Глава 19. Если нет перемен к лучшему, значит, не все так плохо.

В этот день Тратти так и не решилась выйти из каюты. Приступ странной слабости уложил ее в кровать сразу после ухода грахха. И только к вечеру она пришла в себя настолько, что могла передвигаться без опасения упасть. Лила принесла ей ужин в каюту и сообщила, что на следующее утро после завтрака всех леди ждут на верхней палубе.

Утром Тратт, умывшись и быстро перекусив, надела новый наряд из сундука. На этот раз нежно-зеленый с серебряными вышитыми звездочками, а тапочки с серебряными бусинами на носках. Лила заплела ей волосы в красивые косы, которые соединила между собой сложным плетением и накинула на голову девушке вуаль.

— На палубе жаркое солнце. Лицо покраснеет и будет шелушиться — объяснила она.

Тратти шла за служанкой по переходам и лестницам корабля, с интересом оглядываясь вокруг. Даже чувствуя волнение от предстоящей встречи с сестрой и подругами, она, не уставая, вертела головой во все стороны, стараясь рассмотреть и запомнить как можно больше. Беспокойство по поводу возможной встречи с несносным граххом Тратти с самого утра старалась засунуть как можно дальше. Куда-нибудь, где заканчивались подошвы ее тапочек, и начинался пол корабельных коридоров.

Проходы, по которым ее вела Лила, были узкими и низкими, как и потолок в ее каюте. Стены обшиты простыми вощеными досками. Никаких украшений, все лаконично и везде чистота.

Корабль был довольно большой, с несколькими палубами, длинными коридорами и множеством лестничных переходов. Добравшись до узкой винтовой лестницы, ведущей наверх, девушки начали осторожно подниматься.

На широкой верхней палубе Тратти зажмурилась от обрушившейся на нее ослепительной лавины солнца. На некоторое время ее глаза ослепли, а уши заложило от шума воды, свиста ветра и криков чаек. Когда удалось проморгаться, она завопила, как труба королевского герольда и кинулась к тонкой фигурке, стоявшей неподалеку у корабельных поручней.

— Стеф, Стефи!

Девушка вздрогнула, резко обернулась и бросилась к Тратт с изумленным криком.

— Тратти, ты тоже здесь! О, Триединый! Сестренка!

Девушки крепко обнялись и застыли. У младшей глаза сразу оказались на мокром месте, она зашмыгала носом, утыкаясь сестре в плечо. Стеф крепилась, но и ее глаза подозрительно заблестели.

Она нежно поглаживала младшую по спине и бормотала какие-то успокаивающие слова. Тут к ним с радостными воплями подскочили остальные девушки. Их кузины и подруги: Эли и Десс Бертиранд, Кимала Теренсент и Лаурина Баркелей. За ними подошли и другие девушки — столичная штучка Гортензия Виллариан, нежная блондинка Сюзиния Претдель из Залесья, высокая и крепкая Белинда Ворель из приграничных земель и подруги Стефианы по академии: леди Каролайн Форальдин и Юджиния Ворей из соседней Акалитании.

Поднялся страшный шум — девушки перекрикивали друг друга, говоря все одновременно, задавая вопросы и сами же отвечая на них. Кто-то начал причитать, кто-то смеяться, а кто-то возмущаться.

Рассматривали и обсуждали наряды — свои и друг друга. Хотя все были одеты в похожие по фасону одежды, но кое-кто из леди сумел сравнить вслух свой наряд с другими. Не в их пользу, конечно. За это леди получила всеобщие возмущенные возгласы и сердитые взгляды.

В общем, одиннадцать юных благородных леди шумели ничуть не меньше, чем два десятка торговцев на главной городской ярмарке.

— Тратти, где ты была эти два дня, что мы на корабле? — возбужденно блестя глазами спрашивала Эли. — Мы вчера целый день общались со Стефи, Ким и Десс, да и каюты у нас рядом. Вечером к нам Юджиния присоединилась. Остальные, как и ты, только сегодня. Но мы все разместились близко друг к другу. А где твоя каюта?

— Я не знаю точно, но где-то на нижней палубе. Я только вчера днем пришла в себя. А потом мне снова стало плохо, и остаток дня я провела в постели. А мы плывем уже два дня?

— Да, сегодня уже второй день. И лорд Трой сказал, что всего нам плыть неделю.

— А куда мы плывем? И как мы оказались на корабле?

— А вот об этом, леди Траттиана Аль-Таундсен, мы сейчас и поговорим. — раздался рядом знакомый низкий голос.

— Леди, прошу вас, сядьте в эти шезлонги, что заботливо приготовили для вас, и послушайте.

Тратти, вспыхнув, медленно повернулась на этот голос, мечтая сквозь землю провалиться, лишь только не встречаться больше с этим грубияном. Вернее, сквозь воду, потому что никакой земли поблизости не было.

Лорд Трой стоял прямо перед ней в компании с магистром Фолярисом и худощавым мужчиной средних лет с военной выправкой.

Девушки, перешептываясь и переглядываясь, кое-как расселись по креслам, успев поругаться всего только пару-тройку раз. Тратт сразу же постаралась забиться в самый дальний угол.

— Леди, — начал Трой. — сейчас мы находимся в водах Неживого моря. Думаю, вы все знаете, что это такое. Вода мертвая, магия гасится полностью, ничто и никто не выживает в глубинах вод.

