчину.

Тратт с трудом удерживалась от того, чтобы не протянуть руку и не коснуться его гладкой кожи, которая виднелась в вырезе рубашки и так приятно пахла сандалом и хвоей.

«Все-таки я дракон, а он грахх из пустыни. И еще, он меня раздражает и злит. И вообще, между нами не может быть ничего общего!» — строго одернула себя Тратти.

— Ну, если ясно, то пошли, я провожу тебя на палубу. А то корабль большой, вдруг заблудишься или испугаешься. — Трой развернулся и направился к двери.

— Лорд Трой, — сладким голоском протянула девушка ему в спину, — а вы не забыли про свое обещание дать мне меч или саблю, когда мои руки будут свободны? За последнее время мое желание порубить вас на куски только окрепло. И, кстати, разве среди граххов есть лорды? Наверное, будет правильнее обращаться к вам: «Ваше червячество»? Или «червейшество»? Что-то я запуталась. — грустно вздохнула Тратти, подпустив печали в голос.

Трой на секунду застыл, затем мгновенно повернулся и одним длинным движением оказался вплотную к девушке, нависая над ней. Хоть Тратт и была очень высокой, но грахху она едва дотягивалась макушкой до подбородка.

— Девочка, я помню все свои обещания и всегда их выполняю. Ты получишь свой меч и свою возможность порубить меня на куски. Но только не сегодня. Море волнуется - слишком опасно браться за оружие в такую качку. — вкрадчиво протянул Трой, глядя в упрямо поднятое к нему лицо девушки. — Я вижу, ты смелая малышка, и мне это нравится.Но я, только что озвучил тебе правила. Одно из них гласит — не злить меня. А ты его нарушила. Поэтому я накажу тебя, как обещал, ведь я никогда не отказываюсь от своих обещаний.Тратти мгновенно оказалась животом на коленях у мужчины. Одной рукой он крепко прижимал ее к своим бедрам, а второй тут же смачно шлепнул по торчащей вверх попе. Девушка дернулась и возмущенно заверещала, размахивая руками.— Я тебя предупреждал, девочка? — недобрым тоном спросил Трой. И сам же ответил.— Предупреждал! — И еще раз от души шлепнул.— Ты сказала, что тебе все ясно насчет правил. Я надеялся, ты умеешь держать слово, малышка. Или ты еще слишком мала для таких взрослых вещей?И опять звонкий шлепок.Тратти задергалась еще сильней, ругаясь всеми словами, которые знала, и выкрикивая оскорбления в его адрес. Ей не было больно. Только очень обидно.Самое ужасное, у нее никак не получалось вывернуться из рук этого мужлана. Магия была заблокирована. И он держал ее крепко, каким-то необычным способом прижимая к своим коленям, не позволяя до себя дотянуться.— Скажи, когда тебе станет понятно, что правила тебе придется выполнять, и я прекращу. — предложил Трой, заведя руку для следующего шлепка.— Все понятно. — крикнула Тратт, не в силах терпеть это унижение.— Ну вот и умничка. — довольным голосом произнес мужчина и опустил руки. — Тогда вставай.

Девушка принялась сползать с коленей ужасного грахха, пока тот не передумал.

Мужчина не спешил помогать ей. Наоборот, с большим любопытством наблюдал, как она неуклюже пытается собрать свои руки и ноги, стащить попу с его коленей и выпрямиться со слабым подобием достоинства.

Поднявшись на ноги, Тратти откинула с лица растрепавшиеся волосы и уставилась на вальяжно развалившегося грахха. Трой с удовольствием любовался на смесь ярости и желания отомстить самым кровавым способом, яркими красками играющие на лице девчонки.

Поняв, что эту битву она проиграла, Тратт несколько раз глубоко вздохнула, возвращая себе спокойствие. Почувствовав, что может себя контролировать, мило улыбнулась и протянула:

— Какие интересные у вас методы воспитания, лорд Трой. Любопытно, в семьях граххов именно так наказывают детей? Или может, мужья своих жен? Наверное, вы часто тренируетесь на своей супруге. Вон как хорошо у вас получается.

Трой поднялся и спокойно двинулся к двери.

— Думаю, вам пока не стоит выходить на палубу, леди. Ваша прическа похожа на стог сена.

Уже у двери, Трой обернулся и, насмешливо глядя Тратт в глаза, добавил:

— У меня нет жены. У граххов вообще не бывает ни жен, ни мужей, они гермафродиты.

Когда за Троем захлопнулась дверь, Тратти обессиленно упала на стул, на котором только что сидел этот грубиян и застонала.

— Ужас, меня отшлепал гермафродит!

Дорогой читатель. Спасибо за комментарии и  лайки. Мне очень-очень приятно!