Корабли не могут ходить по этому морю, кроме одного месяца один раз в пять лет. В это время море оживает, перестает гасить магию вокруг себя и дает возможность кораблям проходить по своей поверхности, птицам пролетать по воздуху над ним, а рыбам заплывать на свои глубины. В это время море не убивает и не уничтожает.

Сейчас как раз такой период, и он продлится еще чуть больше недели. Время добраться до порта назначения у нас достаточно.

Тем не менее мы должны пройти наш путь как можно быстрее и безопаснее, чтобы не остаться в водах Неживого моря в тот момент, когда оно закроется. Я отвечаю за вашу безопасность и за то, чтобы в целости и сохранности доставить туда, где вас с нетерпением ждут. Поэтому, — повысил он голос, перебивая поднявшийся шум, — все мои распоряжения вами выполняются беспрекословно. Никаких споров, пререканий, неповиновения. В противном случае я буду вынужден применить жесткие меры в виде наказания ослушавшейся леди. — лорд Трой в упор посмотрел на Траттиану.

На этих его словах девушка вжалась в спинку кресла и замерла. Вчерашний инцидент еще был свеж в ее памяти и неприятно саднил в районе самолюбия.

Между тем Трой продолжал:

— На вас надеты браслеты, блокирующие вашу магию. Это сделано для вашей безопасности и для безопасности корабля, так как, неизвестно не вступит ли она в противоборство с корабельной магией. Ну и для того, чтобы вам не пришло в голову наделать глупостей при помощи ваших магических способностей. У меня на этом все.

— Далее уважаемый магистр Фолярис расскажет вам то, что сочтет необходимым вам знать. Затем вы сможете задать свои вопросы и самому магистру, и капитану этого судна, лорду Фейнтвилу. Прошу вас, магистр.

Магистр вышел вперед и начал жизнерадостно рассказывать о том, как он счастлив видеть столь прекрасных леди, и о том, на что он надеется в свете их присутствия.

Магистр, как опытный дипломат, говорил много и красочно, но не раскрывал абсолютно никакой информации. Трой тем временем отодвинулся в сторону и встал так, чтобы наблюдать за леди, самому оставаясь невидимым.

Он должен был смотреть, слушать, анализировать. Присматриваться к каждой девушке, пытаясь понять, что можно от нее ожидать.

Вместо этого, его внимание постоянно перетекало к одной юной леди, забившейся в самый дальний угол и старающейся слиться с обивкой кресла, на котором сидела.

Траттиана.

Трой не мог понять, что с ним происходит. Почему третий день думает только об этой горделивой занозе. И что за чувство поселилось в его груди, требующее от него защищать, оберегать и охранять языкастую худышку.

Вчера, отшлепав нахальную девицу по тощей заднице, он не мог найти себе места от беспокойства и муторного чувства вины.

К вечеру не придумал ничего лучше, чем закрыться в одиночестве в своей каюте с бутылкой выдержанного вина и хорошенько напиться. Но даже в пьяном забытьи перед ним стояла нескладная, тонкая фигурка, темные волосы и возмущенно сверкавшие, небесной синевы глаза.

«Наказывать ее, конечно, было не за что. Даже если она меня раздражает. Тут я переборщил, если по-честному. Теперь девчонка будет думать, что я жестокое чудовище и станет избегать меня. Особенно после моей шутки про гермафродитов. — слегка пьяно рассуждал Трой вчера. — Но, может оно и к лучшему. Мне бы тоже надо держаться от нее подальше. И больше не шлепать!»

При воспоминании о ее теле у него на коленях, и ее попке под его руками, у Троя вдруг потемнело в глазах и бешеное желание накатило с такой силой, что он оторопел.

«Это еще что такое? Она же ребенок, ей всего пятнадцать! Да просто за одни мои шлепки по ее несовершеннолетней заднице я мог бы, по закону, получить пару месяцев тюрьмы, даже если она и заслужила это наказание» — старательно продираясь сквозь алкогольный туман в голове, рассуждал Трой. — Просто у меня давно не было женщины, отсюда такая реакция. И вообще, в женщинахя люблю округлости, а не углы и плоскости. Прибудем в порт, сразу отправлюсь в веселый дом с пухленькими, приветливыми красотками, и все мысли об этой нескладной девице испарятся».

Трой ринулся к умывальнику и сунул голову под холодную воду. Ледяные потоки текли по волосам, затекая на грудь и спину и постепенно успокаивая желание. Придя в себя, он вернулся к своему обычному невозмутимому состоянию, и принялся обдумывать складывающуюся ситуацию.

В этой операции Трой со своими людьми должен был забрать девиц из замка и провести по тоннелям через горы. Затем, на краю Пустыни, передать девушек магистру и его сопровождению, и сопроводить всех их до корабля по тоннелям под пустыней. А затем расстаться.

Вместо этого Трой сел на корабль и отправился лично сопровождать девушек к королю Эргениану.

Это решение вызвало недовольство у некоторых участников экспедиции, но Трою было плевать на них. Он знал, что будет приглядывать за одной смелой, языкатой малышкой до тех пор, пока не выяснится, почему она оказалась в компании других девушек. И пока не убедится, что она в безопасности.

Конечно, его появление во владениях короля Эргениана могло повлечь за собой некоторые трудности, но Трой решил, что будет думать о проблемах по мере их появления.

А сейчас его большой проблемой была голубоглазая Тратти.

https://litgorod.ru/profile/4031/books